"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ)

– Евгений Платонович, я понимаю ход ваших мыслей, но «Динамо» – серьезная организация и, если один из её членов сочиняет песни для ресторанов – это может вызвать вопросы не только у меня. Зачем нам с вами лишние проблемы?
Понятно, классический служака, шаг влево, шаг вправо – расстрел. Придётся идти ва-банк.
– В таком случае, Виктор Степанович, я вправе выдвинуть встречное условие… Либо я продолжаю жить так, как жил до этого, либо наше сотрудничество заканчивается, не успев начаться. И чёрт с ним, с боксом, буду заниматься наукой.
И положил на стол членский билет и зачётную книжку спортсмена. Воздух словно моментально наэлектризовался, взгляд Хомякова стал таким ледяным, что я невольно поёжился. Но смотрел ему в глаза прямо и открыто. Но спустя несколько секунд взгляд чекиста принял как бы удивлённое выражение.
– Наукой? А что вы под этим имеете в виду?
– Какой смысл об этом говорить, если даже в таких простых вопросах мы не можем найти взаимопонимания…
– И всё же?
– Хочу всерьёз заняться компьютерами. У меня есть идеи, как продвинуть нашу отечественную электронику и информатику на очень высокий уровень. Лишь бы только палки в колёса не вставляли.
Снова пауза, на этот раз не столь тяжёлая.
– Что ж, вы показали себя человеком, твёрдо стоящим на собственных позициях. Это тоже неплохо в свете наших с вами будущих отношений, такие люди нам нужны. Но всё же – теперь уже чисто от меня пожелание – не увлекайтесь слишком ресторанным репертуаром. Хотя песни – и снова это моё мнение – достаточно хорошие. А документы возьмите, вы же теперь динамовец.
Не прошло и трёх дней, как я стал членом Союза композиторов РСФСР. Меня просто пригласили в региональное отделение и выдали удостоверение за номером 438. Правда, предварительно попросили прихватить фото на документы без уголка, тут же вклеили и поставили печать. Тем же вечером я в очередной раз метнулся на переговорный, заказал разговор с Москвой и поблагодарил Силантьева за помощь.
– Было бы о чём речь вести, – показалось, что дирижёр на том конце провода улыбнулся. – Самое главное, что обе ваши песни – «И вновь продолжается бой» и «Аист на крыше» – мы теперь исполним на праздничном концерте, я уже заранее практически решил этот вопрос с организаторами. Концерт пройдёт в субботу, 31 октября, а 7 ноября его покажут в записи.
– А Полина будет петь «Аист на крыше»? – на всякий случай уточнил я.
– Да, конечно, я думал, она вам уже сказала. Или нет?
– В общем-то сказала, но мало ли…
– Не волнуйтесь, если ничего экстраординарного не случится, ваша Полина споёт перед первыми лицами страны. И кстати, вы тоже могли бы поприсутствовать в зале, я могу достать для вас пригласительный.
– Спасибо, Юрий Васильевич, не откажусь!
– Тогда всё, пригласительный с меня.
Нет, ну а что, в самом деле, концерт 31 октября, а в Каунасе всё начнётся только 14 ноября. А уж на пятницу у Борисова можно будет отпроситься, чтобы утренним рейсом махнуть в Москву. Можно было бы, конечно, и в субботу утром метнуться, но не хотелось рисковать. А вдруг туман, дождь, нелётная погода, террористы… Тьфу-тьфу, в СССР официально не было террористов, не будем нагнетать. В любом случае, пошляться с Полиной по столице нашей Родины лишний день, заглянуть в музеи-театры – разве плохо? Правда, неизвестно ещё, как с переночевать получится, в Москве единственным легально возможным способом поселиться в гостинице было командировочное удостоверение и заранее заказанная бронь. А меня кто командирует, кто будет мне бронировать номер? Я, конечно, сказал Борисову, что еду в том числе и наш институт и, соответственно, факультет представлять на праздничном концерте, но еду-то как зритель, а не официальное лицо, по частному приглашению Силантьева. Была мысль напроситься в гости к Роману Михайловичу, но решил всё же лишний раз человека не стеснять. Ладно, как-нибудь на месте разберёмся. В крайнем случае можно на вокзале переночевать.
