Ключи от моей души (СИ)

Наши языки играли друг с другом, пока я вжималась в мужское тело, закинув ногу Владу на бедро и ощущая через одежду его горячую, каменную плоть. Створки лифта уже разъехались на нужном этаже, а мы не спешили размыкать объятия. Влад рвано выдохнул мне в губы, обхватил за талию и, чуть приподняв, потащил к двери квартиры. Я засунула руки ему под футболку и гладила мышцы спины, трогала ямочки у поясницы. Спуститься ниже мешал ремень джинсов. Очень хотелось его сорвать, но в таком положении это было невозможно.
Владу все-таки пришлось меня отпустить, чтобы отыскать в моем рюкзаке ключи. Прислонившись к стене, я смотрела на него, такого нетерпеливого, разгоряченного, с лихорадочно блестевшими глазами и сжатыми в линию губами. Которые тут же захотелось ощутить своими, облизать, почувствовать их вкус. Он слишком долго копался. Рыкнул зло, встряхнув мой рюкзак. Наконец нашел то, что нужно, открыл дверь и почти грубо втащил меня внутрь. А захлопывал ее уже ногой, одновременно притискивая меня к стене. Не теряя времени, я потянула вверх его футболку, стащила и отбросила прочь. И выдохнула от облегчения. Так приятно было пройти ладонями по горячему подтянутому телу. Ощутить гладкость кожи, рельеф напряженных мышц.
Я схватилась за его ремень, а он — за молнию на моих джинсах. Наши открытые рты в это время ловили сбитое дыхание другого и ласкались языками. Когда лишняя одежда улетела на пол, Влад приподнял меня, посадив на свои бедра. Я обхватила их ногами, упираясь пятками ему в ягодицы. Поза оказалась не такой уж удобной. Но эту мысль почти мгновенно выбили из головы резкие толчки, жар, охвативший тело, и мучительное желание разрядки, которую мог подарить только этот мужчина. А он вдруг прекратил вбиваться в меня и переключился на мой рот, лаская его языком и покусывая губы. Я протестующе замычала, подаваясь бедрами ему навстречу. Но меня лишь сильнее прижали к стене, почти обездвижив.
Как оказалось, разрядку можно получить даже от ласк рта, если делать это так виртуозно, как мой напарник. Я была уже на грани, когда он снова заработал бедрами, все ускоряя темп. Мне хватило совсем немного, чтобы зайтись в немом крике, а затем рассыпаться на атомы, полностью повиснув на Владе. Еще несколько яростных движений, вбивающих меня в стену, и Влад с хриплым стоном догнал меня, вжимаясь лицом в мои волосы. Какое-то время мы так и стояли, спаявшись намертво. Точнее, я висела на нем, вцепившись в мощные плечи руками, а в бедра — ногами. А когда немного отдышались, Влад приподнял меня, снимая с себя, и поставил на пол.
Я молча смотрела, как он стаскивает с себя защиту, которую даже не помнила, когда успел надеть. Подняла глаза и застыла, так испытывающе он на меня смотрел. Слишком много всего было в его глазах, того, что я не готова принять. Потому что не способна ничего дать взамен. Мне вдруг стало холодно, я отвернулась, сгребла с пола одежду и отправилась в душ. Дверь сразу закрыла, а за шумом воды не слышала, пытался ли Влад присоединиться ко мне. Но когда вышла, вернув себе относительное спокойствие, с трудом выдержала его внимательный взгляд. Он недолго меня изучал, вздохнул и тоже ушел в ванную.
К тому времени, когда напарник закончил с водными процедурами, я уже во всю занималась распечатками звонков. Ни слова не говоря он присоединился ко мне. Потратив не так уж много времени, мы выделили четыре номера, с которых регулярно звонили Столяровой в последние две недели. Влад выписал их и отослал кому-то из знакомых, чтобы пробили. Ответ ему пообещали через пару дней. Больше заняться нам было нечем, и я решила уйти в свою комнату. Находиться рядом с ним сейчас было сложно. Но когда поднялась с дивана, он меня остановил.
— Погоди, пока ты была в душе, пришел отчет по Буховецкой, — я кивнула и снова села, показывая, что готова слушать. Напарник продолжил: — Из интересного только одно: вчера она побывала в кафе, довольно далеко от дома. По дороге провела несколько маневров. Такие делают, когда пытаются уйти от слежки. Причем мой человек уверен, что его она не засекла. Скоре всего, просто перестраховалась. И это показательно. В общем до кафе ее довели. Она проторчала там больше получаса, но никого не дождалась. Уходя, выглядела недовольной и встревоженной.
 
