"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)
– Господа, я понимаю, что вы не найдете общий язык? – Панютин наверняка устал слушать нашу перепалку. – Скажите, Аркадий Данилович, нам нужен отряд осназа?
– Я считаю, что нет. Позвать можно и солдат, они также топорно сработают.
– За-ради бога, плакать не буду. Пишите рапорт, командировочные оформляйте. И ближайшим поездом я уеду.
– Сергей Петрович, зачем вы так? – Укоризненно посмотрев на меня, Панютин повернулся к ротмистру: – Отпускаем?
Вот тут он завилял. Одно дело – стрелки перевезти, это понятно. Но вот так отправить десяток опытных жандармов. Причем он отлично знал об аудиенции у Тотлебена, тут в полный рост замаячила политика. А вдруг граф решит поговорить со мной?
– Я высказал свое мнение. Возможно, оно не совпадет с мнением других офицеров.
На этом разбор полетов закончился. К удивлению, никаких оргвыводов не последовало. Наоборот, меня похвалили от имени генерал-губернатора: тому понравилось, как я «огнем и мечом» прошелся по бунтарям. Пересуды, естественно, были, куда без них, но меня записали в графские фавориты.
Пора, пока есть свободное время, определиться, как воевать дальше. Как говорил старшина Васьков, «война – это не кто кого перестреляет, а кто кого передумает». Первое: нам противостоят любители. Это плюс, хоть и торчат за ними уши англов, но, слава богу, их не натаскивают инструктора. Второе: эти социалисты, в основном выходцы из образованных людей, что сужает круг поисков. Третье: они друг друга знают в лицо. Поэтому внедрение практически невозможно. С одной стороны, это минус, но с другой – это жирнющий плюс, при грамотном допросе можно размотать всю цепочку. Четвертое: деньги и оружие. А вот здесь полный мрак, непонятно откуда все берется. Допустим, оружие покупают через подставных лиц, часть получают контрабандой. Но отсюда выплывает вопрос: кто им гроши подкидывает? Часть дают англы. Это железно. Ну, немного европейцы. А остальное? Татищев при нашем разговоре упомянул железнодорожных баронов. Так кто-то, обладая немалой властью, создает олигархов. Накачивает их деньгами. А большие деньги пострашнее револьвера. Но новоявленные бароны, почувствовав власть, вполне могут выйти из-под контроля, пример – Февральская революция. Твою мать! Они уже начали действовать. Вокруг Москвы куча мануфактур, основанных вот такими ухарями еще при покойном императоре. Ага, похоже, как говаривал Меченый, «процесс пошел». И бесполезно этой мрази объяснять, что нельзя раскачивать государство, и революцией их не запугать, не поймут или, просто подхватив чад и домочадцев, рванут на Запад. И кстати, не припоминаю я, чтобы завалили кого-нибудь из промышленников. М-да, теперь пройдемся по нам, грешным. Первое: террористы действуют в городах, а мы «заточены» для уничтожения партизан, разведгрупп, банд, но только в поле, в городе действовать мы не умеем. Нет, если нам укажут, где супостат, то мы с ревом и матом его уничтожим. Даже номер квартиры не спросим. На этом все. Черт, прав тот ротмистр, прав, с такой постановкой вопроса мы не нужны, два десятка солдат и толковый офицер нас вполне заменят. По идее, мы должны добывать, обрабатывать и реализовывать полученные сведения. Мля, как все запущено. Отсюда вытекает второе: отряд должен иметь спецсредства для выполнения данных задач. У-у, нет у нас ничего. Совсем. Подготовка каждого бойца должна быть… Б… Все, разобрался. Мы «скорохваты», по терминологии Богомолова. Так, успокоился, взял себя в руки. А теперь пиши докладную записку, в которой все и отразишь.
Закончив с «хотелками» и планом взаимодействия, я направился к давешнему ротмистру.
– Разрешите, Аркадий Данилович?
– Проходите, Сергей Петрович, с чем пожаловали? – М-да, мне, похоже, не рады.
– Аркадий Данилович, я приношу вам извинения за свое поведение. – Рад не рад, а мужик он умный. И попытаться примириться надо обязательно.
– С чего это вдруг?
– Просто успокоился и набросал свои наблюдения.
