Улей. Уйти нельзя выжить (СИ)
— Ушиб коленных чашечек незначительный. На лице гематомы нет, оттек сойдёт завтра, синяк сохранится дольше, — сухо перечисляет док, складывая инструменты и лекарства в сумку.
— Насколько дольше? — я требую конкретики, потому что время поджимает.
— Дней десять, — пожимает плечами док. — В лучшем случае неделя.
— Послезавтра в Улей доставят ее владельца, — сообщаю я. — Можно как-то ускорить процесс?
— Можно загримировать, — разводит руками Трой. — Синяки на лице заживают долго, Бут. Кронос не может перенести визит?
— Может, но не хочет, — задумчиво отзываюсь я, пристально рассматривая безмятежно посапывающую пчелку.
— Даже после нападения на его фавориток? — в голосе Троя звучит недоумение.
Откровенно говоря, я тоже слегка обескуражен решениями Кроноса. Точнее, их отсутствием. Получив отчёт об инциденте на вечеринке, он спустил ситуацию на тормозах, не назначив даже дисциплинарного наказания. Но я не настолько недальновиден, чтобы не понимать — отсутствие реакции — это тоже реакция. Остается только уложить в голове вероятные причины демонстративного безразличия к выходкам Каи.
— Кто возьмет на себя ответственность, если она навредит почетному гостю? — задается Трой весьма животрепещущим вопросом.
— Это зависит от степени тяжести нанесенных повреждений, — уклончиво отвечаю я. — Можешь идти, я дождусь, когда действие снотворного закончится и лично доставлю пчелку в ее соту.
— Бут… — нерешительно обращается ко мне Трой.
— Что еще? — выгнув бровь, вопросительно смотрю на сомневающегося доктора.
— У меня есть крайне важная информация, — тщательно подбирая слова, осторожничает Трой. — Но мне нужны гарантии, что ты меня не сдашь.
— Это зависит от ценности информации, — практически повторяю я недавнюю фразу, лениво поправляя браслет часов.
Оглянувшись на Каю, но даже убедившись, что она крепко спит, Трой на всякий случай просит меня выйти в соседнюю комнату. Не думаю, что он сообщит мне нечто до сих пор неизвестное, но послушать любопытно. С недавних пор я всерьез стал подозревать руководителя медуровня в двойной игре. На кого конкретно он работает — Верховный совет или Кроноса, пока судить сложно, но я рассматриваю обе версии.
— На днях Медея прошла обследование для определения готовности ее организма к экстракорпоральному оплодотворению, — выдает Трой, усаживаясь в кресло напротив меня.
Неожиданно, но в тоже время закономерно. Рано или поздно вопрос потомства пчелиного семейства должен был встать ребром. После стольких выкидышей и с учетом возраста Медеи дальше медлить нельзя. Все годы правления Деи и Кроноса верховный совет строго следил за тем, чтобы она не принимала контрацептивы, для этих целей раз в три месяца в Улей приезжала группа независимых экспертов, проводила тщательный осмотр, но не выявляла причин неудач. Вероятно, лимит их терпения иссяк.
— И как? Успешно? — постучав пальцами по подлокотникам, уточняю я.
— Да, и Медея настроена очень решительно, — сложив ладони домиком, Трой бросает на меня напряженный взгляд. А вот это уже новость на миллион. После дюжины мертворождённых младенцев Дея внезапно воспылала желанием стать матерью? Не поздновато ли для пробуждения инстинкта размножения?
— Кронос в курсе? — уточняю я немаловажный вопрос.
— Да, и Медея поставила ему ультиматум. Если он не даст ей родить, она доложит в совет о неслучайном характере предыдущих выкидышей, — сообщает Трой, нервно теребя рукав своего скафандра.
— Почему ты решил, что я должен об этом знать? — с подозрением смотрю на его бледную физиономию, все больше убеждаясь в наличии заговора против меня.
— Биоматериал Кроноса непригоден для оплодотворения, — сбивчиво произносит док. От напряжения бедолага вспотел.
— Ничего удивительного. В его-то возрасте.
— Бут, ты же в курсе, что трутни, попадающие в королевскую постель, стерильны?
— Конечно. Причем тут это? — искренне недоумеваю я.
