Твоя маленькая ложь (СИ)
Открывая дверь спальни, я очень надеюсь, что не ошиблась и в скором времени хоть чем-нибудь помогу молодой герцогине. Но как только моя нога вступает в просторы королевских покоев — я цепенею от ужаса. Беатрис сидит на коленях, крепко обнимая Изабеллу и ревет навзрыд. Нет, не просто плачет, у нее настоящая истерика. Лицо девушки полноценное месиво из слез, пота, бордовых пятен, рассредоточенных по всей коже, и красных глаз с лопнувшими капиллярами.
— Где тебя черти носят?! — с раздражением на лице накидывается на меня старшая герцогиня.
— Что… — я нервно сглатываю, стараясь собраться с мыслями, — что случилось?
— Что случилось?! — с раздражением переспрашивает Изабелла, кивая на свою родственницу. Пару секунд карие глаза окидывают мое тело каким-то нервным взглядом, и тут я ловлю себя на мысли, что за все время нашего знакомства еще не видела герцогиню Норрланд такой встревоженной. — У Беатрис истерика, она рожает в первый раз и совсем не планировала делать это в стенах дворца во время бунта! Мы не знаем, что нужно делать в таких ситуациях…
— Тебя не было больше часа! — продолжает наседать женщина, удерживая руки на талии, если на ее тучном теле вообще возможно отыскать талию.
— Мама! — одергивает роженица, сквозь слезы.
Я бросаюсь к девушкам, больно ударяясь коленями об ледяной паркет, и принимаюсь раскладывать из рюкзака все, что только отыскала. Роженица тут же дергается, хватается за живот и зажмуривая глаза, готовится к очередной схватке.
— Вот опять, — стонет девушка, начиная громко и часто дышать через рот.
— Ты отдаешь себе отчет в том, что могло произойти с нами за это время?! — никак не угомонится Ингрид. Она делает пару шагов вперед и встает позади меня.
Я делаю вдох, выдох, продолжая раскладывать медицинские принадлежности.
— Ты хоть представляешь, что я могла уже лежать без сознания, если бы не Изабель? — ее крик над моим ухом становится последней каплей, и я резко поднимаюсь на ноги, пока рюкзак с грохотом летит в сторону.
— Хватит! — раздраженно кричу я в воздух. — За этот час меня пару раз чуть не задушили и не прибили какие-то сумасшедшие, но я все равно пробралась в этот чертов медпункт, ради вашей дочери, с которой, между прочим, даже и не знакома толком, как и с вами! — я твердо смотрю ей в глаза, ощущая, как злость молниеносно проникает в каждую клеточку тела. — И вы не имеете права разговаривать со мной в подобном тоне даже являясь титулованной особой, ведь я не ваша служанка, которая за ваши деньги беспрекословно будет терпеть неуместные упреки! — меня начинает трясти от внезапно свалившейся несправедливости в лице старшей герцогини, и против воли я крепко сжимаю кулаки так, что всем своим нутром ощущаю, как отросшие ногти болезненно вонзаются в кожу. — Поэтому если вы хотите, чтобы я прямо сейчас помогла вашей дочери — советую закрыть свой рот и не мешать! А еще, если вы не хотите, чтобы сюда ворвались разъяренные повстанцы, то для начала советую надежно закрыть дверь.
Ингрид инстинктивно пятится назад с оскорбленным лицом, граничащим со злостью. Еще некоторое время она растерянно смотрит в мою сторону, разглядывая клокочущую злость в моем лице. Не удивительно, наверное, ей так не дерзила даже собственная дочь, но мне совершенно плевать на эту мерзкую тетку. Прямо сейчас я полностью сосредотачиваюсь на ее дочери, которая в перерывах между болезненными схватками, полностью увлечена моей пламенной речью. Ее серые глаза, которые являются точными копиями Адриана и Фредерика, пару секунд удивленно бегают по моему лицу.
Изабелла направляет на меня восхищенный взгляд в сочетании с ободряющей улыбкой и едва заметно приподнимает большой палец вверх. В этот момент роженица вновь скручивается от боли, вставая на четвереньки, и я тут же бросаюсь к ней, тревожно расставляя медицинские принадлежности. Мысль, которая приходит ко мне в голову — вызывает неприятные мурашки по всему телу.
Хорошо, я принесла медикаменты, а дальше что? Я ведь даже не знаю, как ей помочь.
