И пришел Лесник! 14 (СИ)

— Кто ещё? — удивился Штопор.
— Свои же, проверяли есть ли за ней хвост. Я с таким сталкивался, шпионы этот фокус очень уважают.
— Ты думаешь у нас город кишит шпионами? — Штопор посмотрел на меня как на ребёнка.
— Пока не знаю, но обязательно выясню. Что с ответом делать будем? Вику и этих двоих мы не воскресим. Будем долго молчать, ячейку сочтут проваленной и соседние тоже на дно залягут от греха подальше, — убеждённо сказал я.
— Ребята, когда шли за этой Татой, поняли, что она одна почти не остаётся. Забрать её на несколько часов к нам весьма затруднительное занятие. А если ты ещё думаешь, что Тату могут пасти свои, то совсем не вариант.
— Она что и дома не одна? Вроде в записке было, что живёт одна, — мозги начали работать, но с таким жутким скрипом, что я испугался, как бы Штопор не услышал их.
— Представь себе. Ты будешь смеяться, но я совершенно не представляю какой она шпион, зато какая она распрекрасная блядь уже понял. После бара она села в машину к заведующему продуктовой базы по прозвищу Стручок. Он имеет счастье поставлять продукты к ней в бар, а также держит Тату на белковой диете. Автомобиль отъехал в глухой переулок, где Тата по-быстрому ублажила начальника орально.
— Вы видели, что ли? — удивился я.
— Да, для чего думаешь изобрели приборы ночного видения? Именно для этого. Она по-быстрому отсосала этому жирному борову, и он в благодарность довёз её до дома.
— Только не говори, что она расплачивалась таким образом за дефицитные продукты.
— Не знаю. Вернее знаю, это её второй или даже третий заработок, если учесть шпионаж. Не бесплатно же они шпионят. Девушка у нас на все руки мастерица.
— Почему так решил? Из-за Помидора?
— Того зовут Стручок, — поправил меня Штопор. — Когда ребята довели их до квартиры, то на лестничной площадке её уже ждали. Два молодых розовощёких младших офицера приехавших с передовой в краткосрочный отпуск. Тата очень обрадовалась их появлению, судя по докладу и немедленно позвала их за собой в квартиру. Ребятам не пришлось даже пользоваться ночниками. Злодеи не гасили свет, так только задёрнули шторы. Но там и так всё понятно было. У них состоялся бурный тройничок, а потом они улеглись баиньки.
— Однако, какая насыщенная у людей жизнь, — покачал я головой. — То есть она ещё дома? Насколько я помню, она работает в вечернюю смену.
— Дома. У нас есть ещё несколько часов. Так пишем ответ или нет? — настойчиво спросил Штопор.
— В два тайника сразу? — уточнил я.
— В два, боюсь будет подозрительно. В бар напишем. Я предлагаю следующее, — сказал Штопор. — Я представлюсь охранником в тюрьме, где сейчас держат одного из их ячейки. Без разницы, ту девку или кого-то из помощников Терентия. Пишу, значит, что есть малява от сидельца, но передать листок я должен лично в руки. Так как не уверен, что явка не провалена.
— Лучше от мужчины. О Вике они точно знают, может Тата, наоборот, обрадуется, чёрт их поймёт этих баб. Тогда вторую записку надо срочно вернуть на место. За деревом кто-то смотрит у тебя? — быстро спросил я.
— Конечно, два человека и Феликс Эдмундович Дзержинский собственной персоной. Если придут за ответом, то нам тут же позвонят.
— Так вот пока не позвонили, верни её назад. Не может «сиделец» сразу все явки сдать. Одну на видном месте ещё куда ни шло.
— Согласен, — Штопор вышел в коридор, отдал приказ и вернулся.
— Вижу, хочешь сам пойти? — спросил я его.
— Есть варианты? Оперативники эти, только руками махать могут. Им до хороших оперов ещё как до Китая. Надёргали молодняка из окопов. Баб тоже не пошлёшь. Изю? Тебя? Так вас они знают.
— Бациллу? — пусть прогуляется, а то сидит в приёмной.
— Его так вообще каждая собака знает, — отрицательно покачал головой Штопор.
— Понятно, — подыскать кандидатуру помоложе конечно же можно, но время играет против нас. — Хорошо. Как дальше собираешься действовать?
— Приду в бар. Заложу записку, где назначу время и место встречи, — улыбнулся Штопор. — Классика же!
— И там тебя грохнут, — закончил я за него.
 
— Погоди, я не согласен. Бывают же продажные охранники? — он изменился в лице и его глаза алчно сверкнули.
