"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)
– Ты, конечно, молодец, – подытожил Хомяков. – Даже я не факт, что справился бы с ними в одиночку. Пришлось бы устраивать перестрелку, а там ещё бабушка надвое сказала, чем бы всё закончилось. Так что тебе светит как минимум благодарность от УВД. А это вот от меня, можно сказать, лично.
Он вытащил из кармана и положил передо мной на стол ПМ, точно такой же, из какого меня хотел завалить «матёрый», ну или припугнуть, что ему одинаково не удалось.
– Приходилось иметь дело?
– Да как сказать…
Перед глазами встал «Макаров», вот так же лежавший передо мной на столе в тот вечер, когда я пустил себе пулю в сердце. В горле моментально пересохло.
– Да ты не пугайся, – понял меня по-своему майор, – это не боевой, охолощённый, уже списанный вследствие износа. Стреляет холостыми, свето-шумовыми патронами. На расстоянии 5 мм от дульного среза установлена заглушка, в результате чего физически невозможно осуществить из пистолета выстрел с твёрдым поражающим элементом. Одна полная обойма в рукоятке, вторая вот, – он вынул из кармана запасную обойму. – Тут ничего сложного, я тебе сейчас покажу, что нужно делать, только стрелять здесь не будем, а то соседи ещё милицию вызовут.
– Виктор Степанович, а зачем он мне?
– Пусть будет, – веско сказал Хомяков. – Убить никого из него не убьёшь, а напугать – напугаешь. Скорее всего… Но это всё равно на самый крайний случай, вроде сегодняшнего. Нечего светить стволом направо и налево. Жене и друзьям тоже не показывай. А вот разрешение на право ношения, подписанное самим начальником управления. Он мою инициативу полностью одобрил, так что с этой бумагой тебя даже в самолёт пустят.
На стол легла бумажка с печатью и подписью Хлесткова. Мне эта ситуация напомнила сцену из «Бриллиантовой руки». Осталось только пистолет сунуть в авоську с продуктами и услышать снисходительное: «Семён Семёныч…». Там, правда, Горбункову ещё и деньги давали, но мне вроде как не предлагают, да и ни к чему – своих на жизнь хватает, а на оперативное задание, как героя Никулина искать какой-то там халат и снимать элитных проституток, меня не отправляют.
Далее Хомяков показал мне, как управляться с пугачом, хотя я ещё не успел забыть то, что мне рассказывал парень, у которого я в той жизни покупал ПМ. Но я всё же притворился дилетантом. Тем более этот стреляет холостыми, тут есть свои нюансы.
– Наверное, нужно где-то расписаться? – спросил я, не спеша прятать пистолет в карман – всё-таки любим мы, мужики, оружие.
– Не нужно, он не подотчётный, я же говорю, его в боевой уже не переделаешь. Нет, при сильном желании, если человек разбирается и под рукой есть токарный станок… Но это тебе же этого не надо?
– Не надо, – покладисто согласился я. – А если потеряю или сопрут?
– А не надо терять. Паспорт же ты не теряешь, вот и оружие не теряй.
– Больно уж неудобно его постоянно в кармане таскать.
– Если в булочную идёшь – можно с собой не брать.
– Получается, поездка в аэропорт уже считается опасной?
– Ты не ёрничай, – нахмурился Хомяков. – Относись к своей безопасности серьёзно, тебе ещё честь страны на Олимпиаде, может быть, придётся защищать.
– Если отберусь, – напомнил я.
– Отберёшься, даже не допускай мысли, что можешь проиграть чемпионат страны. Чай ещё будешь? Напился уже? Тогда давай собираться, мне на работу ещё заскочить нужно – дел невпроворот.
* * *Первый заместитель начальника контрразведки КГБ СССР Константин Михайлович Константинов смотрел на два лежавших на его рабочем столе конверта, и впервые за долгие годы работы не представлял, что делать с полученной информацией. Оба письма сегодня утром доставил с почты его сотрудник. Можно было бы, конечно, эти письма из почтового ящика самому доставать. Но, как говорится, бережёного бог бережет.
