"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)

Визирь сделал паузу и с выражением великого недоумения на лице уставился на султана. «Кажется, этот боров услышал меня, — в эти секунды проносилось в голове у аль Захари. — Да, да… Дошло до него, наконец-то! О, Боги, если мне все-таки удастся свалить этого старого Лиса Сульдэ… Это будет великий день!».
— … М…м… Все-таки это уже не первое его послание, — прочмокал толстыми губами Махмур, все-таки отказываясь от пирожного. — И тогда и сейчас он просит подкреплений. Ты уверен, что он справиться и так? Помнится недавно он писал, что у Ольстера оказалось слишком много тяжелой конницы, одетые в полные комплекты доспехов из гномьего металла. Из гномьего, черного железа? У моих даже такого нет?! Уж не твои ли это все проспали?
Вздрогнувший было визирь мгновенно взял себя в руки… «Смотри-ка, не растерял хватку, — с неудовольствием про себя отметил аль Захари, тут же натягивая маску явно оскорбленного достоинства. — Не все еще пропил и прожрал… Вспомнил… Кто же ему успел накапать? Явно, из своих кто-то… Кто же эта, скотина? Из придворных или военных?».
— О, Великий, мои люди денно и нощно, не покладая рук, выискивают врагов империи, — искусство притворства, десятилетиями отточенное визирем в придворной борьбе, в эти мгновения проявило себя с самой лучшей стороны; вскинутые руки, чуть ли не ужас на лице, побледневшее лицо и т. д. — И не их вина, что некоторые из твоих слуг чересчур нерешительны в борьбе с врагами Великого Шамора!
Визирь мог чуть ли не часами крутить эту пластинку, убеждая всех присутствующих в своей невиновности, однако… Махмур с гримасой на лице махнул на него рукой.
— Хватит, хватит… Лучше скажи мне, а что там с коротышками? — аль Закари с облегчением выдохнул, едва султан перевел разговор на другую тему. — Почему это мы получаем от них крохи черного железа?
— Скоро все измениться, Великий! — широкая улыбка появилась на лице визиря. — …
И уже к полудню Талак аль Захари вышел из покоев султана с посланием, где командующему Сульдэ предписывалось закончить покорение Ольстера в кратчайшие сроки и имеющимися силами. Визирь нанес своему давнему врагу еще один коварный и предательский удар…
Отступление 17
Королевство Ольстер Широченский лес. Около 14 лиг к югу от столицы. Место сбора остатков тяжелой кавалерии короля Роланда
Солнце медленно, словно нехотя, поднималось над кронами деревьев, падая на промерзшую землю длинными тенями. Тихо. Ни единого звука не раздается в лесу. Прятались звери и птицы…
— Фр-р-р-р… Тр-р…, — вдруг начали звучать инородные звуки, становясь все громче и громче. — Фр-р-р-р-р… Еще немного… Почти на месте…
По стылой земле старой дороги застучали копыта сотен коней, всхрапывающих от усталости. Тяжелые животные, самой природой не предназначенные для длительной скачки, еле держались на ногах.
— Фр-р-р-р… Давай, старина, потерпи еще немного, — бормотал один из рыцарей, наклонившись к гриве своего жеребца. — Еще пару сотен шагов, — тот же, словно понимая хозяина, отвечал ему жалобным ржанием. — Давай, давай.
По правую руку от него точно также плелся другой всадник, юношеская стать и изящные доспехи которого говорили о его молодости. Он уже давно снял глухой конический шлем с высоким плюмажем и с наслаждением подставлял вспотевшую голову под легкий морозный ветер.
— Ваше Высочество, вы зря сняли шлем, — почтительно, с отеческой заботой, обратился к нему рыцарь. — Вы сильно вспотели, а этот ветер очень коварен. Вы даже не заметите, как вас скует лихоманка… Потерпите немного. Вон на той поляне мы разобьем привал и снимем доспехи. Вон видите поднимается дымок. Видно, уже разожгли костры и готовят похлебку.
Действительно, ощутимо потянуло дымком, а вскоре и показалась и сама поляна, на которой стояло с десяток длинных шатров и с хрустом горели костры.
Они не остались незамеченными. На встречу скакали трое всадников, один из которых выделялся непокрытой головой развевающейся седой гривой волос и роскошной шубой.
