Исследователь планет. Том 2 (СИ)
Но сложнее всего ей пришлось, когда очередь дошла до подошв ног. Почему-то Сергей дергался, когда она касалась усиком кохабитанта поверхности подошвы, и пришлось зафиксировать его ноги ветвями кохабитанта. Вот только звуки, издаваемые им, сильно сбивали ее с настроя, так что с трудом доведя рисунок до конца на мизинце его левой ноги, Воланса вдруг почувствовала, как будто у нее изнутри вытащили стержень, она резко вздохнула, а следом глубоко зевнула и, уже практически на ходу засыпая, на инстинктах быстро заползла на спину Сергею, прижалась к нему, долго с закрытыми глазами тыкалась и водила носом по затылку Повелителя, пока тот не повернул голову, и тогда она, нащупав губами, прикусила мочку его уха и, посасывая ее, окончательно замерла.
Сергей— М-да… — пробормотал Сергей, стоя под душем и глядя себе ниже пояса. Воланса прям разогналась — изрисовала все его тело. Вообще все! Даже в самом интимном месте — и как только он тогда сдержался? Не иначе как чисто на морально-волевых. Правда, он-то сдержался, а его дружок, с которым так неожиданно познакомилась Воланса — нет, и весело ее приветствовал, когда та рисовала на нем.
— М-да… Хорошо хоть не видно это без переключения зрения! А вообще, в целом получилось весьма… Весьма… — Пробормотал Сергей, оглядывая себя. И ведь вода уже не смывает рисунок. А судя по экспресс-анализу СУНИКа вещества, которым рисовала инопланетянка, это смыть вообще будет проблематично, если не привлекать технологии с использованием нанороботов. Краска агрессивно впиталась под кожу на глубину нескольких миллиметров и постоянно восстанавливалась при естественном отмирании верхнего кожного слоя. Удивительно, но в реальности это оказалось не просто пассивным веществом, а чем-то вроде биологических нанотехнологий, только клетки вещества были постоянно активными. Обнаружилось это не сразу, а когда СУНИК поставил в известность Сергея, дело зашло слишком далеко. Почему УНИК сразу не обнаружил нестандартное поведение краски? Потому что буквально сразу и в первую очередь обнаружилось весьма благотворное влияние ее на клеточный состав и состав крови, как и раньше было, так что ИИ явно протупил. В принципе, чем больше этот рисунок покрывал тело Сергея, тем сильнее начинал влиять на стабильность организма в положительную сторону, при этом забрав на себя восемьдесят процентов функций внутренних наносетей, контролируемых персональным УНИКом.
Так-то это было не очень хорошо, ибо снижался общий контроль за организмом, плюс невозможно было прогнозировать поведение этой биологической системы в разных ситуациях, да и как повлиять на нее пока было неясно. С другой стороны, это уже случилось, поэтому УНИК совместно с СУНИКом организовал второй слой наносистемы для контроля этого новообразования, и теоретически, в критической ситуации процентов на пятьдесят существовала вероятность заблокировать ее. Ну, тут есть свои тонкости, связанные со скоростью реакций двух систем, действие-противодействие и еще много разных нюансов. Так что существовала пятидесятипроцентная вероятность умереть, если что-то пойдет не так.
Впрочем, Сергей особо не расстраивался. Со смертью рука об руку он ходил давно и часто, так что этим его не напугаешь. А вот как исследователю подвернувшаяся возможность поближе узнать мутов казалась просто идеальной. Ну и способ получения этой биологической системы был весьма и весьма приятным… М-да…
А спалось ему странно — УНИК говорит, что в организме при устаканивании биологической системы происходили разные сложные и иногда опасные процессы, которыми УНИК и занимался — где-то контролировал, где-то пресекал, где-то помогал, так что даже удалось наладить что-то вроде взаимодействия с этой сетью, только неясно — навсегда, надолго или временно. Так что УНИК был полностью занят, а Сергею в это время снились сны. Исключительно эротического содержания и с Волансой в главной роли. Мало ему было во время бодрствования бороться с собой, так его желания таки прорвались ему в сны! Он только надеялся, что это временно, и когда УНИК все же снизит свою загрузку из-за контроля биологической сети, то сможет вернуться к полноценному мониторингу его мозга во время сна. А то что-то совсем тяжко.
