Путь наемника (СИ)
— Что, командир, осматриваешь театр боевых действий? — Фрикаделька откровенно веселился.
Не похоже на него, видимо это нервное.
— Что-то ты веселый нынче, Мелкий! Вернемся, надо будет пересчитать в аптечках ампулы с анестетиками, — Чума сбросила с плеч свой моток веревки и махнула в сторону тяжело пыхтящих енотов, — Эй, Тузики! Готовьте спуск.
Еноты с заметным облегчением сбросили рюкзаки на землю и достали из них мотки веревки и связки снаряжения. В четыре лапы забивая анкеры в скалу и сбрасывая веревки вниз, на козырек галереи, Тузы стали налаживать трассу для спуска отряда.
— К спуску готовы, Гос… — звонкий "дзынь" по каске оборвал Хариса на полуслове. Серый зыркнул на него страшными глазами, и угрожающе оскалил пасть, — … командир. Можно спускаться!
— Глым, прием, мы спускаемся! Развлеките хозяев до нашего подхода! — сказала Чума в амулет связи и пристегнулась к веревке.
Внизу, под спускающимся по отвесной скале отрядом, одновременно вспыхнуло множество огней, как в настоящих "звездных войнах". Стянувшиеся силы штурмовиков открыли беспорядочный огонь по укрепленным точкам, отчаянно имитируя лобовую атаку. Защитники тоже оживились и стали плотно поливать позиции наступающих огнем. Густые дорожки трассирующих, яркие росчерки пучков плазмы и тягучие на вид лучи тяжелых излучателей мгновенно заполнили все пространство между враждующими сторонами. Щиты шагоходов вспыхнули молочной белизной. Даже до ушей Чумы долетал надсадный гул щитовых трансформаторов, работающих с солидной нагрузкой.
Под какофонию выстрелов и разрывов, отряд спустился на козырек орудийной галереи. Тузы, по заранее оговоренному плану, разбежались в разные стороны и с наслаждением сбросили ненавистные рюкзаки. Дождавшись команды Чумы, каждый схватил свой рюкзак за лямку, дополз на пузе до края карниза и закинул груз в амбразуру под козырьком. На несколько секунд все амбразуры галереи вспыхнули ослепительным белым светом. Когда противник сообразил перенести огонь в тыл, и в сторону Чумы полетели первые очереди из ДОТов, отряд уже втиснулся в амбразуры и выреза́л ослепленные и оглушенные орудийные расчеты.
Как только прекратился огонь тяжелых орудий базы, шагоходы моментально развернули щиты в сферы. Несильно потеряв в прочности, щиты теперь защищали собравшихся под ними штурмовиков от кругового обстрела. Под прикрытием защиты шагоходов, группа подходила вплотную к ДОТу и забрасывала его термобарическими гранатами. Когда жар от гранат спадал, сквозь узкие бойницы внутрь мертвой огневой точки пролезали котолаки Рататуя и принимались зачищать коридоры, соединяющие огневые позиции под землей.
Орудийная галерея заканчивалась проходом в коридор. С обоих сторон коридора по отряду Чумы ударили, встроенные в стены автоматические турели. Не желая испытывать прочность индивидуальных амулетов защиты бойцов отряда, Фрикаделька выставил по обе стороны два больших щита, а Чума разворотила бойницы турелей мощными зарядами из Пряни. Еноты шустро подскочили к проломам и зашвырнули внутрь по мине-ловушке — на случай нахождения внутри "живых организмов". Таким образом, под щитами Фрикадельки и огнем Пряни, отряд стал продвигаться внутрь базы Тенебриса.
Первое серьезное сопротивление встретилось на втором ярусе подземелья. Широченный коридор с одной стороны упирался в колоссальную гермодверь, очень похожую на закрывающую главный вход, а с другой находились четыре створки огромных грузовых лифтов. Все внутреннее пространство коридора перегораживали баррикады, возведенные из мешков с песком.
Когда в огромный коридор из бокового прохода выскочил енот в каске и бронежилете, то по нему дружно ударили выстрелы из десятка стволов и полетели гранаты. Енот, прошиваемый сотнями пуль, игл и осколков, постоял несколько мгновений глупо вертя головой по сторонам, а затем просто растворился в воздухе.