— Элизабет? — откуда-то сверху раздается знакомый голос доктора. Он прокашливается и вновь повторяет мое имя, когда я не реагирую несколько секунд.
Я поднимаю голову на источник звука и обнаруживаю вертикально стоящий телефон на прикроватной тумбочке. На большом экране мелькает прерывистое изображение мужчины средних лет в белоснежном медицинском костюме, который тревожно поправляет белый колпак на голове, прикрывающий седину.
Нервно сглатываю, когда осознаю, что доктор и еще несколько врачей вокруг, судя по приглушенным женским голосам, стали невольными свидетелями моего срыва.
— Элизабет, дорогая, очень хорошо, что ты вовремя подоспела, — продолжает он после неловкого молчания. — Я вижу, что ты принесла много всего, что может пригодиться, ты молодец. Ваше Высочество, какой интервал между схватками?
— Схватки длятся практически минуту! — отвечает Изабелла, пытаясь перекричать стоны роженицы. Беатрис продолжает крепко цепляться за руку герцогини пока та смотрит в телефон с секундомером. — Интервал между ними две минуты.
— Хорошо. Ваше Высочество, появились ли у вас потуги? — напряженный голос доктора Вальтера раздается по всему помещению.
— Я… да, кажется, я начинаю хотеть…
— Элизабет! — внезапно перебивает мужчина роженицу, обращаясь ко мне. Я нервно вздрагиваю, когда он называет мое имя. — Прошу тебя, несколько раз помой и обработай руки, вы вместе с герцогиней Норрланд прямо сейчас будете принимать роды.
Глава 41
— Ника, мне страшно! — стонет Амели, испуганно потряхивая девушку за руку. — Давай пойдем обратно…
— Тише! — в ответ шипит Йоргенсен через плечо. Ее брови сосредоточенно сходятся на переносице, прислушиваясь к посторонним шагам за углом. — Так и знала, что не надо было тебя с собой брать.
— Мы уже полчаса петляем туда-сюда и постоянно прячемся, — шепчет Амели, испуганно дергаясь на очередной отдаленный выстрел. — Я не понимаю, от кого мы прячемся…
— Ты дура или притворяешься? — с раздражением бросает Ника, на секунду оглядываясь в сторону участницы. — Ты понимаешь, что если мы нарвемся на повстанцев, то они на нас живого места не оставят из-за того, что мы участвуем в отборе?
Амели испуганно сглатывает, крепче стискивая плечо Ники, два янтаря взволнованно сверкают и кажется, будто даже ее веснушки боязливо сморщиваются при виде очередного вооруженного повстанца, неожиданно мелькнувшего сбоку. Йоргенсен тщательно прислушивается к шагам, которые приближаются к ним с каждой секундой. Осторожно выглядывая из-за угла, девушка обнаруживает знакомые черты лица у вооруженного парня, идущего впереди небольшой компании повстанцев, и тут же резко пятится назад, боясь оказаться замеченной. Парни идут тихо, с грохотом распахивая каждую дверь на своем пути, с целью найти сторонников короля-узурпатора.
— Это же Аарон! — восклицает Амели, подаваясь вперед. — Наш шеф-повар. Может он поможет нам отыскать…
— Куда ты? Дура!!! — шипит Ника, пытаясь одернуть девушку за руку, но не успевает остановить ее. — Вернись обратно!!!
— Аарон! Я так рада…
Амели с воодушевлением выходит из-за угла, направляясь навстречу со знакомым парнем и резко замирает посреди коридора, когда сталкивается с многочисленными вооружёнными повстанцами во главе с шеф-поваром, преграждая им путь. На лице девушки замирает нервная улыбка, когда она встречается с хладнокровным взглядом серых глаз, в ответ парень лишь недоуменно изгибает бровь, разглядывая ее с ног до головы.
— Тебе лучше уйти, иначе…
Но он не успевает договорить.
Мимо Аарона проносится оглушающий выстрел, и он озадаченно оборачивается назад, осознавая, что пуля пролетела в каких-то пару сантиметрах от его руки. От ударной волны внезапно схваченной пули, Амели пятится назад и, не в силах устоять на ногах, летит вниз, ошарашенно хватаясь за живот и буквально всем своим нутром ощущая, как пуля внедряется в ее кожу, хоть и адреналин на некоторое время приглушает основную боль. Сквозь ее тонкие бледные пальцы просачивается алая кровь и девушка нервно вскрикивает, наблюдая, как ее ночная сорочка мигом превращается в сплошное кровавое месиво.