Закон и порядок (СИ)

— Очень хорошо. Вот только такие действия легко счесть преступными. Если каждый судья будет так поступать.
— Я знаю, тут мне нет оправданий, — спокойно сказал Кин. — Но таковы полномочия. Если бы функции судьи были разделе...
— Ладно, — прервал его Тао Джа. — А зачем Чэн Зао привез тебя?
— Он предложит учредить должность провинциального судьи.
Гамму эмоций на лице Тао Джа невозможно было описать. Но больше всего это походило на удивление. Мысли в его голове проносились со скоростью стрел. И наконец он спросил:
— Зачем это ему?
— Если я скажу, что привел весьма веские аргументы, вы мне поверите? — с улыбкой спросил Кин.
— Хорошая шутка. Но думаю, что истинные причины мы поймем на заседании. А как продвигается твое расследование? В отчетах про него ни слова, — произнес он.
"Мы тебя сюда поставили, а ты ничего так и не сделал" — как бы говорил легист.
— О сами злоумышленниках я не узнал ничего. Но, — воздел палец к небу Кин, — в собранной информации о преступном мире есть только два имени чиновников из магистрата города.
— Значит, наши коррупционеры очень умны и даже не пытаются связываться с местной преступностью, — сразу уловил мысль Тао Джа.
Вскоре Кин покинул кабинет. 
  
Совет директоров
 
—... таким образом я предлагаю сформировать новый провинциальный суд в Нячангской провинции!
В зале повисла тишина. Это вам не парламент, где каждое предложение тонет в гомоне уважаемых народных избранников. По крайней мере так это выглядело в ранних воспоминаниях Григория, там еще и мордобоя могло дойти. А вот простые, и не очень, слуги князя вели себя прилично. Тем более что сам правитель тут присутствовал.
Вообще если так посмотреть на систему управления княжеством, несмотря на то что тут демократией и не пахнет. Чем старше становится князь, тем более коллективным принятие решений. С годами становилось все больше влиятельных вельмож, и тех, кто мог что-то советовать князю.
"Парламент — это не место для дискуссий" — сказал один земной политик. А вот княжеский двор вполне себе. И теперь Кин принимал в этом самое живое участие. Когда он был придворным он так же участвовал в таких обсуждениях. Он стоял на коленях, как и сотни других чиновников, задавал вопросы и делал замечания. Но теперь он вышел на центр зала, чтобы на эти вопросы отвечать:
— На каком основании вы судили целый благородный дом? — послышался вопрос.
По залу пронеслись шепотки. Даже князь вырвался из своей полудремы и подался на троне вперед. Кин повернулся в сторону вопрошающего. Он оказался из фракции военных. "Логично, среди них хватает старых аристократов. Они готовы проявлять солидарность" — подумал судья и ответил:
— Таких оснований у меня не было, — он выдержал драматическую паузу, — потому я не судил целый дом, а несколько его членов. Более того, ни старый, ни новый главы дома не подавали апелляций.
"Еще бы они их подали. Дом Гуанджа настолько прогнил, что даже не интересовался новыми сословными законами" — так сказал Чан Джо, после вынесения приговоров.
— И все же мне нравится, что вы самовольно вынесли смертельные приговоры...
— Два, — Кин перебил говорящего, так как они были равны по статусу. Явно кто-то из фракции решил бросить молодого на амбразуру, либо это какая-то инициатива.
— Что?
— Два смертельных приговора в отношении членов дома Гуанджа. На их руках убийства и поджоги. Все показания свидетелей записаны, если хотите могу их предоставить прямо сейчас.
Новых вопросов от этого чиновника не последовало. Но тут всклочились легисты, ближайший помощник Тао Джа встал:
— Мы считаем, что вы наоборот были слишком мягкими! Многие их этих людей не состояли, ни на военной, ни на гражданской службе в течении двух поколений. Скажем так, их даже сложно считать благородными, это скорее полная противоположность.
"А, вот и лево-правый уклон" — подумал Кин и заявил:
— Преступления остальных должны были караться телесными наказаниями. Но на каторжных работах они получат тот же уровень наказания. Среди них не было людей с военным опытом, или практиков, потому вопрос о ссылке на западные границы даже не рассматривался.
 
