Твоя маленькая ложь (СИ)

Но жизнь— чертовски коварная штука.
Именно поэтому прямо сейчас я поднимаюсь по парадной лестнице одного из особняков королевской резиденции практически плечом к плечу с мятежниками в полной тишине. Все ребята напряжены, особенно те, кто имеет в руках какое-либо оружие, то есть, практически все. Даже я.
Кроме Адриана.
Он вышагивает уверенной походкой впереди всех повстанцев так, словно приходил сюда десятки тысяч раз. И хоть он пытается скрыть за неизменной ухмылкой волнение и напряжение перед грядущими событиями — для меня он словно чистый лист. Я провела с ним достаточное количество времени, чтобы привыкнуть к его эмоциям, последующим действиям и поступкам.
Дворец встречает нас смердящей прохладой и одинокими стенами, лишенными каких-либо голосов, шагов, эмоций и насыщенной жизни в целом. Наши же приглушенные шаги издалека можно сравнить с целым стадом животных, бегущих за своей добычей и лишенных каких-либо страхов. Ведь их единственная цель — поймать свою жертву и выжить. И, судя по действиям Адриана, именно это он и намеревается сделать прямо сейчас.
Краем глаза я замечаю изможденных девушек, чьи руки связаны за спиной. С полным равнодушием на лице их ведут вперед два повстанца, мертвой хваткой цепляясь за их связанные руки. Я разворачиваюсь назад, сталкиваясь с несколькими парами глаз повстанцев, бросающие напряженные и ненавистные взгляды в мою сторону, но мне хватает пары секунд, чтобы поймать взгляды девушек и узнать в них своих «сестер по несчастью». Шарлотта и Селена вяло приподнимают ноги на каждую впередистоящую ступеньку, но практически сразу ловят мой взгляд. Я встречаюсь с ненавистью в лице Расмуссен, ведь никто не толкает меня грубо со связанными руками за спиной, а в лице принцессы я улавливаю нотки волнения и безысходности положения. Еще мгновение и на лице Селены я замечаю парочку свежих ссадин, которые, скорее всего, она получила за свой ядовитый язык.
Адриан оборачивается в мою сторону и требовательно хватает за запястье, заставляя двигаться вперед вслед за ним. Мы самые первые из всех останавливаемся возле широкой массивной двери, улавливая отдаленный женский крик со второго этажа. Я невольно оглядываюсь по сторонам, осознавая, что не в силах разобраться что происходит в других уголках дворца, и крепче сжимаю ладони в кулак, ощущая, как отросшие ногти намертво вонзаются в кожу.
Адриан бросает в мою сторону ободряющую улыбку, поправляет оружие за поясом и уверенно дергает за позолоченную дверную ручку, от чего у меня сводит челюсть. Пару секунд и дверь отворяется, поддаваясь напору, и я гадаю, смогу ли я сбежать отсюда прямо сейчас и что со мной сделают повстанцы, останавливая мой побег…
— Адриан? — раздается отдаленный голос короля. Я едва улавливаю его седую копну волос за массивным деревянным столом. — Не думал, что ты во двор…
Его голос обрывается на полуслове, когда парень уверенно шагает вглубь королевского кабинета, утягивая за собой меня и Шарлотту с Селеной вместе с несколькими повстанцами. Двое парней перекрывают вход, а все остальные проходят в центр большого помещения.
— Папа!.. — жалобно произносит принцесса, но ее тут же грубо одергивают за руки.
Ни единый мускул на лице короля не дрогнул при виде его собственной дочери, которую он не видел приличное количество времени, и у меня начинают закрадываться смутные сомнения…
— Что это значит? — сквозь зубы процеживает Фредерик, окидывая всех подозрительным взглядом.
Пару минут Адриан молчит с привычной ухмылкой на лице, выжидающе глядя на дядю. Он дает ему возможность самостоятельно догадаться о том, что прямо сейчас происходит в его кабинете и жизни в целом. Фредерик прочищает горло, некоторое время поправляя удушающий синий галстук. Удивительно, что в столь ранний час король остается при параде. Но, судя по его усталому виду и болезненным синякам под глазами, за всю ночь он так и не сомкнул глаз.
— Вот значит как? — с гневной усмешкой произносит он, нервно поджимая тонкие губы. — Пригрел змею на своей груди?..
 