— Кронос и Медея решили использовать твой биоматериал для проведения процедуры, — с прискорбием отвечает Трой, до побелевших костяшек впивается в подлокотники кресла.
— Невозможно, — резко бросаю я.
— Почему невозможно? — осмеливается возразить док. — В отличие от трутней, ты не стерилен, а оральный контрацептив в любой момент можно отменить.
— Это ошибка, — категорично отрицаю я, не собираясь верить во весь этот бред. Кронос сам настоял, чтобы я принимал незапатентованный, но эффективный препарат с самой высокой степенью защиты на сегодняшний день.
— Ошибка исключена. Приказ уже отдан, — настаивает Трой, глядя на меня с откровенным страхом.
Страх в его случае — естественная реакция. За то, что он только что мне рассказал, можно и умереть. Кронос не щадит предателей. И я тоже. В этом мы с ним придерживаемся одинаковых принципов.
— В чем твоя выгода? — смерив доктора изучающим взглядом, я задаю вполне логичный вопрос.
— Моя выгода? — Трой вопросительно приподнимает брови.
— Ты сильно рискуешь, выдавая мне секреты королевской семьи. Мне нужно понять — ради чего? — сухо поясняю я.
— Я предчувствую смену власти, — наконец-то он говорит то, что напоминает правду. — И планирую оказаться в команде победителя.
— То есть ты поставил на меня? — сардонически ухмыляюсь я.
— И на Каталею, — кивает Трой, заставив меня присмотреться к нему внимательнее. — Я видел родимое пятно, Бут, я взял на себя смелость сравнить ДНК Каи, королевы и Кроноса. Озвучить тебе результат, или ты, итак, знаешь?
— Ты понимаешь, что твоя смелость может стоить тебе жизни? — металлическим тоном уточняю я, так и не ответив на заданный вопрос.
— Живым я принесу тебе больше пользы, — смело заявляет Трой. Я делаю вид, что раздумываю над его предложением, и он идет ва-банк. — Нельзя допускать, чтобы процедура по экстракорпоральному оплодотворению состоялась.
— С этой проблемой я справлюсь без тебя, но… — делаю выразительную паузу, вынудив Троя изрядно понервничать. — Живи пока.
Через пару минут выпроводив опрометчиво рвущегося мне в союзники доктора из коттеджа, я возвращаюсь в комнату со спящей пчелкой. Усыпляющий газ, поданный через систему вентиляции, продержит ее в объятиях Морфея еще минут сорок, а я использую это время, чтобы детально проанализировать вскрывшиеся факты.
Итак, в скором будущем я могу стать отцом. Могу, но не стану. Медея безусловно прекрасна, обладает сильной генетикой. Однако она не та женщина, от которой я хочу иметь потомство. Королева, видимо, считает иначе, раз согласилась на это недоразумение.
Второй важный момент — Дея не может не понимать, что Кронос устроит для меня несчастный случай еще до рождения ребенка и у него уже имеется четкий план и исполнитель.
Факт третий — Трой знает больше, чем говорит, но убирать его, пока он не раскроет все карты, непредусмотрительная глупость.
Четвёртый факт, подразумевающий конкретное действие — Каталею необходимо вывести из игры.
Глава 27
Два дня спустя
Господин Мин
Господин Мин тщательно и неторопливо осматривает предоставленные апартаменты на наличие соблюдения всех его требований и пожеланий. За исключением некоторых мелочей организаторы справились сносно.
— Вы всем довольны, мой дорогой гость? — подчеркнуто вежливо уточняет мужчина в маске, и строгом давно устаревшем костюме-тройке. Кожаные перчатки и трость придают ему карикатурный, пафосный вид. Мин никогда не питал слабости к тематическим вечеринкам в средневековом стиле. Всему свое время. Балы давно отгремели. Сейчас люди умеют веселиться гораздо интереснее. А Кроносу, если он хочет, чтобы Улей и дальше процветал, стоит подумать о смене имиджа. И Мину дико не нравится, что один из главных пасечников Улья в мельчайших подробностях видит его лицо, сохраняя при этом свою анонимность.
— Неплохо, — снисходительно кивает гость, обратив взор на обитый черным бархатом закрытый металлической крышкой гроб, установленный в центре гостиной. — Он больше, чем я представлял.