"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)

Внутренней площади столь лелеемой им крепости просто не было! Этого пространства, защищенного высокими скалами и толстенной стены больше не существовало! Перед ним расстилалось широкое, бесконечное снежное поле, в которое с боков чуть вгрызалась остатки двух каменных пиков — скал. Это были самые настоящие обгрызки высотой чуть более десятка — полтора метров с косо обрубленными вершинами. От сторожевой стены с башнями, которой он так гордился, вообще остались лишь верхушки, едва присыпанные снегом. Землетрясение, а потом и мощная лавина с гор, превратили толстенную стену в едва выглядывавшую из под снега кучу камней.
— Это я так что-ли? — он вновь вспомнил эту случайно упавшую гранату, про взрыв. — Из-за этого чертового взрыва лавина? — растерянно бормотал он, повернувшись к Тимболу и маячившей за его спиной Амине. — Из — за меня?
Мысль о том, что это именно взрыв его гранаты, спровоцировал лавину, прочно засела в его голове. Ему начало казаться, что именно так все и было.
— Вот это я дал гвоздя…, — продолжал бормотать он. — Это получается я одной гранатой накрыл чуть ли не всех, кто пришел по наши души?!
Он уже в восхищении повторял это вновь и вновь, не замечая какими глазами на него смотрели и Тимбол и его дочь. Для них эти его вырвавшиеся слова были самым настоящим признанием его силы — его, действительно, божественной силы!
— Стоп! Стоп! — вдруг остановился он и, повернувшись к Тимболу, схватил его за плащ. — А люди? — сплюнул он, оговорившись. — Черт, гномы? — до него только сейчас дошло, что лавина должна была накрыть всех, без разбору: и правых и виноватых. — Потери какие, потери?
Тот после непродолжительного молчания ответил.
— Мы потеряли почти три руки наших братьев… Дружину подгорных богов пополнили славные воины, — с горечью проговорил гном. — Больше всего их легло на стенах, при последнем штурме. Они все там. Мы даже откопать их не можем, — Тимбол медленно пошел вперед, к выглядывавшим из снега остатками стены, увлекая за собой главу клана. — А что ни могли сделать? Горные мастера, подмастерье, сборщики грибов… Я так и не смог сделать из них настоящих воинов, — при этих словах плечи его опустились, а спина неуловимо сгорбилась словно под давящей тяжестью. — Я узнал гномов, что принимали участие в штурме. Большая часть их была из клана Сломанной Секиры…, — не чувствуя понимающей реакции Колина, Тимбол со злобой пояснил. — Это клан воинов! Не мастеров, не кухарей, не добытчиков руды, а мастеров! Там на гнома уже с младых ногтей напяливают железный нагрудник и вручают боевой молот.
«Значит, около тридцати, а скорее всего ближе к сорока…, — размышлял Тимур. — Это ближе к половине всех наших сил, если не считать неопытный молодняк, а только зрелых гномов и людей… Хреново. Теперь еще стены не стало, да и часть скал, что своей высотой тоже защищали долину, почти не стало…, — он взглядом прошелся по огрызкам скал, казавшимся разбитой челюстью какого-то мифического чудовища. — Короче, мы стоим со спущенными штанами! Бл-ть! А если взять еще женщин и дет… Вот же черт! Про них-то совсем забыл!».
— Где женщины и дети? — предчувствуя самое страшное, выпалил Колин. — Что с ними?
Перебитый Тимбол, резко остановился.
— Слава Богам, с ними все в порядке. Они укрылись в дальних штольнях. Едва закончился первый штурм, уже было все ясно — шансов выстоять почти не было. И я направил их всех в город… Владыка, — тут он опустился на колено, в снег, и склонил голову. — Пусть сейчас не время и не место, но я должен сказать…, — он поднял голову и посмотрел на Колина; в его пристальном взгляде было все — и дикая надежда на что-то, и благодарность, и даже немного страха. — Я долго… слишком долго живу на этом свете, и уже давно не верю в древние легенды и сказания стариков. И всегда думал, что все это выдумки выживших из ума стариков… Но я, старый дурак, глубоко ошибался! — без всякого сомнения (Тимур мог бы поклясться чем угодно) Тимбол верил в то, о чем говорил. — Мой владыка, ты спас клан, мою дочь, меня. Своими собственными глазами я видел, насколько ты могущественен! Ты поднимал в воздух целые скалы и словно боевым молотом бил ими по врагам. По твоей воле стонала земля, покрываясь трещинами.