Он продолжает стоять, рукам упираясь об стол и пальцами правой руки, что-то нащупывает, глядя прямо в глаза своему племяннику.
— Они тебе не помогут, — неожиданно раздается ледяной голос Адриана. — Можешь сколько угодно нажимать на свою тревожную кнопку, они все на моей стороне.
— С каких пор силовые структуры подчиняются тебе? — с презрением проговаривает Фредерик.
Адриан угрожающе медленно подходит к дяде, руками опираясь об массивный стол из темного дерева. Некоторое время он смотрит ему в глаза, оказывая психологическое давление, но лицо короля не отображает никаких эмоций.
— Я мечтал убить тебя еще с шестнадцати лет, — тихо проговаривает принц, медленно наклоняясь к королю. — Сначала я думал, что это обыкновенный юношеский максимализм, но спустя годы понял, что неизменным остается только одно — желание прикончить тебя как можно скорее.
— Именно поэтому ты вдруг стал невероятно покладистым несколько лет назад? — тихим голосом произносит Фредерик, подозрительно щурясь в сторону племянника. — Но зачем все эти жертвы?
Король делает едва уловимый кивок в сторону меня и связанных девушек. Я нервно сглатываю, несколько раз поправляю волосы, закусываю губу до пронзительной боли, и всей душой опасаюсь той минуты, когда Адриан хватится за оружие.
— Все, что ты видишь. Абсолютно все, что сейчас происходит вокруг тебя — полностью твоя вина, — продолжает наседать принц. — За своим лицемерием, жаждой крови и насилия ты даже не заметил главного — против тебя ополчился не только народ, который стоит сейчас за окнами твоего кабинета, но и собственная семья, — Адриан с презрительной усмешкой отходит от стола, медленно шагая по кабинету. — Не против меня, а против тебя. Иронично, правда?!
— Какой же ты сукин сын… — сквозь зубы процеживает король, со злости хлопая по столу.
Я вздрагиваю от неожиданности, на мгновение прикрывая веки.
— А вот мою мать трогать не нужно, — спокойно отвечает принц. — Она всего лишь была твоей сестрой, которая прикрывала твои кровожадные выходки.
— Да как ты смеешь! — взрывается король, выходя из-за стола прямиком к племяннику. Пару шагов и он накидывается на него, хватая за футболку, а у меня перехватывает дыхание. — Я воспитал тебя с пеленок! Кормил за свой счет…
— Ты вырастил такое же животное, Фредерик, — тихо проговаривает с язвительной ухмылкой Адриан. Его руки согнуты в локтях, всем своим видом показывая, что он не собирается прикасаться к дяде. — Только знаешь, в чем наше различие? Я умею признавать свои ошибки и осознавать, где перегнул палку. А ты, ты даже не видишь той грани, за которую давно зашел… Для тебя ведь это совершенно нормально, правда?..
Король со злостью отпускает племянника, отходя обратно к своему столу. Пару минут он поправляет усы, нервно тарабанит подушечками пальцев по столу, проводит рукой по седым волосам и по всему лицу, словно пытаясь снять то напряжение, которое царит во всем помещении.
— Ты был невыносимым подростком, — наконец тихо проговаривает он сквозь зубы, и словно в подтверждении его слов где-то издалека раздается приглушенный выстрел.
Мы с девочками обмениваемся испуганными взглядами, но все остальные ведут себя так, будто выстрел послышался лишь нам троим. Я крепко сжимаю кулаки и нервно закусываю щеку, пытаясь отогнать от себя мысли о том, что к этому выстрелу могут быть причастны участницы отбора или же сам Кристиан.
— Где мой сын? — спрашивает король, словно читая мои мысли. Он смотрит на своего племянника сквозь опущенные ресницы.
 
По всему кабинету проносится сардонический смех Адриана и на лице его искажается злорадная усмешка.
— Неужто вспомнил про сына? — насмехается он. — А где ты был раньше?
— Заткнись, — шипит король, гневно поджимая губы. — Ты ответишь за все…
— Кристиан! — раздается хрупкий голос Шарлотты.
Я следую ее взгляду и замечаю, как наследник врывается в кабинет отца с пистолетом в руке, но его путь тут же преграждают два парня в камуфляжной форме, грубо хватая его за руки. Он покорно поддается их действиям, продолжая удерживать в руке свисающий пистолет.