"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)

– Мистер, извините, но вы мешаете нам отдыхать, – влез Браун.
– Ты, белый воротничок, я не с тобой разговариваю.
Бородач склонился над нами, уперев волосатые кулаки в поверхность столика, рыгнул, и я невольно поморщился от его «выхлопа».
– Чего ему надо? – спросил Радоняк.
– Да познакомиться приспичило, – ответил я на русском и тут же, обернувшись к поддатому-бородатому, перешёл на английский. – Слушай, мужик, мы и правда хотели просто перекусить, так что ступай за свой столик. А бой ты увидишь по телевизору вечером 24 декабря.
То ли мой тон так на него подействовал, то ли мои габариты – даже сидя, моя голова находилась с его головой почти на одном уровне, а может и то, что нас было четверо, но бородач сразу же сдулся.
– Ладно, не буду мешать… Удачи на ринге!
Он снова вернулся к игровому автомату, опуская в прорезь очередной 25-центовик. А минуту спустя к нашему столику подошёл усатый тип лет за сорок и представился управляющим пиццерией.
– Вы действительно тот самый русский, бой которого с Али будут показывать вечером 24 декабря?
– Да, это я и есть, – вздохнул я.
Чего этому-то ещё от меня нужно? Автограф? Совместное фото?
– В таком случае позвольте преподнести вам от нашей пиццерии в подарок две наши фирменные, неаполитано. Надеюсь, вы не откажетесь.
Мы не отказались, и вскоре на наш стол улеглись две коробки с фирменной надписью «Totonno’s». Одну пиццу уничтожили ещё в машине, горячая пошла очень хорошо даже без запивки. А вторую я с общего согласия пообещал вручить Козлову.
Когда прощались с Брауном, я попросил его передать слова благодарности мистеру Левински за сумку с «секретом». Тот понимающе улыбнулся:
– Обязательно передам. Постарайтесь потратить всё здесь, в Нью-Йорке, в СССР вам доллары всё равно не пригодятся.
Это точно, у меня на таможне сразу всё конфискуют, а потом пойдут допросы, откуда столько валюты… Можно, конечно, попытаться её спрятать, в трусы вон зашить, например, но зачем мне и впрямь в ССР доллары? Фарцевать ими? Так что лучше и правда потратить на то, чего в Союзе нельзя купить. Или можно, но втридорога.
Борис Яковлевич не ложился спать, дожидаясь нашего возвращения перед экраном телевизора.
– Зачем вы поехали в какую-то пиццерию? – выговаривал он мне, с аппетитом уминая кусок «неаполитано». – Здесь же можно прямо в номер заказывать любые блюда, всё оплачивает телекомпания.
– Но пиццу тут вряд ли подадут, – сказал я, – а нам всем что-то захотелось её отведать. Тем более это вообще была идея Брауна-младшего. Ну как, нравится?
– Нравится, – буркнул Борис Яковлевич. – Только завязывайте, Евгений, с этими пиццериями. Провокации могут поджидать на каждом углу. Отель-спортзал-отель, таким должен быть ваш маршрут.
А ведь это я ему ещё про того бородатого толстяка не рассказал. И про завтрашний антикварный магазин, куда собрался с сотней баксов в кармане. И куда Радоняк с Бутовым напросились тоже. Я их ещё в машине Брауна предупредил, чтобы не проболтались. Ну да ладно, Бог не выдаст, свинья не съест.
– Хорошо, Борис Яковлевич, пусть будет отель-спортзал-отель. Но пицца, согласитесь, неплохая.
– Неплохая, – согласился Козлов, поглядывая на следующий кусок.
– Нужно доедать, пока тёплая, – сказал я.
– Хм, ну, я тоже так думаю. Но мне одному всё это не осилить, так что помогайте.
Честно говоря, в моём желудке свободного места оставалось не так много, но я сделал над собой усилие, не стал ломаться. Только достал из мини-бара бутылочку «Колы», под которую дело пошло веселее.
– Вы, кстати, Евгений, готовитесь к пресс-конференции? – спросил Борис Яковлевич, активно работая челюстями.
Пресс-конференция с участием боксёров (то есть меня и Али) должна была пройти сразу же после взвешивания накануне боя, вечером 23 декабря.
– Я как пионер, всегда готов. Знать бы ещё, какие вопросы будут задавать…
– То-то и оно, – вздохнул куратор. – Всякого можно ждать. Но если вопрос явно с подвохом – просто не отвечайте. В любом случае я буду сидеть рядом с вами и, если что, толкну ногой. Ну или кашляну. Это будет знак, что от ответа лучше воздержаться. В крайнем случае возьму инициативу на себя.
 
