И пришел Лесник! 14 (СИ)

— Вот ведь гнида. И Терентий этот гнида. Надо всех к стенке поставить незамедлительно, — Утюг даже попытался встать с кресла.
— Погоди ты, горячий какой, — остановил его я. — Вот остановим внешников и вычистим всё здесь. А потом мы решили уйти.
— Ну вы даёте, — усмехнулся Утюг. — А мы как же?
— Город останется чистым от шпионов. А ты, я полагаю, единоличным его хозяином. Пингвин и Терентий считай уже покойники. Упырь погиб смертью храбрых.
— Как? — Утюг оказывается ещё не знал о смерти товарища.
— Скреббер его убил и всех, кто был рядом. Моментально.
— Что-то слышал. Обрывки какие-то. Мне сообщали на командный пункт, но я так и не понял. Тараторят чего-то, орут. Хрен их разберёшь, а потом связь оборвалась. А где сам скреббер?
— Сейчас уже всё хорошо. Мы его убили. А это, Утюг тебе, — я кивнул папаше Кацу. Тот вытащил квадратную коробочку и положил перед командующим. Утюг недоверчиво посмотрел на нас и открыл коробочку.
— Ни разу ничего подобного не видел, — прошептал Утюг. — Настоящая?
— Ещё какая, только что из скреббера, — ответила Лиана. — Радужная, гораздо сильнее обычной белой.
— Я и «обычную белую» только один раз видел и то издалека. И что с ней делать? — спросил он рассматривая переливающуюся всевозможными красками радужную жемчужину.
— Что хочешь. Можешь сейчас проглотить, но если тебя устраивают дары, то лучше оставить. Это, считай твоя вторая жизнь, главное успеть проглотить. Под ней ты можешь голым в космосе бегать.
— Неужели?
— Зуб даю, сам видел, — кивнул я.
— Ну спасибо, нет слов. Царский подарок. Как же вам удалось убить скреббера?
— Женя разозлился сильно и вот, пожалуйста. А я говорила, не злите Лесника! — назидательно сказала Лиана.
— Понял, буду знать, — рассмеялся Утюг. — У меня тоже есть подарочек для вас. Атака произойдёт не двенадцатого, а через два дня, то есть десятого. Пингвин же в последние пару дней не получал новостей, а к нам поступила свежая информация. Можно сказать из первых рук.
— От кого? — напрягся я.
— Перебежчик в основном рассказал. Так же разведка притащила двух муров с разных участков фронта. Все в один голос о десятом поют. Перебежчик из техников. Недавно в Улье оказался. Ещё совсем зелёный, но уже насмотревшийся на то, что вытворяют муры с нашими пленными. Упокой их душу, — Утюг нахмурился. — Так вот перебежчик готовил площадки для поступающих ликвидаторов. Говорит, что их всего четыре и показал, где они расположены.
— Пингвин то же самое сказал. А давай сравним на карте места? — предложил я. Утюг вытащил из планшета карту, запаянную в полиэтилен, и развернул.
— Вот они отмечены, — он ткнул пальцем в красные кружочки на карте. Первый располагался в пяти километрах от линии фронта, остальные дальше.
— Не обманул. Пингвин указал те же участки. Знаешь, что потом будет?
— Когда начнётся атака? — хитро посмотрел на меня Утюг. — Точно не знаю как, но скорее всего роботы отправятся вот по этим направлениям. — Он показал направление главного удара. Именно там, где внешники планировали ударить ракетами.
— Ты стратег, Утюг. Пингвин подтвердил, что именно там начнётся наступление для последующего охвата в клещи. Но вот чего ты точно не знаешь, так это по этим направлениям сперва с орбиты будут нанесены два ракетных удара. После них на месте болота и оврага останется ровная стекловидная дорога.
— Вот оно что, а я дурак хотел там заминировать.
— Не трать мины. После ядерного удара там смогут пройти только ликвидаторы. Муры пойдут в лоб, вот их и встречай минами.
— А как же роботы? — Утюг специально не хотел их называть ликвидаторами.
— Так же. Смотри, — я выложил перед шесть маяков. — Всего маяков у Терентия было восемь. Шесть мы изъяли. Оставшиеся два спрятаны где-то на болоте и в овраге. Искать их бессмысленно, пусть внешники сделают вам шоссе. Со временем радиация уляжется и будете кататься на запад по хорошей дороге.
— Как бы там атомиты не поселились, — засмеялся папаша Кац. — Муры легко в атомитов могут превратиться после таких фокусов.
 