 
До окаменевшего от неожиданности Тимура не сразу дошло, о чем это тут с таким жаром распалялся отец Амины. Он, конечно, не был слепым и видел, какими глазами на него время от времени на него смотрели в клане. Да и что греха таить, иногда приходилось специально играть на публику, заставляя фокусами поверить в невозможное! Например, его трюк с опусканием ладони в расплавленный металл, запуск горящих «китайских» фонариков или выдача наркотической травки за средство от страха и.д. Однако, сейчас все было совершенно иначе! Это был другой «уровень игры», ставки в которой резко изменились! Здесь уже не было детской возни в песочнице! Отношение Тимбола, его слова говорили о совершенно ином уровне ответственности перед собой, перед кланом и, собственно, всем миром…
— Я был слеп, Владыка, — расширившимися от удивления глазами, Тимур следил, как на колени встала и Амина, только что услышавшая слова своего отца. — Как сопливый младенец, не видел, что ты… вновь пришел в наш мир, Владыка.
«Похоже, у старика качественно крыша поехала, — слегка растерялся Тимур от откровений Тимбола. — И чем дальше, тем сильнее и сильнее… Черт, надо срочно разузнать про этого Ледяного мэна как можно больше! И до взрыва ведь гномы на стене что-то кричали про Ледяного Владыку… А вдруг это какой-нибудь урод?! Как говориться, не Гэндальф, а Саурон!? Черт! А какая, собственно, разница!? У меня что есть какой-то выбор?». На какое-то время Тимур будто бы выпал из этого времени и места, глубоко погрузившись в свои размышления… «Есть выбор?! Я ведь опять проснулся без штанов! Четверть клана отправили в землю, точнее под снег. Стены больше нет. Заходи, кто хочет и бери что хочешь! А, собственно, и брать-то скоро нечего будет! Если кто-то из мастеров погиб, то хрен мы сможем быстро наладить плавку металла и производство нормального вооружения. Короче, ни мечей и доспехов, ни гранат! Все, здравствую, задница!».
Глубоко задумавшись, Колин отвернулся от стоявших на коленях и медленно побрел в сторону остатков одной из башен. Он брел как сомнамбула, неуклюже, не разбирая дороги и ни на что не реагируя… Увидевшие это, и Тимбол и Амина, решили, что он вновь разговаривает с богами.
«Какой у меня, собственно, остается выбор? Бл-ть! Остается «надеть маску, и стать… этим самым… Ледяным, мать его, Владыкой. Ха-ха, как в том фильме…, — тот он встал как вкопанный, пытаясь не упустить ускользающую мысль. — Фильм, фильм… Как там он назывался? Волшебник, волшебник… Там еще… этот снимался из Человека-Паука. Черт, Гарри Осборн, этот чудик на летающей доске! А фильм назывался, кажется, «Волшебник из страны Оз» или нет. Хотя, там вроде было что-то про великого и ужасного… Да, черт с ним, с названием! Главное сюжет!».
Следующие несколько часов уцелевшие «топоры», пытавшиеся докопаться до своих близких, стали свидетелями очень странного, а отчасти страшного поведения своего главы… Главы клана нарезал ломанные кривые по твердому насту, лавирую между остатки стены и башен. Он что-то бормотал, время от времени выкрикивая незнакомые гномам слова. Иногда с силой пинал куски лежавшего льда и потом долго следил, как тот скользит… И от каждого такого движения или непонятного возгласа гномы и люди вздрагивали и начинали шептать слова молитв. Детей же, решивших, что это такая игра, с силой хватали и долго рассказывали про Ледяного Владыку.
«Он ведь там оказался точно в таком же положении! Точно в таком! — лихорадочно вспоминал Тимур, вышагивая по снегу; в движении ему просто думалось гораздо лучше. — У него, как и у меня, была горстка солдат, отличные мастера-ремесленники и куча, мать его, фокусов. С другой же стороны, можно было получить такое, что и не унесешь!».
Он чувствовал, что, кажется, нащупал хоть какой-то более или менее удачный выход из этого дерьма. И пусть он был целиком выстроен на зыбком фундаменте, но, по крайней мере, одеваемая им личина Ледяного Владыки давал хоть какие-то шансы на выживание.