Закон и порядок (СИ)

Вопреки ожиданиям Кина невольничий загон не выглядел как дыра. Тут было довольно чисто и не было привычного набора запахов города. Красота, если бы не клетки с людьми. Но и они не имели вид узников какого-нибудь лагеря. Между клетками сновали другие рабы и раздавали лепешки и воду. Морить свой товар голодом — дурацкая затея.
Луань поджидал Кина неподалеку большого загона. Он был накрыт сверху крышей от дождя, между ней и стенами был зазор через, который можно было следить за рабами. Работорговец отвесил легкий поклон:
— Вот они, в этом загоне двадцать женщин, в соседнем пятнадцать мужчин.
Кин заглянул внутрь, тут действительно были женщины. Все из племени, однозначно. Вид у всех был загнанный, да и запах потных тел сшибал с ног. Им пришлось пройти немалый путь. Но тут явно неполное племя, их было больше. Может кто-то не вынес пути. Или их разделили как трофеи, чтобы продать самостоятельно.
— И кто продавец? — спросил Кин.
— Какой-то офицер. Пришел недавно в город. Арендовал у меня загон. Даже готов продать парочку рабов. Вы только скажите какие нужны, и я выкуплю их для вас. Цена будет отличной, — упер он руки в бока.
— То есть он продает не всю партию? — удивился Кин.
— Как в свое время, кое-кто правильно заметил, — купец сделал кивок в сторону судьи, — у нас тут нет невольничьего рынка. Потому я думаю, что он планирует гнать их дальше на восток, во внутренние княжества. Там эта экзотика будет еще дороже. Хотя, пустят ли солдата через границу? 
— В таком состоянии они не перейдут горы. Хотя, может он хочет небольшой продажей сберечь большую часть товара, — предположил Кин, от названия людей товаром у него даже не екнуло.
Луань лишь пожал плечами и закатил глаза.
— Мне нужно будет с ним поговорить. 
— Я не могу препятствовать. Но я чую что тут что-то не так, друг мой, — с нажимом произнес работорговец.
— Есть основания полагать, что товар получен незаконно. Хочу убедится в этом. 
Луань нахмурился, затем пригладил свою бороду и сказал:
— Его документы показались мне верными. Но если судья хочет, то пускай. Офицер остановился в "Золотых Вратах", его зовут Пань.
"Врата" находились неподалеку, так что прогулка заняла десяток минут. Этот постоялый двор знавал и лучшие времена. Это было хорошо видно по облупленной краске на фасаде. Кин энергично поднялся по скрипучей лестнице и вошел внутрь. Он тут же заприметил человека в военной форме с кинжалом на поясе. Солдат трапезничал, судья бесцеремонно подсел к нему:
— Позови пожалуйста Паня.
— А ты кто такой, чтобы командира к тебе звать? — невозмутимо поинтересовался солдат.
— Судья.
Дальнейших объяснений не потребовалось. Солдат пулей взлетел куда-то на второй этаж. Пока офицер спускался к нему, Кин успел сделать заказ. 
Пань производил впечатление опасного человека. Шрамы, в том числе и на лице, большие руки и высокий рост могли напугать многих. Заметно было, что Пань чувствует себя в своем праве, потому судья не удивился, услышав:
— Ты правда судья?
Никаких поклонов и трепета, сразу к делу.
— Да, — он показал медальон. 
— И чем я могу помочь?
— Твои рабы, хочу увидеть документы на них. 
— Зачем? — втянул он носом воздух.
— Такая большая партия редкость, так что хочу проверить. А если не перестанешь сверлить меня своими глазенками, я перестану быть таким вежливым, — Кин принял из рук подавальщицы миску лапши. 
— Хо, принеси купчие.
Пока солдат ходил за свитками, офицер сел напротив Наследника.
— Вот, — солдат принес кожаный сверток.
Кин внимательно изучил написанное. Формально все было верно. Но это было и не важно. Он поднял глаза на Паня:
— Поговорим в другом месте?
— Нет, у меня от своих секретов нет, — отрезал тот.
— Мне думается, что вы, ребята, попали. 
Солдаты сжали кулаки и слегка подвинулись в сторону судьи.
— Но я могу вам помочь. Вы ведь бежать на восток хотите?
Глаза у Паня округлились, а солдаты принялись переглядываться.
— Вы бы хоть форму перед приходом в город сменили. Я понимаю, что она помогала вам добывать пропитание для ваших рабов. Но все же.
 