– Что же, похвально, а от меня что вам надо? – Похоже, крепко его обидел, до сих пор злится.
– Наш разговор подтолкнул меня к пересмотру тактики осназа, я подумал, что вам небезынтересно будет посмотреть, что получилось.
– Давайте ваши бумаги. – И он углубился в чтение. – Интересно, интересно. Да, похоже, наш разговор пошел вам на пользу, это уже не бегание со стрельбой. Но я понимаю, что это дело будущее?
– Да. К сожалению, на данный момент мы не располагаем ни людьми, ни снаряжением. – Заметив его отсутствующий взгляд, мне стало ясно, что дальнейший разговор бесполезен. По крайней мере, я сделал все, что мог. – До свидания, Аркадий Данилович.
– До свидания.
Если гора не идет к Магомеду… Поищем Панютина. И заодно передадим ему документы, так, на всякий случай. Во избежание, так сказать.
Вот тут я набегался. Статс-секретарь был неуловим. Но в конце концов был мной пойман. Разговаривал с ним буквально на ходу. Забрав у меня записку, он пообещал ее внимательно изучить, на этом мы и расстались.
Пару дней нас вообще не трогали. Чтобы личный состав не расслаблялся, я устроил инвентаризацию всего имущества, а по ее окончании ПХД. А то проверка, и буду выглядеть в глазах начальства очень неприглядно. К счастью, никого не принесло, и началась рутина. Ничего интересного. И слава богу, значит, присмирели студентки. Так прошла неделя.
Кто сказал, что понедельник день тяжелый? Тогда он не видел пятницы. А все начиналось вполне прозаическим вызовом на совещание. Я раз в неделю ходил, слушал и уходил. Меня не дергали, не учили жить, и это меня устраивало. И в этот раз все катилось по проверенному сценарию, пока очередь не дошла до ротмистра Музыченко.
– Господа, у меня неприятная новость, и касается она Александры Семеновны.
В кабинете воцарилась гробовая тишина. Такое заявление, сделанное здесь…
– Что случилось? – очень мягко спросил Панютин.
Вот только у меня и у остальных мороз по коже прошел. Статс-секретарь был доверенным лицом Тотлебена, который в племяннице души не чаял, и репутация у обоих была соответствующая. Крови не боялись ни своей, ни чужой и на расправу очень скоры.
Из доклада ротмистра ситуация выглядела просто дерьмовой. Некий вертопрах подбивает «клинья» к нашей девочке. Сам по себе он так, гонористый шляхтич из обедневших, но происходит из достаточно знатного рода. Числится сей пяст в таможне, не комильфо, но деньги не пахнут, а жить хочется на широкую ногу, вот только это все вершина айсберга. Музыченко раскопал, что сей индивидуум, в миру Казимир Булакович, тридцати двух лет от роду, являлся классической «медовой ловушкой». И теперь он нацелен на Сашеньку, причем за ним стояли весьма серьезные люди. Прочитав переданный мне список, я присвистнул. М-да, крутовато все закрутилось.
– Не свистите, поручик, – одернул меня полковник Першин.
– Где мы их хоронить будем? – прикинулся я тупым отморозком. В это тухлое дело лучше не соваться. Верхи помирятся, а пешек вроде меня сделают крайними.
– Сергей Петрович, не прикидывайтесь идиотом, вам это не идет. – Панютин «ласково» посмотрел на меня. – Сами знаете старое правило…
– Господа, резать этого хмыря не стоит, как и украшать фонарями. – Пожав плечами, я сел.
Далее звучали разные предложения, вполне здравые, но к единому мнению так и не пришли. По текучке в свете таких новостей пробежались минут за десять. На этом все и закончилось. Но не для меня. Спустя два часа меня выдернули к Панютину. Заходить в клетку к тигру пробовали? Нет? Не стоит и начинать. Но я от этой чести отвертеться не могу.
– Здравия желаю, Степан Федорович, – поприветствовал я хозяина кабинета, вытянувшись в струнку. Глазами ел начальство, являя собой готовность выполнить любой приказ. В письменном виде, естественно.
– Проходи, Сережа, не на плацу. Располагайся. Как настроение? – с ехидной улыбкой спросил он.
– Отличное.
– Вот и славно, а то все головы повесили. – В этот момент Панютин, как никогда, напоминал тигра.
– Никак нет…