— Около трех десятков стволов, есть тяжелые, много гранат, — оповестил собравшихся Фрикаделька, когда у него прекратили светиться глаза и вернулась способность управлять своим телом.
— Мелкий, сколько ты сможешь удерживать щиты под таким огнем?
— Нисколько. Они продавят меня за доли секунды. Но у меня есть идея получше, ждите здесь!
Когда догремели последние разрывы гранат ягуар подскочил к краю прохода и начал сосредоточено водить лапами перед собой. С его лап сорвался маленький прозрачный шарик уплотненного воздуха и поплыл в центр коридора. По мере удаления свет вокруг шарика искажался все сильнее. Выбитая из бетонных стен штукатурка задрожала и начала притягиваться к шарику, облепляя его коконом со всех сторон. Следом к нему примагнитились осколки гранат. Свет вокруг шарика уже явственно дрожал, когда по нему открыли огонь из-за баррикад. Стрелки иглометов и пули начали прилипать к поверхности маленькой "черной дыры", висящей в центре коридора. Из стен стали выскакивать застрявшие в них пули, в сторону растущего шара начали катиться гильзы и прочий металлический мусор. Даже Серый с Харисом в испуге схватились цепкими лапами за Чуму, когда их бронежилеты с касками стали тянуть енотов в ту сторону. Металлический шар достиг в поперечнике метра и медленно поплыл в сторону баррикад. Раздался оглушительный треск, Чуму обдала тугая ударная волна, а в моментально подставленные Фрикаделькой щиты с визгом впились кусочки металла. Когда по бетону отчирикали последние рикошеты, а пыль немного осела на пол, отряду оставалось только добить раненых. Странный ком рванул прямо у них над головами, выкосив металлической шрапнелью всех защитников, укрывшихся за мешками с песком.
— Нихерассе! Мелкий! И давно ты у нас стал… Эй, Мелкий? Ты чего?! Фрикаделька, твою мать!!! — Чума подскочила к сползающему по стенке коридора оборотню.
— Нормально, все нормально! — Фрикаделька вытер лапой струйку крови из носа, — Второй раз я так не смогу, иначе сдохну от перенапряжения, и останетесь без меня. Или попробовать, да и на отдых улететь?
— Я тебе улечу! Дебил мелкий… — Чума аккуратно вытерла струящуюся из носа ягуара кровь.
Бой на улице постепенно заканчивался. Остатки сопротивления отчаянно огрызались из трех оставшихся ДОТов, к которым уже подбирались шагоходы. В подземных коридорах котолаки устроили "партизанщину", не давая выжившим защитникам ни единого шанса для маневрирования или отступления вглубь крепости. Термобарические гранаты, отлично показавшие себя в деле выжигания закрытых огневых позиций, оказались безумно эффективны в узких коридорчиках, устраивая в замкнутом объеме настоящий огненный ад в ответ на любое движение неприятеля. И пусть запасы гранат таяли прямо на глазах, котолаки упорно следовали своей тактике — бросали гранату за каждый угол в лабиринте подземных ходов.
— Чума… Глым… закончили… немного… зачищаем… — сквозь сильные помехи донеслось до Чумы из амулета связи, — …вскрывать… встретимся.
— Значит так, бойцы! Ищем механизм, чтоб открыть вот эту дуру, — Чума ткнула рукой в сторону гермодвери, — Наши на улице уже в нее стучатся и просятся на постой!
*****
— Шагоходы туда точно пускать не надо. Если лифтовые шахты заминировали, мы зря потеряем технику, — Глым стаял у края лифтовой шахты и смотрел в пропасть.
— И что делать? Предлагаешь рисковать бойцами?
— Будем спускаться небольшими группами. Первыми пусть идут коты, они шустрые, спустятся на уровень и захватят плацдарм. Как они закрепятся — посылай туда енотов. Тоже небольшими группками, — Горилла склонился и шепнула на ухо Чуме, — Их у нас до хера, если даже шахту подорвут…
— Я разослал наблюдателей по острову. На всякий, — доложился Фрикаделька, — "Первая" группа останется здесь с шагоходами прикрывать тыл.
Из-за края шахты показалась кошачья морда и на площадку перед грузовыми лифтами вылез Рататуй.
— Ну, что там?