Предел выживания (СИ)
В отличии от фортов, с их огромными километровыми размерами, «Хофунд» в длину был всего лишь тысяча пятьдесят метров, учитывая команду, слишком много десантников туда просто не вместится. Антиабордажная команда нашего корабля насчитывала четыреста человек, четыре роты батальона, и наши казармы были заметно теснее, чем те, что в форте. Разделения на взводы не было, одна рота в сто человек на один кубрик, по две роты друг напротив друга. Хорошо хоть между нами было достаточно большое пространство, которое батальон использовал, в том числе, как плац. У сержантов был свой кубрик на двенадцать человек, недалеко от казармы рядовых. У офицеров и помощника батальона первого сержанта Чарльза Андерсона, пусть небольшие, но персональные каюты на верхней палубе. Сержантский кабинет так же был рассчитан на всех сержантов, такая же фигня и у офицеров, кроме командира батальона, у которого был свой собственный кабинет. Общественные места, по типу тех же душевых, туалетов, столовой, оружейки, комнаты отдыха, прачечной и тому подобное — располагались на той же палубе, что и казарма. А вот места для тренировок и стрельбище находились палубой ниже. Вообще, всё, что касается десантников на корабле, достаточно компактно, что немного обидно, так как, обследовав свою и нижнюю палубы, убедился в том, что километр корабля позволяет впихнуть туда огромные коридоры и помещения. Предназначение многих из которых я даже не знаю. Например, в носовой части нашей палубы находится абсолютно пустое помещение, размером в половину нашей казармы. Вот на хрена? Лучше б сержантам отдельные каюты выделили. Короче, всё как всегда — если надо где-то сэкономить, экономят на простых солдатах.
В целом, корабль мне понравился. Его внешний вид, со всеми этими огромными орудиями, надстройками и тому подобному. Его внутренние помещения, со всеми этими панельками, светящимися экранчиками и большими просторами… Если забыть про места, связанные с рядовым составом. Стены корабля, к слову, обшиты светло-серыми панелями, а не покрашены краской, как в обоих фортах, где я был, и учебках. Не то, чтобы дизайнерское решение, но визуально такой вид как-то поприятнее. Помимо «нашей» и нижней палуб, я был и на всех остальных. Всё-таки задача антиабордажной команды — защита всего корабля, а не его части. Личный состав батальона, в принципе, должен знать весь корабль, да и укреплённые позиции раскиданы по всему крейсеру. Плюс, не стоит забывать, что мы выполняем роль обычной охраны, выделяя людей для дежурства в разных частях корабля, и именно нам, сержантам, приходится разводить бойцов по их постам. Подобное было и в форте Гаррет, но людей там было несравнимо больше, а дежурств в той же степени меньше. Да и каждое подразделение отвечало за свой сектор и в другие не назначалось.
После нашего переезда на корабль, в порту Гризли он простоял две недели, после которых отправился… куда-то. Сержанту, вроде меня, место назначения перелёта не рассказывают. Впрочем, слухи никто не отменял, и по тем самым слухам у нас обычная притирка к кораблю. В основном, конечно, у флотской части команды, именно им нужно уметь хорошо управлять крейсером и метко из него стрелять. Но и десантников это тоже касалось, нам тоже нужно время на привыкание и ознакомление с кораблём. Так что первым делом «Хофунд» отправился «стрелять по астероидам». А на следующий день после вылета я впервые в жизни увидел Праймов. У Сил Армии Специального Назначения существует отдельный батальон, бойцов которого негласно называют Праймами. Большие, сильные, злобные, но простодушные. Примерно так воспринимают этих людей в армии. Хотя некоторые ставят под вопрос, являются ли они людьми, слишком уж много в их телах имплантов и химии, что делает Праймов реально сильными, быстрыми, выносливыми, да и вообще, крайне опасными. Так у них ещё снаряжение супер-пупер навороченное. Я даже молчу про мобильные энергощиты, у них сама броня — хрен пробьёшь, максимального из известных классов. Самое совершенное оружие, амуниция, средства связи… В общем, у них всё самое лучшее. К сожалению, подобные бойцы есть не только у нас. Как я слышал, весь десант форта Гаррет вынесла пятёрка подобных монстров. Я в это не верю, вряд ли пять бойцов, какими бы крутыми они ни были, смогут уничтожить больше тысячи десантников. Но что-то там они у нас наворотить умудрились точно, уж больно активные слухи ходили. Возможно, спецназовцев кентавра было больше, чем пять.
