Испытательный срок
Рамзан послушно исчез в гараже вместе с коробкой.
Бараев поглядел на часы. Без десяти семь. Время Ч – через сорок минут. В это время движения на дорогах много, и их машина легко растворится в общем потоке. Рамзан вывезет его из села и высадит в условленном месте. Там Ису встретят, и дальше группа двинется пешком. До вечера им предстоит пройти через перевал, а к ночи они должны быть уже во Введено. Продукты Рамзан отвезет в другое условленное место, в двадцати километрах отсюда. Его будут ждать люди Бараева, которые заберут машину и сами доставят продукты к схрону. Шурин вернется домой на попутках.
Еще сорок минут… Целая вечность.
Он снова выглянул на улицу. Затем окинул взором склон горы, возвышавшейся за оврагом с неглубокой речушкой.
Ох, тихо… Слишком тихо. Словно перед грозой.
Оторвавшись от прицела снайперской винтовки, боец в маскировочном комбинезоне осторожно отполз чуть назад, в кусты, и прильнул к рации.
– «Гром» – «Филину»!
– «Гром» на связи.
– Наблюдаю движуху во дворе. Как поняли?
– Объект там?
– Вроде…
– Что значит «вроде»?!
– Блин, Митрич, у меня же обычная оптика, а не «Хаббл»! А клиент – не Месси, у него на спине фамилии нет.
– Выглядит как?
– Среднего роста, плотного телосложения, с бородой. А рожу отсюда толком не разглядеть. С ним еще один. Коробки какие-то из дома в гараж переносят. Похоже, провиант подтягивают для лесных братьев.
– Ясно. Продолжай наблюдение…
Все произошло быстро. Очень быстро. Обычно они опаздывают, а здесь не опоздали.
Иса метнулся к противоположному окну, выходящему во двор. Со стороны зеленки на грунтовку медленно выползал второй бронетранспортер. Сидевшие на нем бойцы на ходу спрыгивали на землю и занимали позиции вокруг дома.
Да, волновался не зря… Вчерашняя засветка все-таки аукнулась. У федералов было время подготовиться. Впрочем, на данный момент это неважно. Сейчас главное – уйти. С тем, кто его выдал, можно посчитаться позже. Он никуда не денется.
– Внимание! – донесся с главной улицы усиленный мегафоном голос, – дом окружен. Во избежание ненужных жертв предлагаю всем выйти во двор с поднятыми руками. В случае сопротивления или попытки к бегству открываем огонь на поражение. Повторяю! Дом окружен… Именем Тарабарского короля…
Вытащив из-под матраца автомат с укороченным стволом, Иса быстро спустился по лестнице со второго этажа в зал. Туда же вбежали со двора растерянные Рамзан и сестренка Султанат.
– Иса, что делать?!
– Спокойно… Вас не тронут. А я разберусь.
– Повторяю! – чуть строже просипел в мегафон Миронов, – всем находящимся в доме выйти во двор с поднятыми руками. В случае сопротивления открываем огонь на поражение. На-по-ра-же-ни-е!
Никто ниоткуда не вышел. Ни с поднятыми руками, ни с опущенными. Впрочем, особо на это и не рассчитывали. Какой смысл собственными ногами идти на пожизненное?
– Глянь, чего там? – велел командир Витьке Борщову, второму взводному.
Тот приподнялся, намереваясь осмотреть двор. Тут же раздался звон разбитого стекла, и из окна второго этажа коротко рявкнула автоматная очередь. Пули звонко забарабанили по броне.
Борщов моментально юркнул под колесо БэТээРа, а по дому в ответ с разных сторон дружно застрочило сразу с десяток «калашей». Воевать мужики любили и никогда не упускали повода дать рукам почувствовать сладостную дрожь плюющейся огнем стали. Будет о чем вспоминать в семейном кругу возле камина долгими зимними вечерами.
– Прекратить огонь, растудыт вашу каракатицу! – заорал Миронов, – я кому сказал?! Группа дебилов, а не банда миротворцев… Мирное же время!
Бойцы нехотя подчинились. Шкафыч снова взялся за мегафон.
– Даю три минуты на раздумье! Потом начинаем штурм. Все жертвы будут на вашей совести. Время пошло!
