Твоя маленькая ложь (СИ)
— Что… что происходит? — обеспокоенно спрашиваю я.
— Помни, что он заряжен, и бери его только в крайних случаях. Это понятно? — он в упор смотрит мне в глаза.
— Я не возьму его, — отвечаю я, направляя на него испуганный взгляд.
— Я не спрашиваю тебя. Лилибет, я не всегда буду рядом, а он всегда пригодится, — спокойным тоном говорит парень. Одним движением руки он достает оружие из кобуры и протягивает его мне. — «Walther P99», немцы знают толк не только в машинах, но и в оружии. Этот малыш проверен временем.
Я хочу сказать, что мне плевать, что это за пистолет и кто его изготовил, но продолжаю молчать, не в силах произнести ни слова. Беру оружие в руки, аккуратно осматриваю его и понимаю, что это далеко не пневматика — корпус пистолета черный, прохладный и опасный. На рукоятке выгравировано название оружия и еще куча непонятных моему глазу цифр.
— Помнишь, как стрелять? — он поднимает напряженный, полный решимости взгляд.
— Я не…
— Элизабет! Я. Спрашиваю. Помнишь, как стрелять?! — вновь настойчиво спрашивает он, перебивая мой лепет. Его напряженный громкий голос режет мне слух и брови тут же угрюмо сходятся на переносице.
— Да… кажется, — мгновенно срывается с моих губ. — Зачем все это?
— Знай, что я никогда бы не сделал этого, не будь это так важно, — звучит его стальной голос, пока он забирает у меня пистолет, упаковывая его обратно в кобуру.
— Думаешь, на меня могут напасть? — спрашиваю я и от непривычной тяжести справа рука по инерции тянется к оружию, слегка поглаживая кожаную кобуру.
— Я не думаю, я знаю, — уверенно сообщает он, принимая у мимо проходящего повстанца пистолет более внушительных размеров, пару секунд он прячет его за пояс, прикрывая кожаной курткой.
Еще несколько десятков мятежников быстрым шагом направляются в сторону толпы с винтовками в руках и суровыми выражениями лица, готовые на любой исход событий. Адриан берет меня за руку, и мы следуем за ними под отдаленные сирены полицейских машин. Всего на мгновение я оглядываюсь назад и обнаруживаю бесконечное множество подъезжающих автомобилей и скутеров полиции, несколько мужчин в униформе в спешке выбегают из транспорта, наставляя в нашу сторону оружие.
— Долой короля!
— Фредерик, не стесняйся!
— Долой короля, свободу народу!..
У меня замирает дыхание, как только я вижу стволы пистолетов, направленные практически мне в лоб, но Адриан ловко протискивает меня вперед через бесконечное количество недовольных людей, которые уже прорезают путь к дворцу сквозь невесомые ограждения.
***Амалиенборг
В сон Кристиана бесцеремонно врывается отдаленный вой толпы. Когда он открывает глаза, еще некоторое время ему кажется, что все это лишь сон, и взлохмаченная голова вновь касается подушки, но лишь ненадолго. Непроизвольные крики людей вновь набирают обороты, кто-то скандирует речь, а кто-то позволяет себе более художественные высказывания в адрес короля.
Резко подрываясь, кронпринц босиком выскакивает с кровати в одних пижамных штанах, направляясь к окну. Слегка пододвигая французскую штору молочного оттенка, ему открывается изумительный вид на центральную площадь Амалиенборга, на которую хочет прорваться неугомонная толпа. Ошарашенный взгляд Кристиана рассредоточено блуждает по людям, оценивая весь масштаб ситуации.
— Какого…
Отрываясь от окна, наследник надевает первую попавшуюся черную футболку, темные брюки и наспех завязывает шнурки на черных кедах, которые так не любит его отец. Вырываясь из спальни, он с удивлением обнаруживает дворец полупустым. Несмотря на столь ранний час, в это время в королевской резиденции всегда кипит жизнь младшего дворцового персонала: горничные бесконечно снуют туда-сюда, лакеи наглаживают свои повседневные или парадные фраки, а кухня готовится к завтраку на случай, если Его Величество проснется раньше обычного.
Но именно сейчас дворец опустел.
