"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)
- Хм, добро. С военкоматом и назначением я решу.
- Просьба есть, товарищ маршал. Мой борт почти закончили ремонтировать, его бы с моим штурманом в эту эскадрилью отправить. Пока временный лётчик пилотировать будет, а потом и я за штурвал вернусь. Самолёт всё равно уже армии отдают, защитный пулемёт поставили, перекрасили. Штурман уже военную форму надел, младший лейтенант он.
- Хорошо, уговорил. Вот что, я тебя забираю, в медсанбате при штабе фронта долечишься. Очень уж мне твоя идея понравилась.
- Я только за, товарищ маршал.
Будённый быстрым шагом ушёл, я даже и не понял, чего тот приходил, видимо не успел сообщить, а вернувшейся Тосе я велел бежать домой, собирать меня, форму подготовить и почистить, мол, на фронт отправляюсь, там долечусь. Вряд ли вылечу этой ночью с командующим, не успеют всё подготовить, но то что в скором времени, это точно.
Готов почувствовать себя пророком. Отправился я в Киев через три дня после единственного посещения Будённого. Я не в курсе, отбыл тот этой ночью, или следующими, но приказы его выполнялись быстро и в срок. Меня призвали через наш городской военкомат, всё также лейтенантом ВВС, форма у меня старая осталась, Тося принесла в больницу. Я получил назначение, удостоверение со всеми необходимыми бумагами. Дальше наскоро попрощался с родными, они в больницу пришли, ну и отбыл. В последний день под ворчания врачей у меня сняли гипс, и наложив тугую повязку, всё же отправили на аэродром. Сопровождающий отвёз. Не на моём мотоцикле, он в гараже стоял, Юрка его законсервировал. Дальше был мой борт. Лётчик знакомый, он пару раз меня замещал, а сейчас в форме старшего лейтенанта, поднял мою машину в воздух, и мы полетели к Киеву. Я был не единственный пассажир, на борту места свободного не было, генерал, несколько полковников, и мешки с почтой. То есть, пользуясь оказией, наш борт загрузили по полной. Однако это не всё. Лётчик и штурман в кабине, борт-стрелок в люльке ближе к хвосту, там стоял «ШКАС», обычный авиационный пулемёт, даже не крупнокалиберной. Потом я был, и два механика, из наших, они же как раз и были закреплены за моим бортом и призвали их, Матвеич звание старшины получил, а Егор сержанта, летели с нами со всеми пожитками. Со мной был чемодан и вещмешок.
Утром вылетели, и ближе к полудню сели на полевой аэродром возле города. Он в трёх километрах находился. Мне сразу не понравилось полное отсутствие маскировки, и всего одна зенитная установка. Палатки стояли на опушке небольшой рощи. В полукилометре виднелись воды Днепра. Всего тут имелось четыре «ПС», наш пятым был. Пока неполная эскадрилья, но машины искали по всему Союзу и перегоняли сюда. Забирали в основном у «Аэрофлота». Кстати, командиром эскадрильи стал Пётр Степанович, начальник аэродрома. Это он приезжал и с меня показания по обстрелу самолёта брал. А сейчас в звании майора руководил на аэродроме. Неумело, надо сказать. По организованности претензий нет, всё чётко, всё на месте, даже бензовоз выбил, кухня работает, но вот с защитой и маскировкой... Ну нет у него в этом опыта. Самолёты открыто стоят на опушке. Любой разведчик их обнаружит. Да и обнаружил уже наверняка. Эскадрилья вчера была тут развёрнута, а столицу Украины уже дважды бомбили, бомберы немецкие наверняка аэродром засекли. После посадки я прогулялся, держась за бок, изучил всё что видел, и на легковой машине покатил в город. Это командующий прислал, его известили что я прилетел, видеть хотел.
Машина имела мягкий ход, так что меня не растрясло, всё же рывки болезненно отдавались в рёбрах, для меня взлёт и посадка проблемно прошли. А так, доехали до штаба фронта. Тут было много командиров что с важным или сосредоточенным видом бегали по делам, многие с папками в руках. На меня же смотрели с заметным подозрением, граничащим с возмущением. А я френч на плечи просто накинул, и те такое попрание устава с трудом терпели. Видимо только из-за бинтов что были видны, френч я не запахивал. Сопровождающий, в звании капитана, провёл меня через приёмную и без стука войдя в кабинет Будённого, почти сразу пригласил внутрь, не обращая внимания на возмущение других ожидающих. Возмущались те не особо сильно, понимали, что раненый в бинтах лейтенант со звездой Героя на френче, вот так просто не будет заходить, значит по важным делам.