Обычные конверты, такие в киосках «Союзпечати» продаются в любом уголке страны. Обычные-то они, конечно, обычные, но, как просветили генерала его же сотрудники, не всё так просто с этими конвертами. С полиграфических комбинатов они разлетаются по всей стране, и в принципе, реально выяснить, в каком населенном пункте страны те или иные конверты реализовывались. Хотя бы просто по накладным. Даже привели пример, показав несколько конвертов, которые поступили в продажу исключительно на территории Первомайского и Куйбышевского районов Москвы. Понятно, что в СССР не один комбинат конверты штампует, но тем и проще будет сузить круг поиска.
Так вот, с первым письмом всё было просто и понятно. Очень важная и своевременная информация. Засуха, которая в следующем году, исходя из текста, приведёт к многочисленным лесным пожарам на территории центральных областей страны. Особенно достанется Марийской АССР, Костромской, Рязанской, Ленинградской и Владимирской областям. А в Подмосковье к лесным пожарам присоединятся ещё полыхающие торфяники в Шатурском и Дмитровском районах. Москва окажется накрыта облаком удушливого смога, потребуется даже эвакуация людей. И очень хорошо, что именно сейчас получены такие данные. Будет время подготовиться и избежать тех жертв, которые описаны в письме. Да и к неурожаю зерновых тоже следует быть готовым, чтобы не тратить без малого почти пятьсот тонн золота из запасов страны на покупку зерна за рубежом. В общем, головной боли у соответствующих министерств прибавится, как и персональной ответственности у ряда высокопоставленных лиц. Лишь бы информация оказалась правдивой, а не высосанной из пальца. Иначе… Иначе могут отправить на заслуженную пенсию, а он ещё чувствовал в себе силы служить Родине.
А вот второе письмо… Генерал в очередной раз пробежался глазами по тексту. Нет, с этим однозначно нужно идти к Андропову. И вместе думать, что делать с такого рода информацией.
В кабинет Председателя КГБ СССР Юрия Владимировича Андропова генерал Константинов попал через сорок минут. Андропов, судя по его виду, чувствовал себя неважно, похоже, давали о себе знать больные почки – для сотрудников ведомства болячка шефа не была каким-то секретом. Однако Юрий Владимирович давно приучил себя работать и в таком состоянии, ему тоже не слишком хотелось уходить на заслуженный отдых.
– Так, Константин Михайлович, информация о засухе и пожарах в будущем году архиважная, – сказал он, глянув на собеседника сквозь стёкла очков. – Будем докладывать на Политбюро. Нужно, чтобы руководители областей были готовы к подобному развитию событий. Да и руководству страны тоже придётся привести себя в боевую готовность… Надо же, такую прорву золота потратить на закупку зерна!
– Мы, Юрий Владимирович, ещё наших метеорологов поспрашиваем на всякий, хм, пожарный случай. Пусть подготовят свой прогноз по погоде в будущем году.
– Это правильно, интересно будет сравнить.
– Юрий Владимирович, у нас в этот раз два письма.
Константинов открыл папку и достал конверт, который передал Андропову.
– О как, целых два! Ну-ка, ну-ка, посмотрим… А чего ты сегодня такой какой то грустный, Константин Михайлович? В семье что-то случилось?
– В семье все в порядке. А грустный я стал, когда письмо прочитал. Вот это.
– Кхм, – нахмурился председатель КГБ СССР. – Даже так?
Он углубился в чтение. Прочитал один раз, посмотрел на Константинова и принялся снова, более вдумчиво, перечитывать. Наконец встал из-за стола и принялся мерять кабинет шагами, отчего посетителю приходилось крутить головой, следя за перемещениями начальника.
– Чего-то затылок с утра ломит, погода, что ли, меняется…
Значит, не почки, подумал Константинов. Ну, от головы много разных таблеток есть, не смертельно.
– Ты понимаешь, Константин Михайлович, что это бомба? – остановившись посреди кабинета, спросил Андропов.
– Не просто бомба, а водородная.
– Ну да, можно и так сказать… А ведь оттуда приходит подобная информация. Ты же ведь в курсе?
– Конечно. Просто факты получаются как бы разрозненные, а тут описывается работа целой системы. Причём хорошо отлаженной системы. И заметьте, Юрий Владимирович, что там написано – «следы ведут к высшему руководству страны».