Как не умереть дважды

Так что потерять мы должны были Мию, будь это бюджетный фильм ужасов, но когда ты сама давно немножечко хтонь, правилам жанра приходится потесниться.
Раз – что-то длинное метнулось к нашим ногам.
Два – Амилота оттолкнул нас обеих и шагнул вперед.
Три – я приготовилась превратить в камень все, что пока еще движется, и, на всякий случай, то, что не движется.
Четыре…
Не знаю, что было бы дальше, но когда чудище стегануло по песку возле сапог Амилоты, я взвизгнула:
– Морис!
– Морис? – не менее экспрессивно переспросила Мия.
– Морис? – засомневался Амилота. Жалобный призыв о помощи повторился, и Лайз создал маленький шарик на ладони, подсветив им торчащую из песка пепельноволосую макушку. Из-под спутанной челки выглядывали круглые, как плошки, глаза, нос и верхняя губа. Кажется, пока мы медлили, большая часть рта погрузилась в песок, и Морис уже не мог кричать, только отчаянно сопел.
– Зыбучие пески, – нахмурился Амилота и посмотрел на свою рубашку, временно ставшую моей юбкой. – Нужно что-то длинное, чтобы вытащить Мориса, пока не стало поздно.
– А щупальце не подойдет?
Глаза Мориса испуганно расширились, но кто будет спрашивать потерпевшего, как правильно его спасать? Мы с Лайзом ухватились за фантомный тентакль, и тот сделал попытку исчезнуть. Я прикрикнула на друга:
– Только попробуй! Станешь осьминогом на гриле!
Щупальце снова обрело плотность, а вместе с ней и неприятную скользкость, но мы поднатужились и дернули так, что, когда вся голова Мориса оказалась на поверхности, ночь огласилась истерическим воплем раненой в попу чайки.
– Аааа! Ненавижу тебя! Ненавижу-у-у-у!..
В любом случае, вопил Морис недолго – мы в два счета вытащили его из песочного плена, он даже охрипнуть не успел. Мия похлопала несчастного по щеке.
– Эй. Эй, поблагодари куратора Амилоту за спасение.
– Я тоже его спасала, – буркнула я. – Но благодарить, так уж и быть, не стоит.
Морис сел и любовно погладил истерзанную конечность.
– Я его недавно отрастил, а вы… Ироды.
– Ты чуть не утонул в зыбучих песках.
– Не утонул бы, я ногами упирался.
– Упирался во что? – спросил Лайз. Морис поменялся в лице.
– Я не знаю. Оно было там и сначала шевелилось. Немного похоже на… – Он замолчал и огляделся. – А Рэнди разве не с вами?
– Мы думали, он с тобой, – ответила я. – Только не говори мне, что…
Амилота опомнился первым.
– О’Ши, насколько прочную паутину ты выделяешь?
– Человека на весу выдержать может.
– Опутай меня. Я проверю, мой там студент или нет.
Мы все втроем вытаращились на него.
– Ты собрался нырять в песок? – ужаснулась я.
– Есть другие варианты?
– Я против! – категорично заявила Мия. – Вас моя паутина точно не выдержит.
По глазам видно, врет и не краснеет, но я понимала почему.
– О’Ши, – угрожающе начал Амилота, – ты же не думаешь…
– Я легче и шкурка у меня толстая. – Я подняла руку. – Если, конечно, Мия не боится облажаться.
Мне достался гневный взгляд Лайза, от которого не только не стало страшно, но даже немного приятно.
– Кудряшова, что за ненужная самодеятельность?
– Считайте это практической работой, куратор, – с улыбкой ответила я и потуже затянула узел рубашки. – Проверим сразу и навыки Мии, и мою змеиную гибкость. Да ладно вам, нормально все будет.
Морис в дискуссии предпочел не участвовать, но и так было двое против одного, и Амилота нехотя сдался.
– Будь осторожнее, не наглотайся песка. Если на дне Рэнди Салливан, не паникуй. Гули могут имитировать смерть довольно продолжительное время, а вот тебе воздух нужен. Песок вроде не сильно плотный, мы достанем тебя, с Салливаном или без.
Я улыбнулась. Непрошибаемый, как скалы Гранд-Каньона, Лайз Амилота распереживался так, что выдал целую тираду и при этом ни разу не оскорбил. У меня прямо крылья за спиной выросли.
