Ключи от моей души (СИ)

Но это все лирика, не очень уместная сейчас. О ней можно подумать позже. Мне нужны конкретные ответы на конкретные вопросы. И я их задала:
— Так все ради денег? Объясни, почему? По сравнению с остальными, кто вернулся оттуда, ты неплохо устроился. Отличный бизнес, влияние, положение. Ты никогда не бедствовал. С нашим мэром за ручку здоровался. Чего не хватило?
— Дурочка, — усмехнулся Матвей. И это прозвучало совсем не ласково, а зловеще. — Ты даже не представляешь уровень тех денег, к которым дает доступ эта флешка. Там не самолет, остров можно будет купить. А я уже наелся по горло. Хочу свою часть пирога. Настоящую, а не какие-то подачки. Сидеть в бунгало с видом на собственный пляж. Смотреть на океан. Пить вино из своей винодельни.
— Серьезно? — мне было трудно поверить. — Ради вина ты убил отца? Того, кто защищал твою спину? И Макса?
  
Глава 79
 
— Да не хотел я их убивать! — впервые самообладание изменило Матвею, обнажив эмоции. — Макс, идиот, не понял, что ему в руки попало. Все твердил, что люди должны знать. Вспоминал войну. Кому она теперь нужна? Власть имущие и тогда на ней наживались, и теперь. Ничего не изменилось. Ну поорала бы общественность пару дней, и все. Пшик! Сказали бы, что фейк и происки врагов. А для нас это ключ в другую жизнь. Совсем в другую!
— Значит, вы все-таки поговорили, — кивнула я. Мне было все равно на его психологические выверты. Важно понять, что тогда произошло. По шагам, по пунктам.
— Поговорили. Все втроем. Твой отец тоже присутствовал. Как и я, Макса не поддержал. Мы оба пытались его отговорить. Объясняли, что он ничего не добьется, только себя подставит. Степан посоветовал флешку от греха подальше спрятать в банк. И никому о ней не упоминать. Мы тогда не знали, что Макс успел засветиться на камерах. Ему все равно было не жить. Люди губера порешили бы, чтобы другим неповадно. А я не собирался убивать. Встретился с ним отдельно, рассказал свой план, хотел убедить. Даже телефон левый завел. По обычному нельзя такое обсуждать. Макс взял паузу подумать. Потом сам позвонил. Договорились пересечься на одной из наших баз. Я надеялся, что он поумнеет. Собирался обрисовать перспективы. Его тоже ничего здесь не держало. Купил бы себе отдельный остров и наслаждался. Мы пили коньяк, вспоминали прошлое. А под конец этот блаженный заявил, что уже вышел на телевизионщиков. И мечтает посмотреть, как губера посадят. Тогда я понял, что он безнадежен. Максим уснул прямо на диване. А под окнами его тачка. Ну я и решил… Перенес его в машину, отвез за город и инсценировал аварию, — глухо закончил Матвей.
— А когда Макс больше не мешал, оставалось только забрать флешку из банка, — подитожила я хрипло. В горле стоял ком, а в груди — ледяная стужа, — Сам пошел?
— Нет. Послал пару своих парней. Тех, с кем можно сговориться за деньги. Они провели разведку, определили слабые места. А потом уже ограбление. Я был недалеко, ждал в машине. Кто же знал, что Степана туда принесет? Всё не просчитаешь. Он вырубил ребят и отобрал флешку. А после позвонил мне и назначил встречу.
Теперь я поняла, почему один из мужчин на видео показался мне знакомым. Наверняка, встречала его раньше в компании с Матвеем. У них был свой стрелковый клуб для бывших военных. Мы с отцом тоже его посещали, чтобы поддерживать навыки. Пусть оружие я не любила, но тренировалась регулярно. Отец пытался разобраться в смерти Максима. Посмотрел видео и узнал людей Матвея. Он бывал в клубе гораздо чаще, чем я. А еще на разных встречах и посиделках для своих. Узнал и стал подозревать Матвея. Наверное, все же сомневался. Но с охранником в банке поговорил и попросил быть бдительнее. Скорее всего, отец дежурил у банка по ночам, хотел лично убедиться в своих подозрениях. И убедился. Встретил горе-грабителей у дверей, отнял чертову флешку…
— Что было дальше? — уточнила с ледяным спокойствием. — Зачем ты убил отца?
— Затем, что он сам хотел меня убить! Я просто оказался быстрее, — устало произнес Матвей. — Степан сходу обвинил меня в смерти Макса. И сказал, что так это не оставит. Я пытался его уговорить. Обещал, что разделим полученные за компромат деньги пополам. И выполнил бы обещание. Но твой отец всегда был упертым как баран! И на мораль ему было насрать. Он не собирался давать флешке ход. Хотел просто ее уничтожить. Но смерть Макса мне не простил. Дал фору в пять часов, а потом собирался сообщить обо всем нашим.
 
— Понятно, — кивнула я. — В вашей организации не обрадовались бы, если бы узнали, на что пошел один из руководителей. Ты сам рассказывал, что у вас свои законы. И свое правосудие. Почему не воспользовался предложением отца?
— Пять часов? Серьезно? Что можно успеть за такой срок? — презрительно пожал плечами Матвей.
— Купить билет и улететь туда, где не нужна виза. Вполне возможно.
— Я бы не смог ничего забрать. Деньги снять. Кому я без них там нужен?
— Ты отказался?
— Да. Но убивать Степана не собирался. Это он достал оружие и сказал: или так, или… И поверь, настроен был серьезно. Я это понял и выстрелил первым. Кто же знал, что от флешки он уже успел избавиться. Как раз обшаривал карманы, когда услышал твои шаги. Догадался, что он послал тебе код тревоги. У нас с ним тоже был такой уговор. Я прятался и наблюдал за тобой. А ты стояла над телом и не спешила вызывать ментов. А потом позвонила мне. Хорошо, я звук телефона отключил. Ты бы сразу все поняла. А так я сообщил, что Степан тоже меня вызвал. Выждал немного и появился. Потом мы поиграли с тобой в детективов. Я очень надеялся, что ты найдешь флешку. Поэтому поддержал дурацкую идею искать убийцу самим. Ну а спрятать тело вообще было в моих интересах. Я бы забрал компромат и исчез. Может, даже с тобой поделился. Потом. И не надо про чувства. Ты сама не раз мечтала убить отца. Я же знаю. Только зря я на тебя поставил. Ты и компромат не нашла. И куда не надо, полезла. Пришлось импровизировать.
— Ну да, конечно. Заснять меня над телом с оружием в руках — тоже импровизация? — усмехнулась презрительно. — И не знаешь ты ничего! Никогда мы это не обсуждали.
— Мне и не надо, не слепой. А со снимком — что ты хотела? Мне нужен был сдерживающий фактор. И с Савельевым сама подставилась. Даже не ожидал, что он так тебя зацепит. Когда ты начала искать детектива, я понял, что все выходит из под контроля. Разделить вас оказалось не так уж сложно. Видимо, твой любовник не сильно тебе доверял, да? — криво усмехнулся Матвей. Его слова отозвались очередным спазмом в груди. Но я не обратила на это внимания, слушая дальше злые откровения: — Потом ты помогла вытащить его сына, и Савельев снова воспылал к тебе чувствами. Пришлось применить более действенные средства. Судя по всему, с сумасшедшей он связываться не захотел. Все-таки, парень более разумен, чем я считал.
Стараясь не зацикливаться на причиняющих боль словах, я думала о своем. О том, что мое решение пообщаться с детективом ускорило развитие событий. Матвей решил вывести меня из игры и разделить с Владом, лишив поддержки. А сам детектив очень удивился, когда услышал от меня о второй любовнице Макса. Оказывается, ничего подобного он не говорил. По его наблюдениям, встречался Максим только с Буховецкой. И в мой спортивный клуб тоже не приходил. Все это Матвей выдумал. А чтобы детектив не смог рассказать правду, обеспечил его на время проблемами. То есть Матвей заранее сознательно путал следы и подставлял меня. Фотография, справка от психиатра — вовсе не импровизация. Он опасался, что рано или поздно я выйду из-под контроля, и искал методы воздействия.
— Что будет, если не найду флешку? — уточнила я. — Отец мог спрятать ее где угодно. Убьешь меня?
— Тебя? — переспросил Матвей хмуро. — Нет. Мне и Макса со Степаном хватило. Думаешь, это было легко? До сих пор кошмарами мучаюсь.
— Вряд ли я тебя пожалею, — усмехнулась я. Понимала, что не стоит его злить. Но не смогла удержаться.
— Не нуждаюсь в твоей жалости, — процедил Матвей. — В общем, так. Даю тебе неделю. Тогда и буду решать. Еще раз напоминаю, попытаешься меня сдать, Савельеву конец. Он меня давно раздражает. Если бы ты на нем не залипла, я бы позвал тебя с собой. Тебя ведь тоже здесь ничего не держит. Если только слава местной сумасшедшей. Подумай, еще не поздно. Просто представь, что сможешь иметь все, что захочешь. Жить, где захочешь. И как захочешь. А твой любовник уже достиг своего потолка. Выше не прыгнет, не та натура. Так и будет пешкой в чужих играх. А ты не такая. Ты любишь ломать чужие правила.