— Да почти в каждой тюрьме. Только успевай подкупать, главное, чтобы было чем.
— Вот, и я о том же. Зачем меня убивать? Они же хотят узнать, что стало с ячейкой и стоит ли им самим беспокоиться? Приду, нагоню тумана. Я знаю один чудесный квартал с проходными подъездами. Мы зайдём в один из них и там спеленаем Та́ту. И сразу отвезём в подвал к папаше Кацу, кстати это совсем недалеко отсюда. Десять минут туда, десять назад. Ребята посмотрят, если вдруг появятся ноги за Татой, то опять мы в плюсе. Возьмём ещё одну связь на заметку. И будет у нас уже три человека. Тата, мужик с дуплом и топтун. Папаша Кац, как я понимаю работает без осечек, так что через полчаса она совершенно ничего не помнящая уже будет топать домой и ждать новых клиентов. Ребята говорят, там что-то с чем-то. Секс-бомба! Может её папаша Кац того, зомбирует на правое дело, чтобы давала комсоставу? Бесплатно, разумеется, — засмеялся Штопор, но глаза у него остались серьёзными при этом.
— Бесплатные субботники? Это ты уже с ним сам решай. Я теперь человек женатый… а что правда хороша? — не удержался я.
— Чудо, как хороша! — подмигнул Штопор. — Богиня!
— Я ничего не слышал, с Изей сам говори. А если она вдруг откажется с тобой в подъезд идти?
— Затащу силой. Слежка, если она есть подумает, что у нас тайная любовная встреча. И вот сейчас на неё набросился оголодавший гражданин с весьма определённой целью заправить девушке полный бак.
— А если топтун не подумает и всё же пристрелит тебя для ясности? Они же должны знать куда направляется их секс-шпионка?
— Уболтаю, как-нибудь. Да хотя бы по сексуальной части, предложу хорошую плату. Откуда узнал, что Тата даёт? От того же самого «сидельца», он очень сокрушался что сидит в тюрьме, а на свободе осталась Тата, очень слабая на передок. За деньги она и таргу даст.
— Возможно. Ладно пиши записку. Покажи мне место вашей встречи на карте, — что-то мне не нравилось в его плане. Где-то вкрался изъян, но я не успевал сейчас адекватно оценить обстановку.
— Вот здесь, — он развернул крупномасштабную карту района. — Четыре Г-образных дома стоят квадратом. Все они проходные, пятиэтажные. Дорога, по которой Тате удобнее всего добираться проходит вот здесь. На юге. — Он ткнул пальцем в карту.
— То есть ты будешь её встречать здесь? Тогда снайперов я размещу на всех четырёх крышах. Оперативники блокируют район заблаговременно и будут ждать наготове. Три Виллиса будут ждать здесь, здесь и здесь, БМП возьмём одну, не будем оголять базу. Её поставим сюда, на всякий случай. В принципе должно получиться. Стоп, а вот это что?
— Остатки былой роскоши. Здесь раньше высотка стояла в четырнадцать этажей. Во время землетрясения или лучше сказать Улья-трясения два последних этажа рассыпались. Там все лестницы завалены, наверх не пролезть.
— Хорошо, своего стрелка им посадить негде получается. С севера пруд, с востока и запада парки. Высоких деревьев нет, не на колесе же обозрения они снайпера привяжут? Впрочем, его мы тоже проверим. С юга дорога, тоже пусто. Замечательно и никуда ей сбежать не удастся. Сверим часы.
— Во сколько назначать встречу? — спросил Штопор.
— Перед наступлением темноты. Чтобы мы ещё успели проконтролировать возможных топтунов, если они будут и наши снайпера ещё хорошо видели местность. Минут за десять, а потом наступят сумерки, и мы тремя Виллисами в рассыпную уйдём, пусть думают на каком она уехала. А как появится и будут к ней вопросы скажет, что провела время с клиентом в одной из квартир.
— Гениально, шеф! Я пошёл, — Штопор резко встал и исчез в дверях.
— И позови ко мне Бациллу, — крикнул я ему вдогонку.
Уже через пять минут Бацилла поднял базу в ружьё. Нам следовало тихо отцепить район, окружив его со всех сторон. Усадить снайперов не привлекая внимания. Посадить на колесе обозрения людей с биноклями и ночниками. Успеть подложить в столешницу ответ, не привлекая внимания и плотно взять под колпак бар. Вторая группа вела Тату с квартиры на работу, третья страховала. А времени на всё это, у меня оставалось всего три часа.