И несмотря на то, что по трудовому уставу дворца, вся имеющаяся прислуга живет в одном из четырех особняков дворцового комплекса Амалиенборг — в груди у наследника зарождается нехорошее предчувствие. Он в кратчайшие сроки намеревается добраться до особняка Фредерика VIII или, по распространенному названию среди своих, особняку Врокдорфа, чтобы подтвердить или опровергнуть свои худшие опасения.
По сложившейся давней традиции, королевская семья живет в особняке под названием Кристиан IX или, как они называет его между собой — особняк Шак. В особняке под названием Кристиан VII или особняк Мольтке, находятся масштабная библиотека, гостевые комнаты, большой тронный зал, залы для приемов достопочтенных гостей и музейное собрание правящей королевской ветви. Именно его осмелились подорвать повстанцы пару месяцев назад. Последний особняк Кристиана VIII или особняк Левецау — служит официальной резиденцией наследника престола и в данный момент пустует, ожидая день бракосочетания кронпринца с одной из участниц отбора.
— Крис, какого черта? — раздается гневный голос герцогини Норрланд, внезапно врывающейся в коридор второго этажа. — Объясни мне, почему каждый раз, когда я остаюсь на пару ночей в Амалиенборге — вечно что-то происходит?!
Кронпринц практически натыкается на кузину, но вовремя успевает остановиться. Девушка возмущенно закрепляет руки на поясе, находясь в легком бежевом халате с небрежным пучком из светлых волос на голове.
— Их там несколько сотен! — вновь восклицает она. — Что это значит?!
— Я не знаю, Изабель, — отстраненно произносит Кристиан, продолжая открывать бесконечные двери коридора в поисках прислуги. — Лучше помоги найти моего секретаря и, хотя бы одного лакея.
— Почему мы должны их искать?! — недоумевает она, следуя за кузеном. — Ты забыл, что они живут в другом особняке?
— Да, но сейчас мы находимся в особняке Шак, и они имеют право покидать его только до пяти утра, — тут же следует ответ от наследника. — Или ты пытаешься оправдать их?
— Я просто не понимаю, что в этом такого? Ты время видел? Наверное, еще даже пяти нет! — устало произносит герцогиня, следуя за братом.
— Может ты еще и спать предложишь пойти? — раздраженно бросает наследник через плечо, не удосуживаясь взглянуть на кузину.
— Отличная идея! — восклицает Изабелла. — Пусть с этими людьми разбираются гвардейцы или полиция. Что ты сейчас хочешь? Выйти к разъяренной толпе?
Кронпринц медленно разворачивается на пятках, встречаясь в упор с недоуменным взглядом девушки. Герцогиня укоризненно складывает руки на груди, вопросительно изгибая одну бровь.
— Я хочу найти уже хоть кого-нибудь в этом дворце! — принц срывается на крик, полностью осознавая весь масштаб происходящего.
— Кристиан, Изабель? — в светлом коридоре эхом раздается обеспокоенный голос королевы Матильды. Она наспех заворачивается в толстый бордовый халат, выбегая из своей спальни. Ее сонный и недоумевающий взгляд еще некоторое время рассеянно скользит по королевским отпрыскам, пытаясь разгадать причину столь раннего подъема. — Что-то случилось?
Королевская чета не разделяет постель уже на протяжении долгих лет, каждый ютясь в своих покоях. Если в первые годы совместной жизни Матильда еще хоть как-то старалась поддерживать брак по главному правилу ее матери «Как бы вы не ссорились — всегда засыпайте в одной кровати» — то десять лет назад она сдалась. Ей не хотелось разделять постель с тем, кто без зазрения совести приводит туда чужих женщин, ей не хотелось делить ее с тем, кому не ведомо понятие любви, привязанности, нежности и взаимопонимания. В один прекрасный момент ей просто осточертело терпеть этого мужчину в постели и беспрекословно делать вид, что все хорошо. Королева устала проглатывать его очередные выходки, оправдывая его поведение банальной усталостью и нервными срывами.
Обычно в таких случаях про супругов говорят «прошла любовь». Но, чтобы любовь прошла — для начала она должна зародиться в двух открытых сердцах. И какой бы не была Матильда сговорчивой и покладистой — Фредерика, высокомерного, заносчивого и ненасытного изменщика — переделать не под силу ни одной женщине в мире.