С Праймами я столкнулся в лифте после того как доставил своих бойцов дежурить возле офицерской столовой, и вот, возвращаясь на свою палубу, я чуть не врезался в одного из них. Оба Прайма, как выяснилось чуть позже, направлялись на полигон нижней палубы, так что вниз на лифте пришлось ехать вместе с ними. Огромные бронескафандры цвета хаки, выше меня на целую голову, заставили чувствовать себя неуютно в не таком уж и маленьком лифте, в котором стало неожиданно тесно. Позднее, сильно позднее, я узнал, что телосложением Праймы не отличаются от простых людей, просто скафандры у них реально большие. Ну ладно, может быть сами бойцы и побольше среднестатистического человека, но это нормально — сомневаюсь, что кто-то стал бы набирать в подобное подразделение карликов.
Наш тестовый полёт проходил около двух недель, точно не скажу, так как мне о подобном никто не докладывал, летим и летим куда-то там. Учебные тревоги отрабатываем. После одной из таких тревог, возвращался вместе со своим взводом в казармы батальона. Ну а так как мне не понравилась скорость реагирования моих парней, возвращались они ползком. По пути встречал множество людей — матросов, солдат, офицеров, техников, которые занимались своими делами. Например, первый взвод третьей роты сержанта Ито, прошёл мимо нас гусиным шагом. Видать солдатики разозлили Ито довольно сильно, так как мои ползли в сторону казармы, а его шли в обратную сторону. И докуда они там могут дойти, только Ито и известно. Мимо пробегали техники, что немного напрягало — было непонятно, куда так торопились люди, отвечающие за техническую безопасность корабля. Впервые за долгое время увидел женщину. Молодая красивая девушка что-то поясняла уорент-офицеру третьего класса, тоже технику, судя по форме. Лица её я не видел, так как она стояла ко мне спиной, но честно пытался, метров двадцать выкручивая шею в попытке оценить её внешность. А когда пялиться стало совсем уж неудобно, повернулся к своим ползущим бойцам, и раздражённо вздохнув, разрешил подняться на ноги.
— Построились каракатицы! — рявкнул я. — Смит, за старшего. Бегом в расположение роты.
— Сэр, есть, сэр, — произнёс он устало, но всё равно с иронией в голосе.
Плевать, главное слушаются. Сам я на этот раз вместе со взводом не побежал, иногда и на меня лень находит. Поправив ремень винтовки, новенькой М9 с тремя режимами стрельбы, проводил взглядом убегающий взвод.
— Сержант Марич, — услышал я женский голос за спиной.
И так это неожиданно было, что я аж дёрнулся. Повернувшись, увидел стоящую за спиной девушку, ту самую, что разговаривала с уорент-офицером. И да, она была действительно красива. Узкие черты лица, большие зелёные глаза и чёрные волосы, уложенные в причёску, с прядями, свисающими вдоль висков.
— Слушаю вас, мэм, — произнёс я, шаря глазами по её фигуре в поисках лычек или хоть чего-нибудь, говорящее о звании этой красотки.
И откуда, чёрт возьми, она знает мою фамилию?
— У меня вопрос, сержант, — произнесла она чуть склонив голову набок. — Почему ваши солдаты передвигались ползком?
Вопрос сбил меня с толку. Мне было не понятно, это наезд или реально вопрос.
— В качестве тренировки, — решил ответить я «безопасным» вариантом.
— Но если судить по расстоянию, которое они проползли, они просто вымотались и ничего не натренировали, — произнесла она безэмоционально, словно голосовой помощник.
И откуда ей, блин, знать сколько они проползли?
— Тренировка нужна, в том числе, для поддержания формы, а не только для улучшения её, — начал я отмазываться. — К тому же, тренировать можно не только физические параметры, но и психологические. В данном случае они отрабатывали передвижение ползком, тренируя сам навык и психологическую устойчивость.