"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)

Отчалив, Алесандро взялся за весла и неторопливо погреб в сторону своего любимого залива, который назывался Премудрый. В последнее время там без особых сложностей можно было поймать подсачеком двух-трех лещей, пораженных ленточным паразитом и потому плавающих по поверхности. Темой его курсовой работы по предмету Магическая ихтиология было исследование современных причин возникновения болезней нехищных рыб.
Плыть до Премудрого было не менее получаса. За четыре с лишним года обучения на факультете Алесандро досконально изучил рельеф озера. Он знал, что вскоре лодка пройдет над длинной песчаной косой, плавно уходящей от берега перпендикулярно в озеро, что коса эта постепенно переходит в каменистую гряду, а та, в свою очередь, обрывается в одну из самых знаменитых, сложнорельефных и больших в диаметре ям Зуро, которая носила название Чернокаменной ямы. В ней обитали наиболее крупные экземпляры щук, мохнорылых судаков, домотаскателей, камнеедов и других видов как обычных, так и магических рыб. Отличительной особенностью обитателей ямы был очень темный, почти черный налет на чешуе.
В любую погоду и почти в любое светлое время суток (ночью любая ловля на факультетских водоемах расценивалась как браконьерская) над этой ямой можно было увидеть хотя бы одну лодку с рыболовом. Вот и сейчас, несмотря на то, что рассвело совсем недавно, Алесандро различил в районе ямы маячившую сквозь туман фигурку спиннингиста. Что это спиннингист, было понятно по заметным даже с приличного расстояния ярко-желтым искоркам, которые нет-нет да отлетали от вершинки удилища. Только магические спиннинги обладали таким эффектом.
Алесандро, приблизительно догадывавшийся, кто кроме него мог выбраться в такую рань на воду, повернул лодку и направил ее на сближение со спиннингистом. Предположения оказались верны – просыпающиеся воды озера хлестал магическим спиннингом третьекурсник из клана ветмагов Мак-Дин.
Что с них, с третьекурсников, возьмешь! – усмехнулся про себя Алесандро. – Как только освоят маго-ловлю, сразу стремятся самую крупную рыбу поймать. Эх, молодо-зелено! Разве в крупных рыбах счастье?
Остановив лодку неподалеку от лодки Мак-Дина, Алесандро задал провокационный в данной ситуации вопрос:
– Давно ловишь?
– Согласно факультетским правилам – как только ночная темень сложила свои полномочия, – не поддался на провокацию тот.
– Ну, и как, докторишка, зацепил крупняка?
– Пока еще нет. – Мак-Дин мельком глянул на Алесандро. – Но две поклевочки были. Стопроцентные!
– Завираешь, как всегда, – усмехнулся бака лавр. – Любите вы в своем клане докторишек пыль в глаза пускать.
Алесандро был прав – клан ветмагов славился своим, мягко говоря, фантазерством. Мак-Дин тоже любил пустить пыль в глаза. Но студентом он считался далеко не из последних, обладал завидной тягой к знаниям во всех областях, упорством (чем очень импонировал Алесандро) и, что самое главное, несомненным магическим талантом в области лечения. Его способности к ветеринарии и медицине были выше всяких похвал.
– Есть, на-ик! – вдруг выкрикнул заклинание подсечки Мак-Дин.
Резко дернув спиннингом, он быстро завращал ручку катушки и почти сразу прекратил суету, – леска спиннинга безвольно провисла.
– Обырвалк, – прокомментировал ситуацию Алесандро Б. Зетто. – Так и должно было произойти. Вместо того чтобы фантазии в своей голове выстраивать, надо было хотя бы среднее «Нерушимое заклинание подсечки» накладывать, моментально переходящее в заклинание «Успешного вываживания».
– Да знаю, знаю, – проворчал Мак-Дин, – проворонил я камнеедика знатного…
– Смотри, на очередном экзамене так не проворонь, – сказал Алесандро.
Развернув лодку, он приналег на весла, глядя, как Мак-Дин торопливо привязывает к леске новую приманку. Фигура спиннингиста сгорбилась и сейчас напоминала ворона, клюющего добычу. Вскоре этот ворон скрылся в тумане, сквозь который изредка мелькали желтые искорки.
Туман заметно сгустился, окончательно скрыв очертания берега, и Алесандро был вынужден прибегнуть к заклинанию «Безупречного ориентирования на воде». Но, хотя теперь он был на сто процентов уверен, что не собьется с курса, плыть, когда вокруг ничего не видно, не хотелось. Да и необходимых ему лещей на поверхности воды в такой ситуации обнаружить можно было лишь у самого борта лодки.