 
— Дедушка! — с радостью вскрикнул наследник, едва узнал канцлера Крэгвула, дядю короля Роланда. — Как хорошо, что ты уже здесь! Я тоже сражался, дедушка, — несмотря на усталость, взгляд мальчишки светился от гордости; Крэгвул сразу же отметил и темные круг под глазами и опускающиеся плетьми руки мальчишки. — Рядом с отцом!
Взгляд старик мгновенно застыл. Потом он быстро обшарил глазами тех, кто стоял рядом с наследником, но короля не было…
— Где Роланд? — старик привстал на стременах и снова стал вглядываться в заполнявших поляну катафрактов. — Куда делся король?
Телохранители наследника переглянулись друг с другом. Потом двое из них сорвались с места и бросились в гущу всадников.
— Я был рядом с его высочеством, — произнес гвардеец, оставшийся рядом с мальчиком. — А его величество видел лишь во время первой атаки… Он был в таких же доспехах, как и все…
Крэгвул неуловимо качнуло в седле и ему пришлось вцепиться в седло, чтобы не свалиться кулем на землю. В этот момент он даже думать не хотел о том, что будет если король погиб… Старик молча всматривался в бурлящий перед ним поток людей, между которыми с возгласами носились телохранители наследника.
— Никто не видел короля, после выхода за ворота крепости, — подскочил первый рыцарь. — Он был во второй десятке.
— Есть, есть! — вдруг раздался крик и от толпы оторвались два всадника. — Он видел короля!
И вот уже перед просветлевшим лицом Крэгвулом начал свой рассказ один из рыцарей.
— Его Величество, скакал сразу же за моей спиной, — гвардеец из первого десятка, мощный детина, доспехи которого еще больше усиливали это впечатление, поклонился канцлеру. — До главного лагеря шаморцев мы держались вместе. А при штурме ворот, когда по нам ударили самострелы, меня выбило из седла, — он с ухмылкой кивнул на глубокую вмятину на боку своего панциря. — Хвала Богам эти доспехи из черного железа! Если бы это была наши старые железяки то меня бы насадило на вертел, как жареную пичугу из таверны…, — Крэгвул недовольно дернул головой, приказывая пропустить ненужные подробности. — Падая с моего коня, я видел, как его величество смог ворваться в лагерь…
Вот тут уже канцлер тяжело вздохнул. Похоже, все складывается самым наихудшим из всех возможных способов. «Благие Боги, теперь все псу под хвост! — Крэгвул опустил глаза на холку жеребца, словно в волосах его густой гривы могло бы найтись решение. — А так все начиналось… Мы вскрыли заговор, развязали языки предателям и подсунули шаморцам обманку. В крепость всеми правдами и неправдами смогли тайно затащить четыре сотни катафрактов. И нам даже удалось смешать с грязью передовые отряды, что хотели с помощью предателей проникнуть за стены крепости…, — старик медленно поднял голову и невидящим взглядом уставился куда-то вдаль; ощущение полной опустошенности нахлынуло на него подобно внезапно начавшемуся ливню. — А потом началось… В лагере шаморцем мы наткнулись на самострелы. Сколько их там было теперь уже не важно. Главное, что им удалось сбить первый и самый мощный порыв удара кавалерии. Потом уже смогла подтянуться и основная масса легионеров… Не удался и удар по лагерю с внешней стороны теми силами, которые прятались в окрестных лесах. Всадники завязли в укреплениях. Быстро разобрать их не удалось…, — он продолжал молчать, как и окружавшие его гвардейцы; лишь тяжелые мысли в голове ни как не давали ему покоя. — А теперь еще и это! Видно, Ольстер чем-то сильно прогневил Богов, — он вновь тяжело вздохнул. — …».
— Мой мальчик, иди пока к костру. Негоже тебе мерзнуть здесь, — мальчик, конечно понимал, что происходит что-то нехорошее, но желание сбросить тяжелые доспехи и погреться было сильнее него; он слез с коня и убежал к ближайшему костру. — С сегодняшнего дня, — канцлер печатал каждое слово, вкладывая него всю силу и мощь своего глубокого тяжелого голоса; в его поднятой руке сверкнула золотом королевская печать с фигурным гербом Ольстера — древний знак власти в королевстве, наряду с короной. — Рядом с… наследником и будущим королем должно неотлучно находиться двадцать лучших рыцарей, — он буравил взглядом стоявших вокруг него всадников. — До возвращения его величества короля Роланда или до восшествия на престол короля Лекона, опекуном наследника буду я, — золотая печать вновь внушительно сверкнула в лучах солнца.