– Я быстро, одна нога тут, другая там.
– Давай без расчлененки, – попросил Морис, – меня что-то подташнивает.
Мия явно решила отыграться за все потерянные возможности побыть наедине с кумиром и обвязала меня так, будто хотела перерезать пополам. Дай ей волю, она бы из меня кокон сделала и тут же в песочке прикопала. Но я не могла позволить ей заметить, что мне неудобно. Амилота взялся за жгут из паутины и кивнул. Я решила не выделываться и осторожно пересекла черту, отделяющую обычный песок от зыбучего. Сначала ничего странного не почувствовала, а потом босые пятки погрузились в неожиданно влажную массу, вынуждая непроизвольно дернуться, и пустота жадно втянула меня сразу по колено. Ждать так было невыносимо, и, пока не пропали последние крупицы храбрости, я заставила себя погрузиться глубже и, зажмурившись, ушла с головой.
 
Это был один из самых мерзких эпизодов моей жизни. Я даже умерла как-то быстро, почти незаметно, а очнулась сразу на кушетке в медкабинете доктора Зусмана. А тут меня сдавило со всех сторон, и я на секунду представила себя, погребенную под землей, без возможности пошевелиться, не способная даже сделать вдох. Меня накрыло паникой, и лишь рывок за пояс смог вернуть к реальности. Я перестала без толку дергаться и едва сосредоточилась на поисках, как Амилота потянул обратно. Я еле-еле успела схватиться за что-то, чем бы оно ни было, а потом песок с отвратительным чпоком выплюнул меня из своего тесного нутра.
– Рита! – на «берегу» метался Морис, мешая Лайзу и Мие меня спасать. – Наконец-то!
Да прошло от силы полминуты, хотела я сказать, но мышцы будто парализовало. Амилота, подхватив меня под мышками, оттащил на безопасное расстояние вместе с тем, что я сжимала в руках, а потом и вовсе попытался отобрать, вытаскивая из окаменевших от напряжения пальцев.
– Молодец, – негромко похвалил Амилота и потрепал по плечу. И меня наконец-то отпустило. Я шмыгнула носом.
– Было страшно.
На этот раз Амилота не стал скромничать и просто обнял. Уверена, Мия это видела, но мне было глубоко наплевать.
– Он не очухивается, – испуганно сказал Морис, и Амилота разжал объятия. Короткого сеанса обнимательной терапии хватило, чтобы вернуть спокойствие, и я подошла к распластанному на земле Рэнди и легонько пихнула в бок.
– Хорош притворяться, все свои. – Рэнди не внял, и пришлось пустить в ход тяжелую артиллерию. – Морис, сделай-ка ему искусственное дыхание. Давай-давай, не скромничай. Пациент ждать не будет.
«Пациент» дернул бровью и приоткрыл один глаз.
– Смотри-ка, работает, – хихикнула я и присела возле Рэнди. – Ты как?
– Я где? – проскрипел он в ответ.
Амилота пересказал то, что мы, в сущности, уже слышали. Территорию академии огораживал от бесконечного пространства Небытия особый магический барьер. Обычно такие сохраняли целостность обитаемых измерений и образовывались сами собой, так сказать, в процессе эволюции, а наш создали специально и регулярно обновляли, чтобы в один прекрасный день все попросту не схлопнулось под натиском первозданной пустоты. Иногда случалось так, что магические всплески внутри огороженной территории повреждали отдельные части барьера, и тогда пострадавшее место залатывали до лучших времен. Так вышло и в этот раз. Амилота нашел требующий ремонта участок в районе метеобашни, где мы недавно порезвились, но не успел даже толком рассмотреть, как Морис нечаянно устроил торнадо. Вот это был всплеск так всплеск! И хоть Лайз напрямую не признался, но одному ему пришлось туго, иначе мы бы все не оказались в такой ж… жуткой ситуации.
– Накопители энергии разрядились, чтобы у меня хватило сил сгладить переход сквозь поврежденный барьер и отправить сигнал бедствия.
– Значит, нас уже ищут? – обрадовался Морис.
– Нас выбросило в совершенно случайном измерении, одном из миллиарда. Пока я не накоплю достаточное количество энергии, нас едва ли найдут. Даже Миллхаус Дрей не так всемогущ.
Мы с Рэнди и Морисом одновременно посмотрели по сторонам, опасаться ректорского гнева уже вошло в привычку.