 
Алесандро перестал грести и, чтобы не терять времени, решил перекусить. Нехитрый завтрак составили булочка с курагой и бутылка молока. Головная боль начала отступать. Убирая пустую бутылку обратно в рюкзак, бакалавр, как всегда, наткнулся на плоскую коробочку ЛМЭ – Лакмо-Маго-Элементов. И привычно вспомнил, как почти пять лет назад эту коробочку и еще два десятка подобных ЛМЭ ему и всем другим студентам, только что зачисленным на первый курс факультета рыболовной магии, вручал вместе со студенческой грамотой лично декан Эразм Кшиштовицкий. А на самом первом уроке декан, опять же самолично, показал, как пользоваться находящимися в коробочках лакмусовыми ленточками и для чего это нужно. Как потом выяснилось, тот первый урок был еще одним экзаменом. Экзаменом после экзаменов. И тот студент, который сразу же после объяснений Эразма Кшиштовицкого не смог бы ответить, для чего предназначается ЛМЭ, как им правильно пользоваться и как себя вести в соответствии с показаниями лакмусовых ленточек, моментально отчислялся с факультета.
В тот памятный для Алесандро день таким невнимательным студентом, не удосужившимся запомнить слова декана и из-за этого проучившимся на факультете всего один урок, оказался Мак-Дин…
Поднявшийся легкий ветерок постепенно разрывал туман в крупные клочья, те, в свою очередь, распадались на более мелкие, быстро таявшие, а с ними у Алесандро рассеивалась и головная боль. Он вновь взялся за весла и направил лодку вдоль изломанного берега, прямиком в Премудрый. Достигнув поворота в залив, развернул лодку и теперь плыл кормой вперед, внимательно осматривая поверхность воды, надеясь заметить горбики больных лещей.
Он продвигался дальше и дальше, но, как ни странно, не видел ни одной рыбины, да и вообще все вокруг было каким-то не таким. Алесандро не слышал всплесков, у поверхности воды не копошилась рыбья мелочь…
Не иначе как крупная щука, а то и несколько зубастых в залив на охоту вышли, – подумал он. – А может… здесь без магии не обошлось, а может, кто-нибудь эксперименты незаконные ставил?!
Подозрения бакалавра усилились, когда на поверхности воды обнаружились крупицы бледно-желтой пыльцы. Чем дальше в залив продвигалась лодка, тем желтее становилась вода. Стали попадаться и вовсе ярко-оранжевые пятна. Все они были примерно одинаковых размеров, круглые, с чуть размытыми краями. После каждого взмаха весел в воде образовывалось облачко отвратительной мутной взвеси.
Что же это такое? – хмурился Алесандро Б. Зетто. – У кого же это ума хватило превратить чистейшее озеро в загаженный пруд?!
Он оставил весла, перегнулся через борт, закрыл глаза и сосредоточился, применяя заклинание «Локального осмотра дна». И сразу же отогнал его прочь. То, что он сумел различить магическим зрением, потрясло: весь осматриваемый им участок дна был усыпан скелетами подводных обитателей!
Слегка дрожащими руками Алесандро развязал тесемки рюкзака и достал коробочку Лакмо-Маго-Элементов. Примерно половина из лежащих там приборчиков представляли собой прозрачные полые поплавки, в которых наподобие серпантина были свернуты длинные голубоватые лоскутки, покрытые бесцветными магическими рунами. Конец каждого лоскутка был выведен наружу, и к нему крепился грузик, быстро растворяющийся в воде. Сам же поплавок, наоборот, был сверхпрочный, не поддающийся химическим и магическим воздействиям. Произнеся подобающе слова заклинания, бакалавр бросил приборчик за борт. Лоскуток моментально раскрутился, поплавок наполовину Притопился, но не прошло и тридцати секунд, как освобожденный от исчезнувшего грузика лакмус свернулся обратно в поплавке. За это время Алесандро успел надеть перчатки и теперь, не мешкая, схватил поплавок, стряхнул с него воду, насухо протер салфеткой и убрал в еще один герметично закрывающийся поплавок, а тот – в коробочку ЛМЭ. Уже закрывая коробочку, он успел заметить, что цвет лакмуса, надежно спрятанного в поплавке, из голубоватого начал превращаться в розовый.