Пань сохранял молчание.
— Так что, расскажете мне, что случилось в Ялунских горах? Куда делось остальное племя? Не утаивай, даже мертвый я осложню вам жизнь.
Выяснилось, что Пань и его братья по оружию были в составе отряда некоего аристократа. Кин про него раньше не слышал, но вот про его семью знал. Влиятельный столичный род, чиновники, офицеры, землевладельцы, практики — это все про них. 
Этот человек и приказал напасть на племя Джиа. Обычный разбой от цивилизованных людей. Если бы не одно большое НО. Аристократ взял в качестве своей доли не женщин и сильных мужчин. А детей мужского пола. На этой части рассказа Кин сжал кулаки. Но то, что он услышал дальше, его заинтриговало:
— И вот что сказал этот безумец: "Они станут новой армией. Дети дикарей вырастут и станут прочнее стали". 
— Так и сказал? — вскинул бровь Кин.
— Да. Тогда-то мы с братьями и поняли, что больше нам там делать нечего. К черту этих безголовых. Их бредней и войны. Я собрал тех, кто поумнее, и под предлогом продажи трофеев и пополнения припасов увел свой отряд. Потом мы разделились и двинулись к разным границам. 
— Здорово он вас напугал, — сказал судья без всякой издевки.
— Если бы ты видел его глаза, ты бы бежал к самом Лазурному Морю! — ударил по столу Пань. 
— Я тебя понял. Ладно, давай так, за двух хорошеньких рабынь я сделаю вам бумаги, которые не вызовут вопросов на пограничных постах. Да и одежды на твоих ребят выдам, чтобы вы не выделялись. Сколько их у тебя?
— Двадцать пять.
— Так что, по рукам? Всего две рабыни, и вы в Ляоне.
"Сегодня мне предстоит сделать немало "звонков"" — подумал Кин, покидая это убогое заведение.
  
Афера Кина Хюэ
 
— Постой, ты хочешь, чтобы мы напали на отряд дезертиров, а их рабов забрали к себе в качестве охотников и проводников? — еще раз спросил Ли Джан.
— Да, — кивнул Кин и отхлебнул из чашки.
— А ты точно судья?
— Братец, что ты заладил? Как говорит папаша: "А минусы будут?". Это решение наших проблем, — заявил Чжу. — За три дня я смогу собрать десять человек.
— Отправить Смотрящих на помощь я не смогу. Но их можно использовать, чтобы перекрыть дорогу. Так никто лишний не вмешается в бой, — сообщил Кин.
— Ладно, у меня есть примерный план. Задержи их на четыре дня, пока я соберу людей, — согласился Ли Джан.
— Хорошо, благодарю, — поклонился Кин и покинул благородный дом.
На рикше он добрался до дома. Пора было рассказать новость Джиа. "Странно, не ощущаю присутствия Ци" — удивился Кин перейдя порог дома.
Девушка обнаружилась на кухне. Она что-то готовила, запах был прекрасный. Джиа обернулась:
— Эй, не подкрадывайся, — усмехнулась она и уперла руки в боки.
— Что готовишь? — улыбнулся Кин.
— Фарюки в карамели, видела, как их на рынке варят. Попробуй.
Странное сочетание сладости и остроты очень понравилось судье. Он потянулся за еще одним, но Джиа отодвинула от него тарелку:
— Но, но, но и мой народ еще называют диким! Сейчас сядем по-человечески и поедим.
— Кстати про твой народ. Есть новости.
Джиа была готова броситься в бой немедленно, так что Кину пришлось остудить ее пыл:
— Постой, я пока только нашел их. Спасать их будем через пару дней.
— Они в городе? У этого Луаня? — его имя она произнесла с отвращением.
— Да, — кивнул он, и тут же поспешил оправдать своего человека, — люди, что схватили их сейчас в городе.
— Ты схватишь их?
Кин вздохнул:
— Все куда сложнее.
Он изложил ей свой план. Джиа сначала побагровела, затем побледнела и громко выдохнула. После чего девушка разразилась тирадой, включающей в себя бранные слова на ее языке. В заключении она сказала следующее: