Ключи от моей души (СИ)

— Я тебе еще задание давал. Разговорить Савельева. Получилось?
— Ну… честно говоря, не очень. Он со мной вообще не разговаривает. Только команды раздает, — вздохнула тяжело и покосилась на Влада. Тот закатил глаза и покачал головой. — Они подозревают, что папа причастен к ограблению банка. Ищут его подельников или как там это называется… Говорят, на камеру попало несколько человек. Но опознать их нельзя.
— Ты смотрела видео? — тут же вцепился в меня собеседник.
— Да вы что! Кто же мне такое покажет? А если вдруг смогу увидеть, на что надо обратить внимание? — я старательно изображала испуганную и послушную дурочку. Потоцкий помолчал немного, явно прикидывая, как много мне можно рассказать. Но все-таки посчитал безобидной и решил использовать дальше.
— Во-первых, попытайся опознать отца. Есть он на видео или нет. Может, еще кого узнаешь. Дальше, внимательно смотри, что у налетчиков в руках. Меня интересует флешка. Подумай, где твой отец мог спрятать похожий предмет. У него есть тайник?
— Тайник? Не знаю. Вряд ли. Зачем ему тайник? — наивно пробормотала я.
— Не задавай глупые вопросы, — разозлился собеседник. — Просто напрягай мозги, если есть что напрягать, — закончил с откровенной издевкой.
— Я поняла, попытаюсь вспомнить, — ответила послушно.
— Ты хорошо знала бывшего сослуживца твоего отца Столярова?
— Максима? Вообще не знала. Ну, видела конечно, не раз. Он у нас дома бывал. Но мы особо не общались. Ему со мной было не интересно. Ну а мне с ним. А что?
— Еще раз задашь вопрос, подкорочу язычок. Твоя задача — отвечать на мои и вспоминать. Ясно?
— Конечно!
— С кем еще Столяров общался кроме твоего отца?
— С женой? — ответила полувопросом. — У него семья была.
— Сама давно с ним виделась?
— Давно. Даже и не помню, когда. Больше года, кажется. И вообще, он всегда мне казался таким тихим, отсутствующим. Будто не до конца вернулся с войны. По-моему, у него тоже психика пострадала, как и у папы. Вряд ли его смерть как-то связана с папиным исчезновением, — с наивным простодушием рассуждала я. Потоцкий явно был на взводе, и мои слова должны были это его состояние усилить. Так и вышло.
— Не знаю, может, и псих, но соображалка у него отлично работает. На кнопочки телефона вовремя нажимать умеет, тварь! Если бы не умер, я бы ему эту соображалку в жопу засунул… — выругался собеседник и бросил трубку.
  
Глава 42
 
Отложив телефон в сторону, я вздохнула и повернулась к Владу. Судя по недовольному лицу, ему было что мне сказать. Ну вот она я, готова принимать критику.
— Что за дом у реки? Почему мы его не проверили? Он вообще существует, или ты все насочиняла? — забросал напарник вопросами.
— Конечно, существует. И его вполне можно найти. Хотя я постаралась максимально их запутать. Поселок на другом конце области. Пока доберутся, пока вычислят дом, хоть немного от них отдохнем.
— А если Степан там? — нахмурился Влад. — Сдала отца?
— Папа никогда не останавливался дважды в одном убежище. Но им это знать не обязательно. Более того, сейчас напишу кое-кому. И в доме создадут видимость недавнего присутствия человека. Пусть решат, что отец где-то рядом, и займутся поисками в округе. Нам только на руку.
— Ясно, — поморщился Влад. — Опять таинственный помощник? У него везде есть связи?
— У него много чего есть. Но в целом, в правильную сторону мыслишь. А меня не похвалишь?
— За что? — скривился он.
— Все-таки ты зануда! — заметила я. — Теперь мы знаем, что ищем. Никакие не бриллианты, а флешку.
— Много толку от этого знания? На ней может быть что угодно: документы, фото, видео, аудио. Выбирай что хочешь.
— Буховецкая говорила, губернатор Макса приблизил. Значит, тот мог стать свидетелем важной встречи или разговора. И запечатлеть это в любом формате. А компроментирует губера либо сам собеседник, либо содержание разговора. Вот это я выбираю, — поразмышляла немного и продолжила: — Кстати, судя по всему, наш народный избранник узнал о том, что у разговора был свидетель уже после смерти Макса. Иначе сам бы его упокоил, на что так красочно намекал Потоцкий. И вот тут интересный вопрос: как он узнал.
 