– Хорошо, – пожал я плечами и, подумав секунду, потянулся к ещё одному куску офигительно вкусной пиццы.
  
Глава 33
 
Утром я отправился на пробежку, невзирая на слякоть, моросящий дождик и опасения Козлова, что я могу простудиться. Тот планировал попозже, как погода наладится, прогуляться по окрестностям в поисках подарков для своих родных, друзей и начальства, а также, сказал, может, и себе что-нибудь прикупит. Я ему посоветовал не спешить, а завтра с Брауном съездить по магазинам, где цены вполне приемлемые. Сэм наверняка должен знать такие места. Про то, что сам сегодня с ним поеду в антикварный, так и не сказал. Козлов, подумав, согласился, тем более что неизвестно, что сегодня будет с погодой.
В 5 вечера за мной заехал Браун-младший. Снова Радоняк с Бутовым уже сидели в машине.
– Ну что, в антикварный, как договаривались? – спросил Сэмюель, трогаясь с места.
– Туда… Только, если можно, по пути давайте завернём в аптеку.
Немного понимавший английский Бутов напрягся, спросил на русском:
– Ты что, плохо себя чувствуешь?
– Тьфу-тьфу! Просто надо кое-что купить, скажем так, в подарок одному человеку.
– Да-а, с фармакологией в нашей стране, к сожалению, не всё так весело, как хотелось бы, – глубокомысленно вздохнул Бутов. – Некоторые препараты приходится чуть ли не контрабандой из-за границы ввозить. А что делать, если в Союзе их не выпускают… Я тоже зайду в аптеку, посмотрю кое-что.
Американская аптека – это не то, к чему мы привыкли в СССР. Некоторые из них в Штатах по виду похожи на супермаркет. В одну из таких нам и привёз Сэм. Здесь можно не только что-то «от головы» купить, но ещё и закупиться продуктами на неделю. Даже пиво имелось. А косметика имелась не только по уходу чуть ли не за каждой частью тела, но и декоративная.
Мне же нужны были «утка» и судно. Бутов негромко спросил, когда я ждал заказ:
– Женя, ты с ума сошёл? Зачем ты это покупаешь здесь, за доллары? Да ещё тащить через таможню. В Союзе качество «уток» не хуже. Я бы тебе вообще бесплатно подогнал.
– Да дело-то в том, что подарок мне придётся вручать здесь, в Нью-Йорке, – пояснил я.
– Это кому же, если не секрет? У тебя здесь родственники живут?
– Не поверите, Василий Иванович, для Мухаммеда Али, – хмыкнул я. – Подарок с намёком.
До Бутова, кажется, дошло.
– А ты действительно шутник, – покачал он головой, когда я расплачивался за завёрнутые в целлофан «утку» и судно. – Но 45 долларов за это… Не жалко?
– Для такого дела – не жалко. Может, мне за находчивость по возвращении премию выпишут.
– Как бы люлей не выписали, – пробормотал врач. – А я вот тут препарат один присмотрел, но стоит… К тому же отпускается по рецепту. А моей сестре он бы очень помог.
Последняя фраза меня охолонила. А то я уж собрался лезть в сумку за деньгами, невзирая на конспирацию. С рецептами в Штатах строго, даже антибиотики просто так никто тебе не отпустит.
Покупки удивили Сэма и Радоняка, но, когда я объяснил, для чего это – на русском и тут же на английском языках – оба рассмеялись в голос.
– А было бы вообще здорово упаковать всё это красиво, перевязать алой ленточкой, – сказал Михалыч.
– Почему бы и нет? – согласился я.
Объяснил Сэму задачу, и вскоре мы притормозили у цветочного магазина, обвешанного разноцветными рождественскими гирляндами, где мои покупки красиво упаковали в одну коробку. И по моей просьбе и впрямь перевязали её красной атласной лентой.
Наконец добрались до антикварного. Однако… Несмотря на не слишком большие размеры помещения, здесь можно было найти практически всё, начиная от старых фотографий и газет, и заканчивая кухонной утварью и мебелью. Даже оружие имелось, вплоть до старинных пистолей. Наверняка со сточенными бойками, а сабли и палаши затуплены, подумалось мне. Хотя, учитывая, что продажа огнестрельного оружия в США разрешена, во всяком случае в большинстве штатов, эти образцы огнестрельного оружия могут быть и действующими.