"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)
Поев горячего супчику под хрустящий подсохший ломтик хлеба, я немного пришёл в себя. Даже в пот бросило, так что, снова окунувшись, я отошёл чуть в сторону, где была тихая вода, что-то вроде заводи, и изучил своё отражение. Лёгкая рябь мешала, но ничего, и, хотя я свою новую внешность знал уже хорошо, всё равно с некоторым любопытством окинул себя взглядом. Видел я крепкого мальчишку с явно оформленной мускулатурой, а всё время после стирки я ходил обнажённым, одежда вон у костра на ветвях сохла, всё же кровь я отстирать не смог, блеклые пятна остались. Так вот, усиленная кормёжка, да с мясом, дала о себе знать, а если учесть и тренировки, то не удивительно, что я из того доходяги, коего привезли на постоялый двор с раной на голове, превратился в крепкого, накачанного парнишку с румянцем на щеках, хотя румянец, может, и от хлебного вина остался. Я уже протрезвел, после того как супу поел. У меня теперь были светлые волосы, симпатичные ямочки на щеках, обаятельная улыбка, голубые глаза и жёстко очерченный подбородок, пока ещё смягчённый детской припухлостью. А вообще все девчата у нас и в деревне считали меня симпатягой. Да, паренёк, тело которого я занял, действительно был симпатичен, и в будущем мне предстоит стать настоящим красавцем. Если доживу, конечно. А так изъянов у тела нет, все зубы целые, почти ровные – в общем, хорошее мне тело досталось, я не скажу, что недоволен, очень даже рад, могло быть и хуже.
Да, кстати, у меня уже и волосы в паху кучерявиться начали, под мышками тоже, уж извините за подробности. И это в двенадцать лет. Ну, или сколько там мне, я до сих пор не в курсе. В моём прошлом теле, помнится, это произошло в четырнадцать. Я понимаю, что все подростки развиваются по-разному, просто отметил это как факт. Ну, и пока как мужчина я не состоятелен, никаких позывов не испытывал, но чуял, что вот-вот… В остальном пока готовность ноль. Думаю, сегодня я уже в путь не отправлюсь, а вот завтра с утра – это обязательно. Да и за луком нужно сбегать. И ведь некого винить, кроме как себя, сам же забыл запасную тетиву. Она ведь у меня всегда в поясном кошеле для всякой мелочёвки хранится, а тут кошель снял для починки, шов разошёлся, убрал его в чересседельную сумку, вот и осталась в лагере. Как будто рок. Понятно, что случайность, но всё равно неприятно. И запасную тетиву забыл, впервые за полтора года, и в этот же день порвал. Странные совпадения. Хотя чего только не бывает.
Дальше я накрылся одеялом, хотя лежал на попоне, всё же ходить обнажённым было слегка холодновато, особенно после омовения в ледяной воде, и, достав все кошели, стал перебирать монеты, сортируя их. Кроме монет были разные украшения, серьги, перстни, кольца и одна подвеска, но не так и много. Вышло на пять больших кошелей, в трёх медь, в двух серебро. Золото было, четыре десятка монет, я их ссыпал в один из кошелей с серебром. Потом все их убрал в одну из чересседельных сумок, лишь немного отсыпав серебра и меди в свой кошель. Остальные, пустые да и кровью попорченные, прикопал под деревом. Точнее, засыпал листвой. Копать нечем было, а оружие портить не хотел. Потом подкинул дровишек в костёр, хворост хороший, хотя и приходилось ломать его руками, у меня даже самого завалящего топорика не было, и следить, чтобы угольки не попали на одежду, развешанную вокруг костра, сушилась она так – теплом от него. Ну и сапоги с портянками тоже сохли.
