"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)

Гоблины опрометью бросились из читального зала. Когда дверь за ними захлопнулась, Чаб повернулся к Железяке.
Директор библиотеки улыбался:
– Т-ты еще не знаком с молниеносной лебедкой, отрок? Нет? О, это мой любимый механизм. П-при определенном навыке и замене крючка этой лебедочкой можно даже рыбу ловить. Но главная его п-прелесть не в способности рыбачить и не в том, чтобы воровать кошельки из-под носа любителей п-посчитать ворон. Вот эта эльфийская монодубльнить очень и очень п-прочна на разрыв. Смотри!
Чаб крепко зажал Изымс в руке и направил его вверх. Что-то мелькнуло в воздухе. Алеф посмотрел под потолок, не увидел ничего, кроме поперечных балок, перевел взгляд на директора и с удивлением обнаружил, что тот висит в метре от пола. И не просто висит, а довольно быстро поднимается на вытянутой вверх руке.
– О, Великая Магия! – донеслось с последнего ряда, где сидел за книгами гном.
– Никакая не магия, господин Злобныс, – сказал Чаб, опускаясь обратно на пол. – И никакая не великая. А всего-навсего обычный п-принцип лебедки. Только эльфийской лебедки. П-при определенной комбинации нажатий отсюда вылетает… В общем, п-придет время – сам во всем разберешься. Невеже Изымс не п-поддастся.
Господин Чаб вернул эльфийский нож изумленному Железяке. В это время в читальный зал вошла Зуйка.
– Вот, только одну вернули, – сказала она, протягивая лекпину книгу. – Девять видов магических рисунков религии русалок. Русалки перекатов.
– Как раз то, что надо! – обрадовался тот и, буквально вырвав книгу из рук Зуйки, двинулся к выходу.
– Эй, любезнейший, далеко ли направился? – остановил его господин Чаб. – Разве т-тебе не известно, что п-по новому указу декана кандидаты в студенты факультета рыболовной магии не имеют п-права выносить книги из б-библиотеки?!
– Нет… Я совсем недавно брал домой книги…
– П-правильно, – кивнул главный библиотекарь. – Совсем недавно б-брал. А вчера днем вышел запрещающий указ. И хотя сей указ лично мне очень не п-по душе, но!.. Указ есть указ!!!
– В таком случае, господин директор, разрешите мне здесь книжечку почитать? – вежливо попросил Железяка. – Мне очень надо…
– Что ж, на то он читальный зал. – Господин Чаб сделал приглашающее движение рукой.
Алеф удобно устроился в специальном лекпинском кресле с приподнятым сиденьем, поставил книгу на пюпитр и приготовился к открытию тайны. Но каково же было его разочарование, когда, наугад раскрыв том, Железяка обнаружил, что в нем не хватает нескольких страниц. Они были аккуратно вырезаны под самый корень. Самым ужасным оказалось то, что его интересовали именно эти двадцать четыре страницы, именно на них были иллюстрации татуировок русалок перекатов. Но и положение, в котором оказался лекпин, было не менее ужасным, ведь теперь директор библиотеки вполне мог заподозрить и обвинить его в том, что книгу испортил он. Оставалось надеяться на помощь Зуйки. Как только помощница библиотекаря показалась из-за стеллажа, Алеф негромко ее окликнул.
– Смотри! – сказал он, показывая книгу Зуйке. – Листов не хватает…
– Не может быть!
– Смотри, вырезал кто-то. Целую главу.
– Зачем ты это сделал, несчастный? За это тебя…
– Да не я это! Зачем мне? Да и когда бы я успел? Ты же мне сама только что эту книгу принесла!
– Верно, – нахмурилась Зуйка. – А ну-ка, посмотри мне в глаза и дай сюда левую руку!
Железяка подчинился. Внимательно глядя в глаза лекпину, ведьмочка сжала его ладонь. Пожатие было несильным, но он вдруг почувствовал, что ладонь начало покалывать.
– Верно, – вновь сказала Зуйка. – Это, правда, не ты. Ну ничего, сейчас я узнаю, что за уродец брал книгу до тебя!
Покопавшись в регистрационной книге, она вскоре воскликнула:
– Йо-хо! Гатауль, негодник! Ну, я тебе устрою.
