Твоя маленькая ложь (СИ)

Оберг замолкает, неожиданно замечая кого-то возле дверей. Некоторое время в лиловой гостиной сохраняется тишина, все присутствующие продолжают недоуменно и растерянно смотреть в сторону дверей. Я следую их примеру и обнаруживаю Кристиана, стоящего возле одного из лакеев, которые только что открыли ему дверь гостиной. Сегодня на нем серый свитер с круглым вырезом и обыкновенные темно-синие джинсы. Он стоит, пряча руки в карманы и на его лице не трогается ни единый мускул.
— Ваше Высочество, простите, что так вышло… — обеспокоенно щебечет Каролайн, делая книксен. — Наш шеф-повар и тренер вовремя подоспели.
— Нет нужды извиняться, госпожа Оберг, — спокойно проговаривает принц, проходя в гостиную.
Аарон и Ричард встают с дивана, чтобы поприветствовать наследника и почетно кивают ему, когда тот подходит к нам. Кристиан по очереди пожимает мужчинам руки и коротко кивает, сохраняя беспристрастное выражение лица.
— Рад с вами лично познакомиться, Ваше Высочество, — кивает Ричард с растерянной улыбкой на лице.
— Приятно познакомиться, — уверенно кивает Аарон.
— Я благодарен вам, вы можете быть свободны, — коротко бросает Кристиан, заглядывая в глаза каждому из присутствующих.
Он аккуратно поправляет рукава свитера, дожидаясь пока они покинут помещение. Некоторое время он бродит по гостиной, не удосуживаясь за все это время взглянуть мне в глаза. Я громко выдыхаю, сигнализируя о своем присутствии и замечаю, как ладони постепенно леденеют из-за холодного компресса в руках.
Когда я в очередной раз прикладываю лед к ушибу, слегка вздрагивая от холода и боли, принц разворачивается ко мне и направляет взгляд сначала на дрожащую ладонь со льдом, затем на меня. Его лицо отображает смятение, а глаза будто отзеркаливают всю мою боль.
— Как губа? — тихо спрашивает он, продолжая удерживать руки в карманах брюк.
Я направляю на него хмурый взгляд и даю понять, что не хочу говорить с ним на эту тему.
— Кто тот парень, который держал тебя за плечи? Шеф-повар, кажется? — вновь звучит вопрос с его стороны со скрытым упреком. — Вы знакомы?
— Он был су-шефом в ресторане, в котором я работала, — спустя несколько секунд нехотя произношу я, избегая его взгляда.
— Я был в комнате у Селены, она в бешенстве, — сообщает он, рассматривая капли крови на паркете и меня пронзает легкий укол ревности. — Думаю, она еще долго не успокоится.
— Так беги ее успокаивать, — говорю я, пытаясь перетерпеть пульсирующую боль в верхней губе.
Кристиан громко выдыхает и садится напротив меня на корточки, чтобы поймать мой беглый взгляд. Я отвожу глаза в сторону, чтобы не выдать волнение, которое вырывается у меня из груди.
— Элизабет, мне иногда кажется, что ты не понимаешь, где ты находишься, — устало произносит он. — Зачем ты ее ударила?
— Что?! — взрываюсь я, тут же жалея об этом из-за пронзающего укола боли. — Она накинулась на меня, и я инстинктивно защищалась. И вообще, какого черта ты ее защищаешь? Она толкнула Грету и ее госпитализировали! — я обиженно отвожу взгляд в сторону. — А знаешь что? Прошло уже две недели, как я узнала, что ты не Чак, и ты до сих пор даже словом не обмолвился о том, как это, черт возьми, возможно?! Сколько я еще буду биться в догадках и не спать ночами?
— Успокойся, — ровным тоном говорит он, накрывая мои ледяные руки своими горячими ладонями. — С Гретой все будет хорошо. Я застал скорую, когда они уже собирались уезжать и распорядился, чтобы они обследовали ее от и до. Результаты обследования они сообщат сразу же лично мне.
— Ты вообще не видишь, что она монстр? — шепотом спрашиваю я сквозь настилающие слезы.
Кристиан на мгновение закрывает глаза и смотрит куда-то сквозь меня.
— Знаешь, почему она так уверена в своем выигрыше? — он задает вопрос, изгибая бровь, намереваясь ответить на него сам. — Наши отцы договорились обо всем заранее, делая отбор лишь для формальности. Именно поэтому в числе отобранных девушек оказались азиатки и мулатки, — его лицо искажает горькая усмешка и одной рукой он нервно проводит по волосам. — Все же прекрасно понимают, что они не выиграют и их понабрали для массовки. Именно поэтому я с самого детства ненавидел день открытия отбора и свой двадцать третий день рождения.
 