* * *Утром, спокойно оседлав коней и изредка морщась от боли в растянутых мышцах – последствия вчерашнего боя сказываются, – я выехал на тракт и, обойдя лесом заставы – нечего мне с пограничниками общаться, если они вообще целы, по крайней мере со стороны Москвы после нашествия татар, – и вернувшись на тракт уже на территории Тверского княжества, поскакал дальше. Если я видел кого вдали, то старался укрыться, не хотелось, чтобы меня в такой меченой одежде видели, а так ничего, двигался споро. Потом, чуть позже, у крестьян в одной из деревушек я сторговал неплохую рубаху и сильно ношенные штаны и наконец переоделся. Пусть крестьянская одежда, но мне было всё равно. Как будто я раньше в боярской ходил. Да нет, тоже крестьянская была, только сшита качественнее и материал дороже был. А так я скрыл лошадей и вещи, оставшись в одних штанах и босиком, и так посетил деревушку, а купив что надо, вернулся. Да и по дороге ехал хоть и верхом, но изображал простого крестьянского парнишку, скрыв саблю – замотал её в одеяло. Если что, кинжал на поясе, и пусть он разукрашен самоцветами и серебряными накладками, я не беспокоился, да просто прикрыл его полой рубахи от чужих глаз. А узнав, где поворот на Дубну, я проехал мимо и направился прямо, путь мой лежит в Тверь, мне нужен был торг. Больно уж лошадки приметные были, вот я и надеялся продать их да купить себе нормальных рослых лошадей, каких тут хватало, одежды ещё, может, саблю справлю, да и вообще планов много было.
Те кошели с монетами я всё же брать с собой не стал. Всего один взял, остальные в дупле скрыл, если вернусь, заберу. По поводу же лука, я ещё вчера вечером за ним сбегал, после ужина. Всё на месте было, там, где и оставил в кустарнике, и лук, и колчан с остатками стрел. Тетиву я уже натянул, так что лук при мне. Заодно по следам посмотрел, как уехали освобождённые мной. Там просека проделана была, вот они вернулись на тракт, и дальше их следы терялись. Ну и ладно, молодцы. Единственно, жаль, они обобрали тела убитых мной татар и тверчан, а я хотел сабельку подобрать получше, сулицы. Хотя не надеялся, тут народ сметливый, кто же такое добро бросит. Просто прогулялся, убедился в этом.
А вообще дорога неплоха была, я бы даже сказал, не особо напрягала. К вечеру мне удалось добраться до Твери. Смог бы и раньше, но на самолёте, так назывался паром, была очередь. Ничего, оплатил и переправился на другой берег. Укреплена Тверь была плохо, да и было видно, что возводятся крепкие стены, но работы были далеки от завершения, ров ещё копался, так что ничто мне не помешало проехать ворота. Дань тут за проезд конно снимали, налог за уборку улиц от конских яблок, так что, уплатив полушку, я оказался на территории столицы княжества. Первый постоялый двор я проехал, слишком грязно и шумно, видимо тут дешёвая ночлежка. Крестьян много. Поспрашивал у жителей, и один сообщил, где находится неплохая харчевня, там сдавали комнаты, клопов нет. На торг я уже не успел, свернули его, поздно, поэтому надеюсь утром побывать, мне много что прикупить нужно. По поводу же денег мне было что сказать. Оказалось, в эти времена с наличностью туго было, она имелась, но на факт выходило, что её накапливали в своих руках бояре, и купцам, да и простому люду пришлось переходить или на обмен товаром, или на замену денег, мне она тоже попадалась, ракушки те же. Так что мои трофеи в наличных деньгах – это даже очень неплохо. Вон, за въезд в город крестьяне овощами платили, и стражники принимали, ничуть не смущаясь, как обычное дело.
Подсказка прохожего не подвела, похоже, харчевня что нужно, тут вроде как даже клопов не было. Въехав на заднюю территорию двора харчевни, хотя ей больше подходило название трактир, оно пока тут неизвестно, я спрыгнул с седла, подошвы сапог подняли небольшие облачка пыли, и ведя коня за уздечку – заводной шёл следом, привязанный к луке, – я подошёл к поилкам у конюшни, где и привязал коней. А вообще заезжать во дворы верхом было признаком дурного тона, но это не касалось постоялых дворов, даже если они находились в городе. Вот на территорию частного двора, усадьбы, нужно только заходить, ведя коня в поводу, если верхом, оскорбление для хозяев. Это мне преподавали на постоялом дворе, где я жил, учили уму-разуму, после того как памяти лишился. Сейчас же я делал всё правильно. Вышедший из заднего выхода харчевни парнишка моих лет – лицевая сторона и парадный вход выходили на улицу, – окинул меня взглядом и, презрительно выпятив губу – ну да, в этой одежде я не смотрелся, – сказал:
– Мест нет.
– Что, совсем? – несколько удивлённо спросил я.