Парень моей подруги. Запрет на любовь (СИ)

Он дергает меня на себя, и я с размаха врезаюсь ему в грудь.
– Пусти. – Дергаюсь и пытаюсь вывернуться.
Влад умудряется поймать меня за подбородок и впиться в губы. Это не поцелуй, а наказание. Он давит, вымещает обиду и разочарование. Кусает нижнюю губу и сразу проникает языком в рот. Он никогда себе такого не позволял. Всегда был бережным нежным, страстным, но сейчас он полностью завладел моим ртом, подчиняя и опошляя. Горло заполняет его вкус, ладони сдавили ребра. Я не могу дышать, мычу ему в рот, царапаю шею. Когда Влад отстраняется, я даже не смотрю ему в лицо: отталкиваю со всей силы и бегу к аллейке.
– Дура! – Кричит в след.
С тех пор мы не разговариваем, только обмениваемся многозначительными взглядами при встрече.
Я загнала себя в ловушку и не понимаю, как из нее выбраться.
Поднимаюсь, заново умываюсь и иду в свою комнату. Мама смотрит на кухне какое-то кулинарное шоу. Я тихо проскальзываю к себе и ложусь прямо на ковер возле кровати. Смотрю какое-то время в потолок, а потом решаю послушать музыку. Встаю, чтобы достать телефон. На дисплее пропущенный от Таси и сообщение с незнакомого номера:
«Привет, красавица. Пообщаемся?»
Тревога ударяет по нервам. Я открываю профиль. Светлые волосы, карие глаза, сережка в ухе. Фотография черно-белая, но я прекрасно его узнаю. На меня смотрит незнакомец, который приходил последний раз к Владу.
  
26
 
– Маргаритка, здорово, что ты все-таки решила пойти на день рождения к Олежке. Ему будет очень приятно. – Мама осматривает меня и произносит с сомнением, – ты прямо так пойдешь?
Ну, как сказать решила. Меня взяли измором мама, Олег и тетя Света. Спасибо, что у дяди Коли нет моего номера, а то, наверное, и он бы подключился к этому эмоциональному прессингу. Мне с трудом удалось найти компромисс внутри себя. Я решила, что зайду ровно на час, поздравлю Олега и уйду, как раз прогуляюсь пешком на обратном пути. С тех пор, как Марина прекратила со мной общение, я безвылазно сижу дома, не считая университета, конечно.
– Да, а что такое? – провожу ладонями по мягкому платью-свитеру. – Мне удобно.
– Но одежда же должна быть не только удобной, но еще и красивой. Ты молодая девочка, а ходишь, то, как бабка, то, как подросток-оборванец. Я же тебе дарила желтенькое платьице. На весну – самое то.
– Мам, – я устало выдыхаю, – давай, что ты там хотела Олегу передать, и я пойду.
– Вот, что ты обижаешься сразу? Кто тебе правду скажет, если не я? – Мама отряхивает руки от муки и вытирает их о полосатое, кухонное полотенце.
– Я не обижаюсь. Просто, я тебе много раз говорила, что не люблю ни желтый, ни оранжевый, ни горчичный. – Споласкиваю стакан и убираю его в подвесной шкафчик. – К тому же, правду говорят, когда ее спрашивают, а не потому, что захотелось высказаться. Ты уверена, что человек готов к твоей правде, мам? Ты на работе тоже всем правду-матку рубишь? – Поворачиваюсь и сверлю ее глазами.
– Маргарита, ну, вот ничего тебе сказать нельзя. Хочешь носить мешки, ради Бога. – Мама ставит на кухонную столешницу пластиковый контейнер с вишневым пирогом. – Поздравь Олежку от меня. – В голосе – обида.
Она отворачивается и принимается с двойным усилием месить тесто. Вот почему неприятные вещи говорит она, а виноватой себя чувствую я?
– Мам…
– Иди, – она машет рукой в сторону двери.
Беру контейнер за пластиковую ручку и иду в коридор. Решаю в последний момент собрать волосы. Делаю пучок, надеваю белые, высокие кеды и беру маленькую сумочку на цепочке.
Минутный диалог с мамой оставил на душе неприятное послевкусие. Достаю телефон и снова вижу сообщение, не знаю, какое по счету за последние дни.
«Я просто предлагаю пообщаться. В чем проблема, сладкая?»
Парой нажатий отправляю отправителя в черный список. Мне сразу становится легче. Зачем тянула до последнего, испытывая свою нервную систему?
Итак, теперь я знаю, что его зовут Артур. Он бывший одноклассник Соколова. Они не ладят, и самое неприятное, что Артуру явно что-то нужно от меня. Надо же нам было столкнуться у Соколова. Мы же с ним теперь даже не общаемся, смысл ко мне цепляться?
 
