Доступ запрещен (СИ)
Айминь толкнул входную дверь и решительно шагнул в кабинет. Но втащить следом и меня у него не получилось: одно по-змеиному быстрое, неуловимое движение Энрика, и рука альдебаранца вдруг разжалась, выпуская из плена мою кисть. Айминь удивленно и раздраженно оглянулся, попытался снова поймать меня за руку, но Энрик очень быстро закрыл меня собою и прошипел:
— Не трогай ее! Маргарита – свободная девушка! Ты не имеешь права ею распоряжаться! Тем более, к чему-то принуждать!
Наверное, эта фраза для альдебаранца что-то значила. Имела смысл, совершенно отличный от того, который в эти слова вкладывала я. Потому что раздражение на бледном, снежно-белом лице вдруг сменилось выражением крайней степени вины. Больше хватать меня за руку Айминь не пытался.
— Ну, что у вас случилось, аспирант? — вдруг раздался раздраженный голос адмирала Крайтона.
Сколько я его знала, пожилой фарн всегда был вежлив, доброжелателен и спокоен. А сейчас волны негодования так и расходились от сидящего за столом Крайтона во все стороны. Я даже невольно поежилась, настолько некомфортно сейчас было стоять перед ним навытяжку. Но это был первый случай, когда опытный псионик Айминь почему-то не почувствовал настроение адмирала. Или почувствовал. Но, возбужденный открывающимися перспективами, отмахнулся от потенциальных неприятностей:
— У нас случилось настоящее чудо! Адмирал Крайтон, до сих пор обмен эмоциями на расстоянии считался прерогативой исключительно расы яоху! Как вы, должно быть, знаете, даже у моей расы нет такого таланта. Именно на обмене построен принцип управления яохскими звездолетами. За все время проводимых мною исследований мне ни разу не встретился хоть сколько-нибудь одаренный псионик, способный обмениваться эмоциями. Либо трансляция, либо прием! И вот появляется Маргарита!
Айминь на мгновение умолк. Видимо, чтобы перевести дух после прочувствованной, но путанной речи, которую он выпалил буквально на одном дыхании. А адмирал Крайтон, который все это время слушал его, скептически постукивая электронным пером по столу, воспользовался возникшей паузой и вкрадчиво поинтересовался:
— Так это Маргарита виновата в том, что пятеро преподавателей обратились в медицинскую службу за психологической помощью? А весь последний этаж аспирантов по обмену, как бы это помягче сказать, словно сошел с ума: кто-то рыдает, а кто-то рвет на голове волосы. На чужой голове. У меня целый ворох жалоб. Как вы это поясните, аспирант Урдо?
Айминю хватило такта чуть-чуть смутиться:
— Простите, господин адмирал! Это вышло случайно. Никто из нас не знал, на что способна Маргарита. Но я готов лично обойти всех и принести свои извинения за произошедший инцидент! Поверьте, это того стоит! У нас теперь открываются совершенно другие перспективы! Абсолютно другие горизонты! Возможно, даже в чипах теперь надобность отпадет! Конечно, еще необходимо исследовать как следует феномен Маргариты, но я уверен, что в недалеком будущем проблема воинов-псиоников будет полностью решена! А пока нужно Маргариту снять с практики. Уверен, вы и сами понимаете, что исследования и тренировка ее дара куда важнее, чем то, что она месяц будет стоять у кого-то за спиной и наблюдать, как работают уже состоявшиеся пилоты!
Я во все глаза смотрела на альдебаранца. И не узнавала своего всегда корректного и воспитанного Айминя. Его будто лихорадило. Глаза горели фанатичным огнем, пугая непримиримым выражением. Айминь вещал. А не разговаривал с руководством.
Адмирал Крайтон, слушая альдебаранца, все так же задумчиво поигрывал электронным пером, периодически кося то в мою сторону, то на Вилларса. Если у него и были вопросы по киллу, то он молчал.
Договорив, Айминь с надеждой и нетерпением уставился на адмирала. Но фарн упорно не смотрел на него. Он что-то обдумывал, уставившись в пространство и механически вертя в пальцах перо. И у меня затеплилась робкая надежда, что для меня, возможно, не так все может быть и плохо. Может быть, адмирал Крайтон заставит Айминя перенести опыты и тренировки на время после прохождения практики? Учеба ведь для меня тоже важна. А я ради такого согласна снова провести каникулы на Луране…
В этот момент в дверь постучали и за моей спиной раздался знакомый холодный голос:
— Вызывали, господин адмирал?