— А это важно? Узнал и узнал.
— Не скажи. Информация лишней не бывает. Может, натолкнет на нужные мысли.
— Ну тогда вспомни, что тебе сказали в конце про соображалку и кнопочки телефона. Столяров явно записал встречу на мобильный. Кто-то увидел и сдал его.
— Согласна, с одной оговоркой, — кивнула я. — Если его засекли, почему сразу не схватили? — и опять мы с Владом почти одновременно закончили мою мысль: — Камера! Макса засняла камера. По какой-то причине видео просмотрели через несколько дней.
Неожиданно я осознала, что мне это нравится. То, что у нас с Владом мысли работают в одну сторону. Что мы можем дополнять рассуждения друг друга. Черт, да из нас, реально, получается команда! Но нужно ли мне такое? Моя довольная улыбка погасла, а в голову снова полезли опасные мысли, что наше сближение принесет одни лишь проблемы. А Влад это самое сближение настойчиво форсировал. Причем, буквально: придвинулся вплотную. Так, что его мощное бедро, затянутое в джинсы, касалось моего бедра. И это прикосновение обжигало прямо через ткань, вызывая дрожь.
Мужская ладонь сжала мое колено и нарочито медленно двинулась вверх по ноге. Другая рука обвила талию и притиснула меня к мощному телу.
— Руки убери… — прошипела я сквозь зубы. Хотя внутри уже поднималась горячая волна, заставляя плавиться вены и замирать в сладком предчувствии. Оказывается, я и не знала, что мое тело способно так быстро вспыхивать и отвечать на чужой призыв. Вот и Влад послушался его молчаливого голоса, а не моих слов. Одним движением опрокинул меня на диван и навис сверху. Его руки держали крепко, не давая вырваться. Нет, я не забыла все свои приемы и легко могла бы освободиться. Но почему-то не делала этого.
Сначала он долго вглядывался в мои глаза. Уж не знаю, что хотел там разглядеть. А потом твердые губы коснулись моих с такой нежностью, что я резко выдохнула. Контраст железных объятий и тягучего поцелуя будоражил кровь. На миг я почувствовала себя беззащитной и в полной его власти. Сама не заметила, как начала отвечать, исследуя языком его рот. И не запомнила, когда мы оба лишились верхней части одежды. Теперь я могла прижаться к горячей коже, ласкать скульптурные мышцы на его плечах и груди. Влад раздвинул коленом мои ноги и вклинился между ними. Его бедра толкнулись в мои, заставляя прочувствовать силу мужского желания даже через одежду. Тихий рык и хриплое дыхание прямо в губы добавляли кайфа, туманя голову.
Жадные ладони во всю путешествовали по моему телу. Сжимая и гладя там, где больше всего хотелось. Влад легко настраивался на меня и с лету ловил все мои невысказанные пожелания. Переплел свои пальцы с моими и прижал мои руки к дивану, всем телом вдавливая меня в него. В очередном поцелуе уже не осталось нежности. Сейчас он утягивал меня на самое дно. В глубину обоюдных стонов, откровенных ласк и жарких объятий. Но отдаться до конца не получалось. Где-то в уголке назойливо билась мысль: нельзя позволять ему то, что он делает. Нельзя! Влад пытается пробить защиту. Что, если ему удастся? Я не готова, нет!
Уперлась в стальную грудь. Отодвинулась совсем немного, чтобы не сходить с ума от жара гладкой кожи, и прошептала прямо ему в губы:
— Тело, только тело! Помнишь?
Рот заткнул жадный поцелуй. И лишь когда наши губы оторвались друг от друга, услышала хриплый голос:
— Я помню… не бойся. Отпусти себя…
А дальше разум наконец утратил свой контроль. Мир схлопнулся до нас двоих. И самым важным стало — чувствовать его сейчас. Везде: внутри, снаружи, в каждом вдохе и касании. В том, как он властно и в то же время трепетно трогал меня, словно имел на это право. Пил мое дыхание, позволяя дышать только собой. Как присваивал мое тело, а моя душа металась и рвалась, не понимая, куда. Я плыла одновременно в наслаждении и агонии. Разрывалась напополам. Теряя себя и находя взамен что-то другое. Чего не могла пока понять и принять. И я вырубилась прямо в процессе, сразу после того, как мы оба улетели за грань.