ВолансаДевушка забралась на самый верх дерева, под кроной которого стоял Мертвый Дом. Усевшись на развилке, она поговорила с деревом, и оно закрыло ее со всех сторон ветвями и листьями, сделав что-то вроде гнезда, как у нее дома, только маленького. Воланса спряталась от всего мира в своем домике-гнездышке. Кохабитант для этого не подходил, там была полная изоляция, а ей хотелось вот так посидеть — в одиночестве, но не в отрыве.
Она снова не могла разобраться в себе. Когда что-то случается, она хоть как-то это может понять и обосновать, успокаивается, а потом снова что-то случается, и она снова находится во внутреннем раздрае мыслей и чувств. А сегодня было совсем непонятно. Вроде бы она проснулась полная сил, в отличном настроении, полюбовалась на нарисованную ею статику на Сергее, а потом, когда она полностью все рассмотрела, у нее сильно забилось сердце, а лицо буквально полыхнуло жаром. Так она и просидела, кидаемая ее разваливающимся организмом то в жар, то в холод. Причем в жар ее кидало, когда она рассматривала спящего на спине Сергея, а в холод, когда отрывала от него взгляд. Потом вяло отказалась от предложения проснувшегося Повелителя побегать и размяться. Он немного оглядел себя спереди, хмыкнул и сказал, что оценит ее статику, вернее теперь уже свою, чуть позже, когда после бега придет в Дом и осмотрит со всех сторон. Она покивала, а потом спряталась в кроне дерева.
И вот она сидит тут и пытается притушить горящие щеки и вообще жар в теле. Как только вспомнит голого Сергея и все его выступающие части тела, так и начинает ее жечь и печь. Она задумчиво осмотрела себя — свои груди, живот и ниже. Вспомнила, как оно устроено все у Сергея. Нет, так-то, она пару раз видела как оно есть у мутов — как-то раз она пошла по поручению папы к его помощнице, надо было что-то там забрать, и когда зашла, с лежанки, на которой лежала эта помощница, вскочил голый мут, видимо, ее друг, и Воланса рассмотрела все на нем, сравнивая с учебным материалом из Почек. Оригинал несколько отличался от учебного материала, но это всегда было так — там обычно давали усредненные данные. Почему-то тогда тот мут сильно расстроился ее приходу и сильно засмущался, когда она спокойно его рассматривала. В общем-то, и сейчас она не очень понимала, почему тот мут смущался, а потом даже рассердился на нее — наверное, им было так же приятно лежать вместе, как ей с Сергеем, и она им помешала. Вероятно, она бы тоже рассердилась, если бы им с Повелителем помешали лежать вместе. Сейчас, вспоминая голого мута, она так же, как и тогда, не испытывала никаких чувств. А вот как только представит Сергея, так сразу же начинает разваливаться и болеть — тело печет и особенно щеки и шею и даже немного грудь, и там все краснеет. Ну и еще почему-то, несмотря на эти неприятные ощущения, внизу живота наоборот становилось так сладко и приятно, примерно как когда Сергей трогал ее ноги или груди.
Воланса зажала руки между ног и сильно их сжала. Спустя несколько минут ее сначала выгнуло, а потом отпустило, и она снова попыталась вспомнить, видела ли она что-то в Почках на эту тему. Перебрав все свои воспоминания, ничего не нашла. Возможно, ей просто не все давали учить? Вообще, подбором Почек для изучения занимался ее отец, да еще и некоторые молодые муты иногда подбрасывали ей посмотреть странные сюжеты, вроде того же Кириса, сына ассессора отца — Кирисина. Вспомнила легенду о Рамини и Джулансе, о которой они разговаривали с Кирисом. Вспомнила, как те разорвали свою аниму и раз и навсегда решили свои проблемы. Может, и у нее нечто вроде такого? И может ей тоже стоит разорвать аниму и уйти к Матери, чтобы Сергей не видел, как у нее отказывает организм? Почему-то ей было очень неприятно, стоило только представить, как он увидит ее проблемы с телом. Может быть, для нее важно, что он о ней думает и какой он ее видит?