И снова никаких конструктивных действий с бандитской стороны. Секунды тянулись долго, словно рекламная пауза во время захватывающего фильма. С десяток пар глаз напряженно всматривались в торчавшую из-за высокого кирпичного забора крышу, покрытую ядовито-зеленой металлочерепицей. Так всматривались русские воины на Чудском озере в приближающуюся немецкую «свинью» в старинном боевике «Александр Невский».
– Не стреляйте! – раздался вдруг со стороны дома женский крик с нотками истерики, – он его убьет!!! Не стреляйте!!!
– Началось… – страдальчески поморщился руководитель операции, – надо было без мегафона. Хрен с ними, с правами человека…
Со двора донесся звук шагов, затем отворилась калитка, и на улицу выскочила перепуганная женщина в домашнем халате и калошах на босу ногу.
– Не стреляйте!!!
– Куда, едрит твою?! – Борщов, выскочив из-за бронетранспортера, бросился навстречу и, схватив ее за руку, затащил под защиту борта.
Беглянка обессилено опустилась на землю и всхлипнула.
– Он его убьет…
– Тихо, без соплей! – властно повысил голос Миронов, присаживаясь перед ней на корточки. – Кто убьет? Иса?
Та, снова всхлипнув, кивнула.
– Там Рамзан… Муж… Иса связал его, убить грозится. Не стреляйте!
– Черт… А ты-то как ушла?
– Иса – мой брат. Двоюродный. Меня не тронет.
Евгений Дмитриевич вытащил из автомата шомпол, сапогом разровнял песок.
– Вот твой дом… – он начертил на земле прямоугольник, – вот… входная дверь. Как комнаты расположены?.. И где Иса?
– Иса там… – Султанат махнула рукой в направлении калитки, – это он в вас стрелял.
– Понятно, что не собачка… Ты тут, на плане, покажи!
Дама опять не поняла, что от нее хотят.
– Рамзан тоже в доме… Иса его связал и…
– Не фиг пускать было. Кто еще внутри, кроме мужа и Кады…, тьфу – Бараева? – перебил Миронов, помянув про себя добрым словом систему школьного образования в национальных автономиях.
– Никого.
– Точно никого?
– Точно.
– Ну, свободная женщина востока, смотри, если что… Сиди здесь!
Любители настольного тенниса, заварившие сегодняшнюю кашу, устроились на пологом склоне оврага в тени кустов терновника. Погода огорчала – ни тебе ливня с градом, ни ураганного ветра, ни камнепада. Так – скучное солнечное утро. Хоть на рыбалку иди, а не бандитов лови.
Опустив бинокль, Туманов откинулся на спину, подложив под голову руки. Со стороны села мелодично завыла собака.
– Воет… Добрая примета, – подметил Ромка.
– А что ж ей, рэп читать?.. Я бы никаких переговоров не вел. Это все равно, что позвонить наркодилеру и предупредить – завтра мы придем с обыском, сиди дома, жди и ничего не выбрасывай… То ли дело – раньше. Штык на ружье и в атаку, безо всякой ненужной болтовни с врагом… Был такой полковник Карягин. Пал Михайлович. В начале девятнадцатого века. Как раз в здешних краях воевал. Пока русская армия бодалась в Европе с Наполеоном, персы решили оттяпать кусок нашей территории и отомстить за прошлые обиды. Ну или наши сами спровоцировали, как всегда. Не суть. Двинули персы сорокатысячную бригаду во главе с наследным принцем. А нам и послать на защиту рубежей некого. Известная песня – генералы намухлюют, а расхлебывать простому солдату. Кинули клич. Набралось пятьсот егерей и две пушки. Но зато командовал нормальный мужик. Умел настроить бойцов на нужную волну. Ты себе можешь представить? Пятьсот против сорока тысяч?
– Что, правда?
– В отличие от трехсот спартанцев – все честно. Четыреста девяносто три человека. Со спартанцами еще вопрос – не легенда ли? А тут – реально, документы есть. Короче, бились эти чокнутые мужички тринадцать дней и ночей, расхерачили персов и по ходу дела взяли пару их крепостей. Причем первую чисто на понтах. Разбили пушечным выстрелом ворота, зашли внутрь и просто спросили: «Вы верите, что нам нечего терять?» Персы поверили и крепость оставили без боя. Потом полегли егеря почти все, конечно. Но Карягин выжил. Получил из рук царя золотое оружие… Вот это ребята! Куда там французам или амерекосам с их «железными людьми» и «суперменами»… Обидно.