Пламенный клинок

— Туда! — воскликнул Осман, подтолкнув их вперед. Они ринулись сквозь деревья.
Внезапно перед ними возник пологий склон, и они заскользили вниз по грязи. Арен чуть не споткнулся о мертвеца, лежавшего с разинутым ртом среди корней и камней. Вдалеке сверкнула молния, и он заметил впереди Фен, которая присела на корточки возле валуна и выпустила стрелу в темноту. Раскат грома не смог заглушить крик убитого ею человека.
Вдруг слева зашумели кусты, и из зарослей, споткнувшись в спешке и чуть не упав, появился кроданский стражник. Арен машинально поднял меч и принял боевую стойку, а стражник, не успев заметить его движение, напоролся прямо на острие. Арен почувствовал, как клинок, пронзив кожаный доспех, вошел в тело стражнику. Тот выпучил глаза, надул щеки и со свистом выпустил воздух сквозь плотно сжатые губы. Арен, сделав шаг назад, вырвал клинок обратно — совсем как его учили. Кроданец тяжело рухнул на землю.
— О Девятеро! — изумленно воскликнул Кейд. — Ты его убил!
Арен сомневался, так ли это. Скорее стражник сам натолкнулся на клинок и ненароком покончил с собой.
— Живее, Паршивец! — рявкнул Граб на Арена, появившись впереди из-за деревьев. — Не погибай покамест. Грабу еще пригодятся друзья Паршивца. — Он заметил мертвеца и гадко ухмыльнулся, поняв, что произошло. — Эге, Паршивец теперь вояка. — Он похлопал Арена по плечу и подтолкнул вперед.
Они рванули дальше сквозь заросли; звуки битвы пошли на убыль. Появилась Варла, потом подоспел Тарви со своими топорами. Все вместе они добрались до неглубокой лощины, где росло несколько одиноких деревьев, а травянистую землю покрывали свежие лужи; Фен уже дожидалась там с Оттеном и Доксом.
— А Гаррик и Киль? — спросила Варла.
— Добивают последних, — ответила Фен.
Из зарослей появился Киль, следом за ним Гаррик.
— Со всеми разделались? — спросил Киль.
— Думаю, да, — ответила Варла. Потом обеспокоенно взглянула на юношу в очках: он тяжело дышал. — Ты как, Докс?
— Справится, — сказал Оттен, похлопывая Докса по спине. — Легкие, сама знаешь.
— Все здесь? — спросил Гаррик, обведя глазами собравшихся; черные волосы налипли ему на лоб. Его взгляд со злобой задержался на Арене.
«Он меня ненавидит, — подумал юноша. — А за что, я и не знаю».
Гаррик покосился на Фен.
— Ты знаешь, как отсюда выбраться?
— Через расселину есть старый подвесной мост. Когда мы перейдем, можем перерезать канаты, и кроданцы застрянут на этой стороне. Если, конечно, мост еще цел.
Вдруг Гаррик вскинул руку, призывая к молчанию, и все напряглись, взяв оружие на изготовку.
— Вы слышите? — прошептал Гаррик.
— Я ничего не слышу, — покачал головой Киль.
— Вот именно.
Тут Арен понял. Хлестал и брызгал дождь, вдалеке за горами рокотал гром, но не было слышно ни насекомых, ни лесных зверей, ни ночных птиц. Арен почувствовал, как по спине у него пробежал холодок.
Справа раздалось резкое шипение. Колыхнулись листья, что-то неясное мелькнуло в темноте, раздался глухой удар. Все уставились на Оттена, который отпрянул назад, недоуменно глядя на короткую стрелу с черным оперением, торчавшую у него из груди. Потом глаза у него закатились, и он рухнул на землю.
— Страхоносцы! — взревел Гаррик. — К мосту!
Все бросились наутек. Киль схватил Арена и толкнул следом за Фен. Тот на бегу оглянулся на Кейда и увидел, как Варла тянет за собой Докса, а юноша разевает рот, испуганно вытаращив глаза под очками.
Затрещали сучья, и из-за деревьев появился воин исполинского роста, закованный в латы из тусклого черного железа. Его голову покрывал тяжелый шлем с горизонтальными прорезями для глаз и круглыми отверстиями для дыхания. В руке он держал здоровенный молот, которым на ходу выписывал огромные дуги.
