Доступ запрещен (СИ)
Потом адмирал собственноручно установил мне по присланному игумаром линку программу. И даже синхронизировал ее со своим коммом, пояснив это тем, что высшее руководство с него снимет голову, если со мной что-то случится. А значит, он должен быть в курсе того, что со мной происходит. Я только зубами скрипнула.
После ухода адмирала игумар еще выдал мне несколько рекомендаций по питанию и предупредил, что дни, оставшиеся мне до переселения в основное общежитие, я должна сама следить за своим питанием. А уже в основной столовой, когда я буду получать еду из пищевого автомата по жетону курсанта, умная машина сама будет рассчитывать необходимые моему организму калории.
Монолог игумара о калориях напомнил мне о том, что я так и не поела. Желудок мгновенно свело судорогой. Сглотнув голодную слюну, я осторожно поинтересовалась:
— Простите, а ужин я уже тоже безнадежно пропустила, да?
Вместо ответа игумар хмыкнул:
— Через час уже отбой. — Я опустила голову, было обидно. — Адмирал в виде исключения распорядился оставить вам ужин в термобоксе. — Игумар что-то достал из ящика стола и положил передо мной. «Чем-то» оказался квадратный пластиковый жетон с микрочипом электронного ключа. — Когда войдете в столовую, сразу поворачивайте налево. Там, в углу, увидите ячейки, их немного, всего пять. В одной из них и хранится еда для вас. Поужинаете, и сразу спать. Понятно?
Я кивнула. И меня наконец отпустили.
Торопливо попрощавшись с медиком, я рванула на выход. Но уже выскочив на крыльцо, резко затормозила. И причиной тому была отнюдь не сияющая, как бриллиант луранская ночь. Вовсе нет. Я остановилась потому, что на перилах, сгорбившись, как больной воробей, сидела причина всех моих бед.
Едва за мной со стуком захлопнулась входная дверь, Вилларс поднял голову. Его лицо скрывала ночь, серебристо-лиловый свет ночного светила лился из-за спины, красиво очерчивая слегка встрепанные волосы килла, смягчая резкие углы худощавой фигуры, но оставляя в тени лицо. Из-за чего казалось, что Вилларс смотрит на меня со жгучей ненавистью, настолько неуютно мне стало под его пристальным взглядом.
Пауза растянулась. Я неловко мялась на месте, не решаясь пройти мимо килла и проклиная себя за то, что бежала почти с крейсерской скоростью. Если бы шла медленно и аккуратно открыла дверь, то у меня был бы шанс проскочить мимо незамеченной. Наверное. Все беды от моей торопливости!
Вилларсу первому надоело тягостное молчание. Он ловко спрыгнул с перил и шагнул мне навстречу:
— Как ты?
Я онемела. Да ладно! Килл интересуется моим самочувствием? Голос килла звучал мягко, в нем слышалось нечто, слишком близкое к определению «вина». Вилларс чувствует себя виноватым?! Да быть того не может!
Не дождавшись от меня ответа, килл раздраженно вздохнул:
— Гейден, ты язык проглотила? Или это последствия обморока?
Язвительная фраза, привычная для облика ехидного килла, привела меня в чувство, я фыркнула:
— Не дождешься! Я просто офигела, увидев здесь твое величество! Да еще таким смиренно-участливым!
В серебристо-сиреневых сумерках ярко блеснули белоснежные зубы Вилларса. Килл беззвучно расхохотался, пристраиваясь сбоку от меня и подхватывая меня под локоток:
— Смиренным? Гейден, сколько камней тебе упало на голову в детстве? Я и смирение – понятия совершенно несовместимые! Я не смирюсь никогда! Это в крови у киллов!
На мгновение я запаниковала, не обращая внимания на шутливые слова парня:
— Ты куда меня тащишь? Что тебе от меня надо?
— Сейчас найду в саду участок потемнее и прикопаю тебя там под кустиком, — хмыкнул гад. — Все равно уже почти вся Академия спит, так что свидетелей не будет!
Я оторопела и вырвала у него руку:
— Что-о-о-о-о? Ты совсем офигел? Да на территории Академии повсюду камер…
Я недоговорила. Килльский гад просто сложился пополам, содрогаясь всем телом.
