"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)
Бенджамин Дизраэли, граф Биконсфильд, был занят тем же, что и его русский коллега, вот только поводов для радости у него не имелось. Нет, он, конечно, настоящий джентльмен, но сейчас он был готов ругаться как пьяный кокни. Все летело к черту. Весь расклад. Вместо того чтобы истощить друг друга, русские в очередной раз подложили всем свинью, буквально пройдя паровым катком по Турции. Захват Крита Роял Нейви в глазах всех стран был похож на мелкую пакость, поскольку кроме средиземноморских стран был никому не нужен. И пугать русских величием флота было бессмысленно. Все намеки на то, что Стамбул под защитой британской короны, натыкались на издевательские улыбки. Да, да, черт возьми, воевать с Россией в одиночку – верх глупости. Но, увы, Франция уже ничем помочь не могла. Австрия? Русские через месяц промаршируют по Праттеру. Германия? О, это было бы великолепно, но Бисмарк сам с удовольствием потихоньку лезет в Африку и мечтает об англо-русской войне. А она недопустима. Себе можно не врать. Закаленная в боях русская пехота сметет любого противника, в том числе и англичан. Но эти проблемы меркли перед случившимся накануне событием: русские заблокировали телеграф. Резиденты пытались хоть что-то сделать, но, увы, безрезультатно. Фактически Индия в данный момент отрезана от метрополии. И результаты победы в восточной войне превратились в прах.
Киев. 14 июняВсе прошло как по маслу. Служащие телеграфа нашли место обрыва, а заодно и веселый натюрморт из пары трупов. По исконной британской спеси полезли куда не следует, и в результате один убитый и двое тяжело ранены. Шухер поднялся… Прибыли и чины полиции, гражданские чины и консул и мы, офицеры корпуса.
– Что могу сказать? Сами виноваты. – Я флегматично пожал плечами. – Надо было вызвать должностных лиц.
– Это были опытные служащие, – надменно произнес бритт.
– Что, и они могли разбираться в подрывных работах? – мгновенно среагировал Курт.
Ай умница, влет срезал «лимонника». Тот, не меняя выражения лица, пропускает шпильку мимо ушей.
– Цивилизованные люди разбираются во всем, – надменно произнес консул.
– Угу, где же мы вас, цивилизованных, хоронить будем?
– Поручик! Что за неуместные шутки! – негодующе встрял один из штатских.
– Какие шутки могут быть? У нас все серьезно. Смотрите, как мозгами раскинули. Хоть картину пиши.
– Ротмистр, – пожилой чиновник обратился к Белому, – уймите вы этого остряка. И без него тошно.
– Ага, господа, скажете, саперы осматривали место происшествия? Нет? Тогда у нас всех есть шанс сыграть в ящик. – Я вставил свои пять копеек.
Народ мигом понял, что запахло жареным, и ретировался на безопасное расстояние. И там разговор пошел уже на повышенных тонах.
– …Нет, вы не правы…
– …Да что вы понимаете…
– …Вы должны немедленно…
– …Ротмистр, ваши люди что, так и будут стоять…
– Пойдем отсюда, – шепнул я Курту.
И мы по-английски ушли подальше от этого бедлама, а затем начали изображать бурную деятельность. Пока наконец ответственные лица не убрались. Едва скрылись из вида последние коляски, как мы прекратили «деятельность».
– Ну-с, посмотрим, что Бог послал. – Фраза из классиков была к месту.
Послал нам с Мейром бутылку хорошего вина, купаты, нежное сало, окорок. Естественно, не забыл и подчиненных. Чарка на брата, колбаса, сало, свежий хлеб. Работу на сегодня мы закончили. Такая волынка продолжалась аж до 17 июня, когда взбешенный консул не прибыл к месту «аварии». С ним были, по-моему, пара посольских плюс четверо из аппарата губернатора. И прервали, паскуды, наш обед. Все их угрозы и страшилки я пропускал мимо ушей. Нехай клевещут.
– Сегодня служащие станции начнут восстанавливать линию. – Главбритт буквально цедил слова. – Мне надоели ваши оправдания.
– Во-первых, никто ничего без разрешения не начнет. Проверка не закончилась. А во-вторых, мы не оправдываемся, и тон смените, не в Индии. – Я с удовольствием щелкнул его по носу.
– Поручик, вы закончили свою работу? – Один из чиновников попытался сгладить ситуацию.
– Практически да, завтра можно приступать.
– Сегодня. – Бритт упорно пер буром. – Напоминаю, что эта территория по договору является собственностью Британии.
Похоже, консула просто задергали, иначе он такую глупость не сморозил бы.