Варла завизжала и резко пригнулась. Докс оказался не столь проворен, удар пришелся прямо по нему. Юноша отлетел в сторону и врезался в дерево; раздался жуткий треск переломанных костей. Варла мгновенно вскочила и с искаженным от ужаса лицом бросилась вдогонку за остальными. Исполин развернулся и неуклюже двинулся следом.
 
— Страхоносцы! Джоха милосердный, откуда здесь страхоносцы? — тонким от отчаяния голосом причитал Осман, пока они продирались и протискивались сквозь плотно растущие деревья.
Арен смахнул с лица мокрые волосы; он задыхался от страха и усталости, сердце бешено колотилось.
Рядом, мимоходом оглядывая заросли, бежал Киль. Впереди Арен смутно различал остальных — тени промеж теней, суетливые промельки среди блестящих дождевых струй. Воздух рассекла стрела, с дрожанием вонзившаяся в дерево. Арен заслышал шелест веток и обернулся, но то была Варла, оторвавшаяся от своего неповоротливого противника.
Снова вспыхнула молния, и рядом с Варлой из-за деревьев появилась закутанная в плащ фигура. Она двигалась очень плавно, словно текучая тьма. Под черным капюшоном Арен разглядел железное лицо, страдальческим выражением напоминающее трагическую маску. Руки в перчатках сжимали два тонких клинка, длинный и короткий, зловеще поблескивающие в багровом свете кровавой луны.
Арен открыл рот, чтобы крикнуть: «Берегись!», но фигура подалась вперед, и Варла исчезла за складками ее плаща.
— Идем дальше! Ей конец! — крикнул Киль, и они сломя голову рванули вперед; ветки хлестали по лицу, смерть гналась по пятам.
Впереди замаячили два скалистых уступа, скользкие и мокрые от дождя. Между ними пролегала узкая каменистая тропинка, по которой уже бежали Осман и Граб. Арен, Кейд и Киль вынырнули из леса, гуськом поспешили по тропинке и наконец очутились на узенькой площадке: отвесные скалы обступали ее с обеих сторон, а впереди зияла расселина.
Расселина — и мост через нее.
Сооруженный из канатов и дощечек, обветшалый, он устрашающе колебался на ветру. Но это не остановило Граба, который ухитрился переправиться первым и уже почти достиг противоположной стороны. Осман двинулся следом, ступая не столь уверенно, Гаррик и Тарви яростно спорили, а Фен в нерешительности поглядывала на мост.
— Не будь глупцом! — убеждал Гаррик Тарви. — Тебе жить надоело?
— Сам ты глупец, если думаешь, что мы успеем перебраться, — возражал Тарви. — Наше общее дело гораздо важнее, чем я. Гораздо важнее, чем все мы, вместе взятые. На открытом пространстве нас быстро перебьют, но я задержу их на тропинке, где они смогут двигаться только по одному. Ступайте! Я выиграю для вас время. Фен, тащи уже свою задницу на мост!
Фен встрепенулась и помчалась к переправе, а Тарви взвесил в руках топоры и направился обратно, в ту сторону, откуда они пришли. Киль тем временем подталкивал Кейда следом за Фен. У входа в ущелье Тарви остановился и оглянулся на Гаррика:
— Постарайся, чтобы моя гибель была не напрасной.
— Быстрее! — поторапливал Киль. Арен вложил меч в ножны и нетвердым шагом принялся переходить через расселину, обеими руками держась за канаты. Внизу зияла пропасть, река на ее дне тускло поблескивала, а ветер налетал порывами, пытаясь его опрокинуть. Киль следовал сразу за ним, Кейд впереди. Осман, дожидавшийся на выходе с моста, притянул к себе Кейда и уже простирал руку к Арену, когда они услышали пронзительный вопль с другой стороны расселины. То кричал Тарви, и в голосе его звучали боль ужас, ибо даже воинская отвага слабеет перед лицом гибельной неизвестности.
Осман сжал губы и потянул к себе Арена, в его отсутствующем взгляде проступили гнев и печаль.
Последними переправлялись Киль и Гаррик. На другой стороне, где ущелье расширялось и переходило в площадку, показалась высокая костлявая фигура в облегающем одеянии, крепившемся на множестве лямок и ремешков, и с огромным черным луком в руке. Вытащив стрелу из колчана за спиной, существо подняло лицо. В его чертах было что-то неправильное, извращенное, но из-за пелены дождя Арен не мог его разглядеть.
— Рубите канаты! — вскричал Гаррик, когда Киль сошел с моста. — Приготовьтесь!
Осман отбросил лук и обнажил меч, а страхоносец приложил стрелу к тетиве и прицелился.