Со стороны военных послышался смешок. Краем уха Кин услышал: "Нам такого подарка не нужно". Наверняка это кто-то из военных руководителей новых территорий.
Голос, чиновник, что говорит за князя, сказал:
— У вас что-то есть по поводу предложения советник Чэн Зао? Или вы так и будете обсуждать уже вынесенные приговоры?
"Князю явно надоело это заседание" — подумал Кин.
— Да, есть вопрос. Судья Кин Хюэ, вы были в городе и его провинции. По-вашему, полумеры, предложенные Чэн Зао — разумны? Раз в провинции такой разгул преступности, не лучше сразу выделить средства сразу на трех новых судей? — поднялся Тао Джа.
Кин ожидал этого вопроса. Тао Джа не может не поддержать предложение своего соперника. Так почему бы тогда не усилить его, перехватить инициативу, так сказать. Но к этому Кин был готов:
— Я не считаю это полумерами. Нячанг стал частью княжества не так уж и давно. Потому не нужно форсировать события. К тому же, мы провели так много арестов и приговоров, что некому будет совершать там злодеяния в ближайшие пару лет. Не стоит тратить драгоценные ресурсы.
— Вот как? — вскинул бровь легист. — И все провинциальный судья нужен.
— Верно. Провинция большая и богатая. К тому же рядом пограничные горы. Так что пускай ее делами занимается отдельный судья.
— И вы видите себя на этой роли? — спросил Голос.
Многие собравшиеся с интересом посмотрели на Кина. Они знали, что молодой судья пользуется поддержкой княжеского советника. Наверняка они сделали поспешные, но закономерные выводы.
— Только если князь пожелает. Я рад этой инициативе, так как это облегчит мой удел. Земельные тяжбы требуют скрупулезной и долгой работы, — сказал судья и не покривил душой.
— Хорошо. Князь принял решение. Будет создан провинциальный суд. Предоставить кандидатов через день. Собрание окончено! — объявил Голос.
Кин уже заранее знал, кого предложат князю. И если все пройдет как он надеялся. То юный Чан Джо станет городским судьей уже к концу месяца. Благо экзамен он способен вполне сдать. Конечно же кто-то попытается пропихнуть своего ставленника. Но у Ван Мо большой опыт, у него хорошая репутация, к тому же позиция будет считаться новой, потому предложений о переводе его в другую провинцию или город не должно поступить.
По возвращении в покои Кина на кровати ожидал свиток. Он осторожно развернул его, мало ли какой-то умник туда отравлению иглу засунул. Содержание было следующим:
"Жду вечером в том заведении. Ш." 
Автор письма был очевиден. Это был врач-евнух по имени Хун. То есть давняя подруга по имени Шио. Лекарша, а по документам оскопленный юноша, следящий за здоровьем девушек в женском дворце. А вот название "того места" судья вспомнил не сразу. Название связано с золотом. Правда каждое второе название с ним связано. И что-то про птиц. "Золотой журавль"? В итоге Кин вспомнил тот ресторан "Золотой Гусь" возле рынка.
На встречу со старой подругой, он решил приодеться. К тому же ему не мешало обновить гардероб. Часть его уже просто истрепалась. А часть сгорела во время покушения. Так что молодой чиновник испытывал недостаток в приличной одежде. Потому он немедленно выдвинулся в сторону квартала портных. Есть там один знакомый мастер. Именно он сделал халат для дня поступления Кина на дворцовую должность.
Бамбуковые колокольчики предупредили хозяина мастерской о прибытии нового клиента.
— Господин Кин, какой приятный сюрприз, — вещал румяный мужчина средних лет.
— Вы меня помните? — удивился Кин.
— Полезно помнить все, кто молодым проходит сквозь ворота княжеского дворца, — пригладил он усы. — Чего изволите? Неужели костюм для нового назначения?