– Шли бы вы, господа, пока я вас не приказал в эту землю закопать. Все свободны. Разговор закончен. – И, развернувшись, направился к шалашу.
Чиновники на это заявление отреагировали более сдержанно. Мол, процесс закончится уже завтра, всего хорошего. Бритты, переглянувшись, не стали искушать судьбу и убрались в Киев. Восстановление линии длилось три дня, и 21-го она заработала. А уже через три часа группа Немова на другом участке, с превеликим шумом, стрельбой и взрывами прикончила парочку непонятных личностей. И столь удачно, что снесли столб. Телеграф заработал лишь 27-го, но к тому времени мне поступила команда «отбой».
Вы верите в удачу? Нет? А зря! Глядя на Курта, начинаешь понимать, что данная особа любит молодых и наглых. Я сам и все управление до сих пор пребываем в шоке. Он просто сумел взять Веру Фигнер. Во время очередной «прогулки» он зацепился за спешащую женщину. Бог знает, что сыграло свою роль: солнце, удачно осветившее ее профиль, или неплохо составленный словесный портрет. Но, решив, что пусть лучше смеются за рвение, чем ругают за бездействие, он аккуратно «упаковал» ее. А затем поднял на ноги всех, до кого смог дотянуться. И один из задержанных опознал ее как Фигнер. И сейчас в темпе «потрошили» Белый и Закель. И главное, вся прелесть заключалась в том, что о ее аресте социалисты не знали.
– Ну, Курт, готовься, эта дамочка на Станислава тянет.
– Что вы, Сергей Петрович…
– Молодец, – присоединился ко мне Белый. – Рискнул, и вот. Просто нет слов.
– Мы готовы, Павел Данилович.
– Не торопись, Сергей Петрович. – Едва заметное облачко раздражения мелькнуло у него на лице. – Георгий Порфирьевич назначен приказом возглавлять расследование деятельности Фигнер. А Фекленко меня предупреждал, и не верил я старому, тертому профи. Приглядывать надо за Судейкиным и быть настороже.
* * *Лестницы, двери, звенящие в замках ключи. Я иду к задержанной. Со мной Курт, Синицын и Саенко. То, что я собираюсь сделать, противоречит законам империи. Что же, тем хуже для законов.
– Открывай.
Лязг замка, скрип двери, и мы входим в камеру. На нарах сидит женщина. Видно, что проведенное в Лукьяновке время не лучшим образом сказалось на ней, но и сейчас она хорошо выглядит. Вот только мне здорово не понравился ее взгляд. Еще по той, прежней жизни я ненавидел вот такое новорусское дворянство. Здесь, правда, дворянство старое, но все замашки остались прежними. Сразу вспомнился один эпизод, как приехавший глава холдинга осматривал цех. Свита приехавших, местное начальство и я, скромно затерявшийся в сторонке. Занятное зрелище, «к нам приехал, к нам приехал…». Барственно прошествовал, снисходительно пообщался. Здесь было примерно то же самое. С поправкой на пол барина. Вернее, барыни.
– Итак, госпожа Фингер, давайте знакомиться. Я офицер осназа корпуса. Вы террористка. Давайте от этого плясать, как от пресловутой печки. – Меня лишь облили полным презрения взглядом. – Говорить вы, похоже, не желаете? Отлично, тогда вот мои условия. Или вы вывернетесь до донышка и останетесь целой и невредимой, получаете пятерик и отбываете в места не столь отдаленные.
– Или. – Ее голос просто сочился ядом.
– Или я все равно узнаю многое, не все, конечно, но в таком случае вы умираете здесь и сейчас. Один умный человек сказал: если женщина лезет в мужские игры, то пусть не рассчитывает на пощаду. Ни ваше смазливое личико, ни ваш пол меня не остановят. Вы для меня являетесь языком. А уж их я колоть научился. Все, у вас минута. Игры кончились.
Естественно, она не поверила. Что же, это ее проблемы. Ничего личного, только бизнес. Может, это очень плохо, смотреть, как женщину подвергают «экстренному потрошению». Недостойно. Не буду спорить. Это мой выбор. Просто я помнил солдат лейб-гвардии Финляндского полка, погибших при взрыве, устроенном Халтуриным. Их, кажется, было девятнадцать. Девятнадцать семей лишились кормильцев. Зная действительность, я шибко сомневаюсь, чтобы семьям погибших особо помогали. Поэтому я сейчас спокойно смотрю, как ребята «потрошат» эту мамзель. Разговорили мы ее быстро. Спустя пару минут она давала информацию. Финансы, оружие, связи. Картина получалась интересная: имена, фамилии, явки, пароли. Это не прикол, а суровая действительность. И на закуску химлаборатория, где производили взрывчатку. Знаменитый нитроглицерин.