– Что? – удивился Алеф. – Последний, кто брал эту книгу, был Гатауль? Лекпин Гатауль?!
– Да-да. Твой соплеменничек!
* * *
Это утро выпало профессору Малачу совсем не Доброе. Левое плечо основательно побаливало, хотя, конечно, если бы не баня у Боберса, все было бы гораздо хуже. Да, повезло ему с новым знакомым. А вот с Королевским шершнем не повезло. И откуда этот убийца только взялся? И кто направил на его поиски – поиски «злого умышленника» – стражников герптшцога?
 
И что за трагедия произошла с несчастным Гатаулем?
Масса вопросов обрушилась на эльфа. И решить их надо было как можно скорее. Но сейчас профессор должен был привести себя в форму, а для этого первым делом необходимо было выпить кружку целебного травяного чая.
Облаченный в длинный халат, профессор сидел в своей просторной светлой кухне в кресле за столом для завтрака. Чай уже заваривался в большом квадратном чайнике черного цвета, на боку которого был изображен серебристый судак. На столе рядом с чайником стояла чашка из того же черного набора, который Малач, будучи юношей, получил в качестве приза за первое место на спиннинговых соревнованиях. Из чашки торчала серебряная ложечка, ручка которой была сделана в виде тела и головы уклейки. Чай должен был окончательно набрать свою лечебную силу через несколько минут, пока же профессор вдыхал аромат, доносящийся из изогнутого носика чайника, что имело не менее целебное воздействие.
Звонок дверного колокольчика отвлек его от этой процедуры.
– Что там еще могло случиться? – пробурчал Малач, направляясь к входной двери.
К его немалому удивлению, на пороге его ждала та самая светловолосая красавица, которую он видел вчера в герптшцогском тронном зале в компании Алимка и других журналистов. Красавица была одета во все красное: красная широкополая шляпа с рыжими.перьями, красное приталенное платье, красные туфли, на плече – красная сумочка.
– Господин профессор, я так рада вас видеть! Я Офла, Офла – главный редактор очень, очень модного журнала его сиятельства герптшцога. У меня к вам дело, очень важное, даже не дело, а предложение, от которого вы просто не сможете отказаться! – затараторила блондинка, размахивая и надвигаясь на эльфа.
– Проходите же, сударыня, – волей-неволей предложил Малач и, посторонившись, пропустил Офлу в дом. Она проскочила мимо и прямиком направилась на кухню, дверь в которую так и осталась распахнутой.
– Профессор, профессор, вы такой милый! Можно чаю? – не успев получить согласия, девушка схватила черный чайник с серебряным судаком на боку, налила почти полную чашку заварки и моментально осушила ее до дна. Малач только рот открыть успел. Но теперь предупреждать, что это все-таки не обычный чай и пить его вот так не стоило, было поздно. Меж тем Офла как ни в чем не бывало уселась в кресло и вопросительно уставилась на хозяина дома. Слов нет, она и в самом деле была из разряда, что называется, королев красоты: волнистые белокурые волосы, большие карие глаза и длинные, загнутые вверх ресницы, пухлые губы; да и фигура, и ноги, как успел заметить Малач, были что надо.
– Я слушаю вас, милая Офла, – сказал профессор. – Только у меня к вам маленькая просьба – говорите, пожалуйста, помедленнее…
– Конечно же, конечно же, профессор, – вновь затараторила Офла. – Вы, конечно, слышали, слышали про наш ВСИ – журнал «Всегда своевременная информация», который выпускается в типографии самого герптшцога Ули-Клуна?! Я уверена, что слышали! Мы, и я, как главный редактор, стремимся, стремимся касаться в нем всех самых интересных сторон жизни нашего города и, конечно, его неотъемлемой части – факультета рыболовной магии.
Малач невольно поморщился. В действительности факультет никоим боком не являлся неотъемлемой частью Фалленблека, разве что соседствовал с ним географически. Факультетский городок фактически был частью Академии магических наук, находящейся в столице, и подчинялся исключительно ректору Академии Марк-Нейю и совету деканов, одним из которых был Кшиштовицкий. В то же время Малач очень хорошо знал, что герптшцог Ули-Клун мечтал сделать факультет своей вотчиной и, чтобы добиться этого, прилагал немало усилий. Которые, правда, до сих пор оставались тщетными.