На улице сегодня тепло и влажно. Я быстро жалею, что выбрала теплое платье с горлом. Нужно было что-то полегче надеть. Смотрю на небо. Пушистые облака плывут медленно и лениво. Думаю о Маринке и Владе. Они теперь идут у меня в мысленной связке.
Нужно набраться сил и перезвонить, наконец, Тасе. Она волнуется. Я совсем перестала интересоваться ее делами, углубившись в свои проблемы. Просто сейчас я ничего не смогу дать окружающим, кроме негатива и равнодушия. Когда ты пуст, то наполнить других попросту нечем.
Когда я вхожу во двор Поповых, то сразу же слышу в открытое окно какой-то дебильный рэп. Первый порыв – развернуться и уйти, но я захожу в подъезд и поднимаюсь на третий этаж. На лестнице курят два парня. Они смотрят на меня и чуть сторонятся, чтобы я могла пройти. Подхожу к железной двери и нажимаю на звонок. До меня доносится смех и вибрация басов. Дверь открывается и на пороге стоит смутно-знакомая рыжая девушка, наверное, одногруппница Олега. У них почти нет девушек на факультете.
– Привет! – Она салютует мне бокалом и пропускает в квартиру.
– Привет.
Я снимаю обувь и отправляюсь на поиски Олега. В квартире на первый взгляд человек двадцать. Те, кто постарше, скорее всего, коллеги из магазина. Пахнет пивом, в которое я, собственно, чуть не наступила, и какими-то копчеными закусками. Так себе ламповая атмосфера.
«Все, потому что ты себя не отстояла. А могла бы сериал смотреть», – гадко подкалывает внутренний голос.
Олега нахожу в гостиной. Несколько парней сидит на диване, в кресле – девушка с цветными брекетами. Пара парней расположились прямо на ковре. У всех на лбу по листочку с надписью. Мне стоит усилий громко произнести:
– Всем привет. – Все взгляды устремляются в мою сторону, а я выдавливаю улыбку.
Олег снимает со лба зеленый стикер с надписью «Джек Воробей» и подходит ко мне, обнимает. Слишком крепко и тесно, а потом целует в щеку, пройдясь по ней губами. От него пахнет дезодорантом с ментолом.
– Народ, это моя Марго. – Олег перекрикивает музыку.
Со мной в разнобой здороваются. Парень на полу улыбается и поправляет очки в роговой оправе.
Мне неприятны собственнические слова Олега, но я не акцентирую на этом внимания: не хочу портить ему праздник. Какой смысл? Я сейчас посижу для приличия и пойду домой.
Вручаю запечатанный в золотую бумагу игровой джойстик и мамин пирог.
– С Днем рождения.
– Спасибо, я так рад, что ты пришла. – Олег улыбается и приоткрывает крышку контейнера. – Вау, вишневый, как я люблю. Спасибо тете Люде.
Я заранее немного отступаю, чтобы лишить Олега возможности опять меня тискать.
Олег, действительно, постригся. Ему идет. Простая стрижка, канадка, вроде. Я не сильна в названиях мужских причёсок.
В принципе, время проходит неплохо, я ожидала худшего. Отказываюсь от алкоголя, который мне настойчиво предлагает сначала Олег, а потом парень с дредами, пью кофе с молоком. Тетя Света приготовила перед отъездом огромное количество бутербродов и нарезок. Колбаса, сложенная розочкой, знакома мне с детства, еще с семейных застольев.
Пару раз выхожу на балкон, болтаю с однокурсником Олега и рыжеволосой Ликой. Музыка сменяется на более приятную, незамысловатую мелодию. Спустя еще минут через сорок прощаюсь. Олег выходит следом за мной в прихожую.
– Марго, может, останешься еще немного? – У него не получается скрыть разочарование. – Еще даже девяти нет. Я тебя провожу потом.
– Извини, я же говорила, что ненадолго приду. Мне надо к сессии готовиться.
– Мне тоже, как и ребятам, но сегодня же пятница, вечер. Мы потом в центр поехать хотели. – Он опирается плечом о стенку и наблюдает, как я зашнуровываю обувь.