За одно мгновение в голове пролетел миллион предположений. Что с ним? Судороги? Отравился? Умирает? Я уже хотела бежать назад в медицинскую часть и звать на помощь, когда до моего уха долетели сдавленные, булькающие звуки: Вилларс смеялся!
Все благие намерения мигом выветрились из моей головы. И я, не думая, что я делаю, с силой двинула кулаком киллу в бок:
— Ну ты и гад! — вырвалось у меня с досадой. — Надеюсь, что после завершения отработки я тебя не увижу больше никогда! Противная килльская рожа!
Высказавшись, я развернулась и бросилась прочь от Вилларса и главного корпуса. Меня душила досада на инопланетника и саму себя. Это же нужно было так опростоволоситься! Как я вообще могла подумать, что этой надменной заразе может стать плохо? Да он по определению создан из вечного сплава! И ему все нипочем!
— Стой, ненормальная! — Занятая своими мыслями, я не услышала, как Вилларс меня догнал. Только жесткая хватка на левой руке повыше локтя и резкий рывок заставили меня остановиться. — Я не хотел обидеть или задеть. Но ты так забавно пыхтела, что я не смог просто удержаться, чтобы не поддеть!
— Отстань от меня! — Я попробовала рывком вырвать у него плененную конечность. — Что тебе вообще от меня нужно? Зачем пришел?
Вилларс без возражений отпустил мою руку и серьезно заглянул мне в глаза:
— Извиниться. — Я едва не ахнула, но килл не обратил на это внимания. — Адмирал Крайтон вызывал меня к себе. Извини, что недослушал и не поверил. Из-за моей дурости ты оказалась на волосок от гибели. Но я не убийца и точно не хотел причинить вред! Веришь?
В голосе килла мелькнули какие-то странные, слишком похожие на отчаяние нотки. Он жадно смотрел мне в лицо, ожидая, что я скажу.
А мне стало неловко. Вот так просто сказать, что не обижаюсь и не злюсь, я не могла. Меня будто кто-то удерживал за горло, не давая произнести эти слова. Возможно, моя совесть? Или моя честь не давала сказать явную ложь. Потому что я злилась на килла. Это из-за него все мое пребывание в Академии едва ли не с первой минуты пошло кувырком. Но Вилларс ждал ответа. И я неловко повела плечом:
— Извини, я не могу вот так взять тебя и простить. Из-за тебя я едва не пролетела с поступлением, ты отравлял мою жизнь при каждом удобном случае! Так что вот так вот взять и все простить я не могу, — закончила я тихо. — Возможно, потом. Когда-нибудь…
Неожиданно килл горько хмыкнул:
— А ты гораздо больше килла, чем я думал. Хорошо. Я извинюсь в традициях нашего народа. А сейчас пошли!
Он снова ухватил меня за руку повыше локтя и потащил совсем не в ту сторону, в которую я бежала. Но я даже не подумала сопротивляться. Слишком уж меня огорошили его слова. В традициях его народа? А это как? И только когда между деревьями мелькнуло наружное освещение главного корпуса, я немного пришла в себя. И сразу же уперлась пятками в посыпанную мелкими камешками дорожку:
— Стой! Куда ты меня тащишь? И что значат твои слова про то, что я килла?
Это у меня был шок от услышанного. А килльский гад владел собой хорошо. И ему мое сопротивление было все равно, что укус комара для слона. Он его вообще не почувствовал и продолжал тянуть меня на буксире, не замечая, что каблуки моих ботинок оставляют в покрытии дорожки красноречивый след.
Не снижая скорости и будто не замечая, что я практически вишу на его руке всем своим весом, Вилларс проинформировал меня менторским тоном:
— Меня проинформировали, что тебе крайне важно следить за своим питанием. А ты, Гейден, судя по всему, решила в очередной раз нарушить предписания и лечь спать голодной.
Меня накрыл новый шок. Да такой, что я перестала сопротивляться и только ошарашенно спросила:
— С чего ты взял?
На этот раз Вилларс остановился и внимательно посмотрел на меня:
— Это не сложно. Ты же бежала не в сторону основного корпуса, а в сторону женской казармы. Вывод: ужин ты собралась проигнорировать, что совершенно недопустимо! У меня больше нет желания таскать твою бездыханную тушку по всей Академии на руках! Одного раза хватило!