Я пытаюсь нервно улыбнуться, совсем забывая об отеке верхней губы и тут же жалею об этом, слегка прикасаясь к ней ладонью.
— Прости, я тебе ничего не подарила на день рождения, — я виновно пожимаю плечами, опуская взгляд.
— Ошибаешься, — Кристиан поджимает губы, подавляя едва уловимую улыбку. — Ты сделала замечательный подарок мне на день рождения — пришла на отбор.
Я смущенно опускаю взгляд, пытаясь справиться с полыхающими щеками.
— Посмотри на меня, — он слегка дотрагивается двумя пальцами до моего подбородка и чуть приподнимает его. — Придет время, и я все обязательно расскажу тебе. Ты все еще доверяешь мне?
Я горько сглатываю, не отвечая на его вопрос, продолжая глядеть на него настороженным взглядом. На его лице появляется та знакомая мальчишеская улыбка, против которой трудно устоять.
— А знаешь, тебе идут пухлые губки, не думала их увеличить? — ухмыляется он, вставая на ноги.
— Оберг говорит, что королевские особы ничего не наращивают и не колют, чтобы быть максимально естественными, — сообщаю я, прикладывая практически растаявший лед к губам.
Кристиан удивленно приподнимает брови с легкой усмешкой на устах.
— А ты уже готова стать королевской особой?
— Что? — недоуменно спрашиваю я, делая вид, что не замечаю его вопроса.
— Что? — тут же отвечает он, подавляя смешок.
Я пытаюсь улыбнуться в ответ, но боль, резко разливаясь по губам, не дает мне этого сделать.
— А, вот ты где, — раздается надменный голос Селены, входящей в лиловую гостиную. Она демонстративно перешагивает через капли крови на паркете и подхватывает наследника под локоть. — Мы с тобой недоговорили, ты забыл?
Она мельком бросает свой высокомерный взгляд на меня и презрительно хмурит брови, когда видит опухшую губу, творцом которой является ее собственная персона и заляпанные кровью ладони с белоснежным полотенцем. Я обвожу ее лицо подобным взглядом, останавливаясь на носу. Признаться честно, я опасалась, что расквасила ей пол лица, но на деле все обстоит куда проще. Ее нос покрывает едва заметная синева, которую можно заметить лишь людям с отменным зрением. Ну, ничего, меньше будет морщить свой носик от отвращения.
— Ах, да, я забыла, мне еще нужно попросить льда у шеф-повара, — отстраненно отвечаю я и встаю с дивана, замечая на себе пристальный взгляд Кристиана.
Стук моих каблуков об паркет заглушает щебечущий голос Селены, и я начинаю возмущенно громко дышать, стараясь не вернуться в гостиную и не наброситься на нее, как это сделала она час назад. Заворачивая в кухню, я замечаю едва уловимый лучик света от тусклой лампы, к которому неуверенно направляюсь. Каблуки заранее оповещают о моем визите и заходя вовнутрь кухни я обнаруживаю Аарона, сидящего за столом с бумагой и ручкой.
— Ты все еще здесь? — удивленно спрашиваю я.
— Кому-то же надо составлять меню на завтра, — с усталой улыбкой говорит он, оглядывая мое лицо. — Тебе уже лучше? Как губа?
— Все еще болит, и я пришла за новой порцией льда, — сообщаю я, кладя на стол сырое окровавленное полотенце. — Эта слегка попортилась.
Аарон встает, направляясь к холодильной камере и через несколько секунд возвращается с новым кусочком льда в руках, обтянутым небольшим белым полотенцем.
— Завтра после завтрака зайди на кухню, и, если меня не будет, попросишь поваров принести тебе лед, — говорит он, вручая холодный компресс мне в руки.
 
— Спасибо, — я коротко киваю, собираясь уходить.
— Все нормально? — звучит в воздухе тихий голос шеф-повара. — Выглядишь расстроенной. Принц что-то сказал?
Я блуждаю растерянным взглядом по полкам, кастрюлям и оставшейся мокрой посуде возле раковины, но только не смотрю ему в глаза.