— Выведем, нам после таргов уже никто не страшен, — махнул рукой Утюг. — Что они делают маяки? Это те, что Терентий хотел в городе взорвать?
— Они. Их задача наводить ракеты. Предлагаю следующее. Вылазку за линию фронта и установку маяков в местах скопления ликвидаторов. Тем самым, внешники сами разнесут своё воинство, — сказал я.
— В момент запуска они не догадаются, что летят по местами дислокации роботов? И не наведут вручную ракеты? — спросил Утюг.
— Не наведут. Боеголовки «связаны» с маяками ещё на орбите. И потом кому в голову может прийти подложить под себя маяк?
— Да уж, соглашусь. Они уроды, но не самоубийцы. И что получается? Таким образом они останутся сразу без тяжёлой техники? Муры после того ракеты взорвутся устремятся в прорыв, прямиком на минные поля?
— Да, придётся вам попотеть.
— Почему?
— Муры знают, что там, где вы не ждёте ликвидаторов заминировано у вас жиденько. Скорее просто для проформы. Ведь ты сам хотел наступать в этом направлении, Утюг?
— Хотел. Мы даже сняли мины. Муры сидели на измене целые сутки, пока к ним не спустили роботов. После чего успокоились и даже начали борзеть.
— И сейчас, если ты начнёшь минировать у них под носом, то они уже там не попрут? Верно?
— Конечно же.
— А нам надо, чтобы пошли. Поэтому тебе надо оставить в последнюю ночь свои позиции и отойти вглубь. Также снять людей с двух направлений куда гарантированно прилетят ракеты. Отойти и заминировать свои бывшие позиции. Муры с опаской пересекут бывшее минное поле. Воспрянут духом понимая, что свои окопы вы уже не будете минировать. А может вас там уже и нет, раз ликвидаторы пошли в прорыв. Кто им скажет, что роботы тю-тю? Сами роботы? Нет, внешников тоже думаю там близко не будет. Не такие же они дураки.
— Отлично! Так и сделаю. Устроим им кровавую баню. Заманим и взорвём. Дистанционно, чтобы не поняли ничего.
— Так даже лучше, Утюг, — сказала внимательно слушавшая нас Лиана. — Когда эти бомжи соберутся в ваших бывших окопах и никого не встретят, они тут же начнут искать, чтобы спиздить. А тут ты их… бух! Мне только одно непонятно, кто установит маяки?
— Я.
— Жень, ты совсем уже мозг пропил? Что значит «я»? Неужели у командующего нет никого для такого дела? Ты вытащил всю схему, обезвредил шпионскую сеть. Скажи мне, на хрена тебе туда ползти?
— Бежать, дорогая, а не ползти. Времени почти не осталось. Нужно организовать отвлекающий манёвр. Мне же в это время пересечь линию фронта. Я знаю, где находятся ликвидаторы, у меня есть маяки. Доверить их я никому не могу. Что если не получится, тогда что? Всему конец?
— Лиана, он прав, — кивнул Утюг. — Подготовить группу можно, но вот кто даст гарантию, что они сделают всё как надо? И потом внешники со своей прослушкой могут узнать заранее наши планы.
— Тогда я пойду с тобой, — решительно заявила жена.
— Опять мимо. Ты мне только мешать будешь. Прикроешь мой рывок и будешь встречать, но за линию фронта ни-ни, — я показал ей кулак. — Немезида и папаша Кац заканчивают здесь наши дела и охраняют добро от возможной атаки таргов. Это приказ.
— Но почему один? Тебе же некому будет прикрыть спину! — взмолилась Лиана.
— Во-первых у меня новый дар, он не только прикрывает спину, но и задницу и всё остальное. Во-вторых, это моя профессия. Рейды в тылу врага.
— Контрразведка твоя профессия, — возразила Лиана.
— в СМЕРШе мы действовали везде. И на нашей стороне, и за линией фронта. И, в-третьих, у меня с собой будет это, — я достал из кармана радужную жемчужину. — С ней я из любой ситуации вылезу.
  
Глава 27
 
Фронт
 
— Похож? — я не брился уже третий день. Мотоко чем-то намазала мне лицо и теперь я смахивал на варёного рака с опухшей рожей. Глаза заплыли, мешки под глазами бесстыдно отвисли, сигнализируя что пора бежать в больничку и проверяться. Начинать лучше с почек и печени. Я прополоскал рот водкой самого низкого качества, почти сивухой. Лиана сняла с бойца сидевшего пару недель в окопах горку и ботинки. Короче полностью его раздела, затем на куртку пришили внутренние карманы, и я спрятал в них маяки. Всё настолько воняло, что меня с непривычки повело. Я стал забывать окопный запах, хорошо хоть здесь не было вшей. Они в Улье не водились. Портянками можно было перематывать водопроводную трубу дабы устранить течь, настолько они были липкие. Мне прямо там нарисовали голову ворона подмышкой, наколку, указывающую на принадлежность к мурам. Местный художник предупредил, что от пота ещё туда-сюда продержится, но если я помоюсь, особенно с мочалкой, то может и сойти.