Райен? А он что здесь делает? Его вызвал адмирал? Когда? Вопросы вихрем кружились в голове, но ответов на них у меня не было. Тем временем, адмирал согласно кивнул:
— Входи, командор. — Дождался, пока Райен закроет за собой дверь и протиснется мимо нас к его столу: — Знаешь, какой сюрприз нам с тобой подготовили моя курсантка и твой однокурсник?
Райен стоял ко мне спиной, я не видела его лица. Но он даже не дрогнул, услышав про «сюрприз».
Придя, в конце концов, к какому-то решению, адмирал вздохнул и отбросил в сторону уже порядком поднадоевшее мне перо:
— В общем, так. Урдо, я запрещаю вам действовать в ущерб учебе Маргариты. Она должна не числиться в Академии, а учиться! По-настоящему! Вы меня понимаете? Однажды ей придется взять в руки штурвал, и от ее знаний и умений будут зависеть десятки жизней. Возможно, даже ваша. Поэтому дар даром, а учеба в приоритете, понятно? — Айминь нехотя кивнул. Его губы поджались. — Отлично. Тогда собирайтесь. На крейсере есть изолированное помещение. Пока оно пустует, командир крейсера по моей просьбе предоставит его вам. Там можно будет спокойно и безопасно работать с даром Маргариты. Курсант Гейден, — фасеточные глаза впились в мое лицо, — практику проходить как положено, не отлынивать! Лично по итогу спрошу! Вам понятно?
Меня переполнило ликование. У меня все-таки будет настоящая практика! Возможно, мне повезет, и хотя бы ненадолго, под присмотром, я смогу встать за штурвал! Радость брызнула из меня как пузырьки шампанского, и Айминь, мгновенно поймавший изменение пси-поля, укоризненно на меня посмотрел. Но впервые мне не было дела до его мнения. Впереди замаячила вполне реальная перспектива полета.
— Так точно, господин адмирал! Обязуюсь не отлынивать, практику буду сдавать вам лично!
Пожилой фарн едва заметно дернул уголком рта, обозначая улыбку, а фасеточные глаза осветила улыбка:
— Отлично. Далее. Вилларс, — он посмотрел на Энрика, — чем вы руководствовались при выборе команды?
Энрик замялся:
— Простите, господин адмирал, я могу не озвучивать причины выбора?
Крайтон бросил на килла неожиданно острый, пронзительный взгляд:
— Можете. Но тогда, я надеюсь, не станете оспаривать мое решение, которым я вас отправлю на практику в другое место? Ваша команда получит другого штурмана, курсанты внакладе не будут.
Вилларс не раздумывал:
— Здесь речь шла о каком-то крейсере. Я так понимаю, это военное судно? Если я попаду на практику туда, у меня никаких возражений не будет!
Адмирал пристально смотрел на Энрика еще секунд тридцать. Но ничего не сказал, просто кивнул. А потом обвел взглядом нашу живописную группу:
— Подведем итоги: Урдо, я не потерплю самодеятельности на территории вверенной мне Академии. Если вы думаете, что у вас вышло бы скрыть то, что Маргарита вышла на новый уровень дара не просто так, а при помощи курсанта Вилларса, то вы очень сильно ошибаетесь. На первый раз я оставлю все как есть. Даже позволяю вам сопровождать курсанта Гейден на место прохождения практики, с тем чтобы продолжать тренировать ее дар в свободное от службы время. Вы меня поняли? — Адмирал пристально посмотрел на Айминя и веско повторил: — В свободное. Если попытаетесь лишить девушку обучения или отдыха, у командира корабля будут полномочия посадить вас под арест. И дар псионика вам не поможет. Маргарита и Энрик, ваша задача вам ясна? — Мы с киллом почти синхронно кивнули. И адмирал переключился на Райена: — Забирай этих прохвостов. С приятелем разберешься сам. Маргариту береги. Как бы там ни было, но она действительно уникум и шанс всего Звездного Флота. Ну и чип будете тестировать на ходу. — Крайтон замолчал секунд на пять, а потом изменившимся голосом добавил: — Мне все это очень не нравится! Не люблю кидать в огонь неоперившихся птенцов. Но необходимость мне понятна. Надеюсь, вы все вернетесь с операции живыми и здоровыми. А сейчас идите. Курсантов посвятишь в подробности на борту.