В первых числах октября я наконец-то переступил порог спортзала. Нога меня уже совершенно не беспокоила, хотя поначалу я всё же не рисковал слишком уж её нагружать, и на всякий случай заматывал эластичным бинтом. А ещё неделю спустя работал уже в полную силу. В преддверии чемпионата СССР тренировался ежедневно, и даже включил в свой «рацион» утреннюю пробежку, чем раньше никогда не грешил. Знал, что в Каунасе соберутся лучшие боксёры страны, а не лучшие боксёры-студенты, как это было в Кутаиси. То есть выгрызать медаль – если получится – придётся у матёрых мужиков, в том числе уже понюхавших пороху международных турниров.
 
Казаков даже успел где-то разузнать предварительный список участников в весе свыше 81 кг. Чемпион СССР по боксу в тяжелом весе 1968 и 1969 годов, чемпион Европы Александр Васюшкин, победитель молодёжного Кубка Европы Владимир Чернышёв… Ну и ещё несколько достаточно известных, по мнению моего наставника, боксёров. Так что впахивал я, не жалея ни себя, ни Казакова, ни своих спарринг-партнёров, которых с каждым разом всё труднее было зазвать на ринг против меня.
– Семён Лукич, да этот Покровский – зверь натуральный! У меня вон ещё фингал с прошлого раза не прошёл.
– А с чего бы ему пройти? – возражал Казаков. – Он неделю сходить будет. Давай, не ной, а залезай в ринг. Женька ведь с тобой не в полную силу работает…
– Да как это не в полную?!
– Я сказал – оставить нытьё! Мужик ты или где? Тем более Покровский сегодня будет пассивную защиту отрабатывать, новый фингал тебе не поставит.
28 октября я проводил Полину на рейс «Кольцово – Быково». Для неё-то Силантьев расстарался, пробил номер в гостинице «Ярославская» на три дня и четыре ночи. Понятно, не «Москва» или «Метрополь», что-то второразрядное, но мне бы самому и это за счастье.
Мы ещё раз созвонились с Силантьевым, тот обрадовал известием, что достал пригласительный на одно лицо (я же ведь не собираюсь никого с собой везти?), и ждать он меня будет на служебном входе. Отдадут при предъявлении паспорта.
– Пятый ряд, семнадцатое место, – уточнил Юрий Васильевич. – Кстати, ноты учите?
Ноты мне помог выучить Дорнбуш, о чём я и уведомил Силантьева. Сначала была мысль обратиться к Натану Ефремовичу, но выяснилось, что Козырев уехал лечить в санаторий «Нижние Серги» свои суставы, и появится только в конце октября. Так что Александр выкроил на меня несколько вечеров в те дни, когда у меня не было тренировок и я не выгуливал Полину. Оказалось, выучиться азам нотной грамоты не так уж и сложно, так что вскоре я уже смог записать в нотную тетрадь мелодию битловской песни «Girl», и по нотам же потом сыграть на гитаре.
Билет на самолёт я купил заранее, а то мало ли… Вылетал в пятницу, 30-го, через день после Полины. В новом костюме – мне его оперативно сшили на заказ и без очереди в свердловском Доме моделей. Не одной Москве иметь свой Дом моделей! Шерсть с добавлением вискозы – материал я сам выбирал, невзирая на стоимость. Работа тоже обошлась недёшево, шили по итальянским лекалам, в итоге костюмчик обошёлся в 120 рэ. Нехило, но оно того стоило. Ещё в аэропорту, расстегнув купленный сразу после возвращения из Кутаиси бежевого цвета плащ, ловил на себе оценивающие взгляды представительных мужчин и не менее представительных женщин. Ловил и про себя посмеивался. Небось думают, что костюмчик импортный, а на самом деле пошит здесь, в Свердловске.
Обувь купил у спекулянтов. Модные румынские полуботинки из натуральной кожи, такие удобные, будто в кроссовках хожу. Пришлось отдать полтинник, но тоже пока не пожалел, хотя уже успел в них и под дождь попасть.
С собой на всякий случай захватил денег побольше, снял с текущего счёта 300 рублей. Мало ли, Москва – город такой, недешёвый. Да и может по магазинам пробегусь… Так-то я был не большой любитель шопингов, но Москва – дело другое, здесь можно найти то, чего не найдёшь в уральской столице. К тому же обратно мы с Полиной договорились лететь вместе, а так как ей проезд никто не спонсировал, только проживание за счёт принимающей стороны, то я как, хм, её мужчина обязан оплатить ей все транспортные расходы. Поэтому и билет в Москву ей купил, и на обратный рейс на обоих тоже возьму в Москве за свой счёт.