— То есть, делаем вывод, — нахмурилась я: — Буховецкая должна была с кем-то встретиться. С кем-то важным, раз использовала предосторожности. Но встреча по неизвестным причинам не состоялась. Так?
— Похоже на то, — согласился Влад. Я задумчиво покусала губы и спросила:
— А что у нее с семьей? Надо выяснить подробнее. Родители, братья-сестры, может, даже, дети. И кстати, о жене Макса тоже. Детей, насколько знаю, у них нет. А остальных родственников стоит пробить.
— Забавно, — криво усмехнулся напарник. И на мой вопросительный взгляд пояснил: — Мыслим похоже. Как только прочитал отчет, сразу дал такое задание. Сейчас добавлю к запросу Столярову.
— Хорошо, — сухо отозвалась я. В отличии от него, замечать наши сходства и совпадения больше не хотелось. — Это все? — Получив в ответ кивок и хмурый взгляд, поднялась и ушла к себе.
  
Глава 50
 
Этой ночью мы опять спали раздельно. Заснула я не сразу, старательно игнорируя настойчивое желание проверить, как у Влада дела. Вдруг, ему опять снятся кошмары. Но с этой слабостью я успешно справилась и осталась в кровати. А утром встала пораньше, занявшись приготовлением полноценного завтрака. Возможно, моя совесть взбунтовалась и решила, что достаточно эксплуатировать напарника. Или причина была в чем-то другом, анализировать я не стала.
Так или иначе, когда Влад пришел на кухню, его ждала горячая, соблазнительно благоухающая еда. А меня — не менее горячий вид обнаженного мужского торса, рельефных плеч и жилистых рук. Ну и задумчивый взгляд серых глаз, внимательно изучивших разносолы на столе и после впившихся в мое лицо. Я сделала вид, что все идет, как обычно.
После завтрака, прошедшего в полном молчании, мы снова разошлись по комнатам. Но буквально через полчаса Влад с ноутом в руках постучался и, не дожидаясь ответа, зашел ко мне. Скользнул взглядом по моим голым ногам и сел с краю кровати, на которой я валялась в домашних шортах и майке.
— Пришла информация по вчерашним запросам, — слегка охрипшим голосом сообщил он. А взгляд переместился с ног на мои губы. Тело послушно ответило жаром внизу живота и колкими мурашками по коже. А еще напрягшейся грудью, что не укрылось от его глаз. Мужской кадык дернулся, Влад медленно выдохнул, словно приводя себя в чувство, и спросил: — Готова слушать? — я лишь кивнула, боясь, что голос может меня выдать. И он продолжил: — Сначала Буховецкая. 26 лет, родителей нет в живых. Погибли десять лет назад в автокатастрофе. Остались она и старший брат. Не работает, по крайней мере, официально. Хотя пединститут закончила. Замужем не была, детей нет. Других родственников, кроме брата, тоже. Брат работал в полиции, потом уволился. Сейчас на вольных хлебах. Это все.
— Фото брата есть, — спросила я.
— Есть, — кивнул напарник, глядя в ноут. — Обычный парень, шрамов на лице нет.
— Понятно, причины увольнения известны?
— Так глубоко не копали. Думаешь, стоит?
— Желательно, — пожала я плечами. С одной стороны, важным может оказаться все, что угодно. С другой, любая информация стоит денег. А Влад явно не собирался брать меня в долю. — Давай про Столярову.
Он снова уткнулся в экран, пробегаясь глазами по тексту и озвучивая вслух:
— 34 года. Брак единственный, развестись до гибели Макса не успели. Родители живы, живут здесь же. Отец бывший военный, подполковник, сейчас на пенсии. Братьев-сестер нет. Трудится бухгалтером в турфирме.
— Отец — подполковник? — заинтересовалась я. — После выхода на пенсию где-нибудь работал?
— Официально не трудоустроен. А так, кто знает, — пожал плечами Влад.
— В какой сфере служил?
— Связист.
— Связист… — повторила задумчиво. — Ладно, пока непонятно, важно ли это. Будем иметь в виду.