- Свободен, - приказал Будённый капитану-сопровождающему, и встав из-за стола, попросив двух полковников с которыми общался подождать в приёмной, подошёл ко мне и осторожно обнял, поинтересовавшись. - Как себя чувствуешь?
- Вроде ничего. С командиром эскадрильи пообщался. Им уже насчёт меня пришли распоряжения. В госпитале буду лежать. Тут на окраине Киева. Назначение получил как командир борта. Получу свой самолёт, когда врачи решат, что полностью буду готов к полётам.
- Ясно. Жаль огорчать, но помощь твоя нужна просто вот так, - ударил тот по шее. - На южном фланге всё плохо, нужна разведка. Посылали самолёты, днём, вернулись не все, да и доставленные сведенья не совсем ясны.
- Понял. Могу вылететь этой же ночью.
- Отлично. Сейчас подойдёт майор Турбин, он из оперативного отдела фронта, владеет информаций в нужном объёме, он и будет с вами на борту. Твои предложения все были мной приняты. Первые два рейса пока проведёте визуальную разведку, потом будет видно нужны вам разведчики на борту, или нет. Всё ясно?
- Да. Есть только несколько просьб. Прислать на аэродром специалиста по маскировке. Самолёты стоят не замаскированные, и я уверен, что немцы уже знают где тот находится, а когда мы окажемся у них что кость в горле, будут бомбить нещадно. Сменить стоянку нужно. Сделать стоянки для самолётов, замаскированные. Для личного состава землянки, а то в палатках спят, вырыть противовоздушные щели, усилить зенитную оборону, а то всего одна установка счетверённых пулемётов. С командиром эскадрильи об этом я поговорить не успел, да и не думаю, что тот послушает. А вот от вас вполне примет приказ.
- Это всё?
- Есть ещё одна просьба, товарищ маршал. Средства спасения. Мы летать будем над территориями противника и как бы не хотелось касаться этой темы, сбить нас всё же могут. А оказаться на территории противника с одним пистолетом и хером в штанах как-то не хочется. Нужен приказ, от вас, иметь на борту средства спасения. Это сидор, в котором котелок, припасов на три дня, плащ-палатка, спички, набор крючков. В общем, всё чтобы выживать на вражеской территории, и добраться до своих, не посещая населённых пунктов где наших могут отловить. На каждого члена команды или пассажира должен быть такой сидор.
- Понял. Мне нравится твоё предложение. Сегодня же отдам приказ.
Пока мы общались, и я свои предложения высказывал, после стука в кабинет зашёл командир в звании майора, так что тот слышал, что я предлагал. А когда закончил, маршал нас и познакомил. Через два часа стемнеет, так что тот отпустил нас, что делать мы знали, поэтому на той же машине вместе добрались до аэродрома. Борт к вылету готовили не наш, другой, он уже был заправлен, в салоне поставили стол для майора, светильник что освещал только стол, на котором тот карту расстелил, приготовил карандаши. По бортам иллюминаторы были, по два с каждой стороны, борт грузопассажирским был, их занавесили шторами чтобы не выдать светом себя. На этом, к сожалению, всё, кинуть шнуры и провести бортовую связь, чтобы спокойно общаться, радисты не успели. Дальше мы взлетели, как раз когда солнце садилось, и полетели к фронту. Ещё до него час лететь. Стемнело быстро, немецких истребителей поблизости не было, они ближе к передовой гопничали, да и то днём. Так что вот она передовая, и дальше я ходил от борта к борту, потом к майору, и крича ему на ухо описывал что видел. Так вся ночь и прошла, пока мы курсировали вдоль передовой у немцев в тылу. А карта буквально вся метками испещрена была. К утру мы вернулись к аэродрому, дальше я спать в палатку, поужинав, а майор спешно запрыгнув в машину помчался в штаб фронта. Я так устал с этими метаниями, всё время на ногах был, что вырубился почти сразу. А механики и радисты готовили борт к следующему вылету. Не раз я замечал наши части у немцев в тылу, были и моторизованные, но Турбин запрещал посадки, сведенья важнее, вот и повёз их в город.