Леон (СИ)

— Леон, нет, нет.. — Эмили вдруг начала пятится к изголовью, отталкивая меня.
— Что случилось, малышка? — Я целовал ее ноги и полз за ней.
— У меня месячные и я не хочу чтобы ты меня там целовал. Некомфортно мне понимаешь…
— Я понял, хорошо, какой день?
— Второй.
— Я буду нежным иди ко мне.
И Эмили тут же прильнула к моим губам.
— Я так скучала Леон. Надо быть потише.
— Постараюсь — я засмеялся- но это будет сложно.
— Самое сложное. — Эмили начала жадно впиваться в мои губы.
Мы целовались как изголодавшиеся подростки, долго, страстно и жадно, до крови. Мне мало Эмили, я хочу раствориться в ней.
И тут я вспоминаю, что я не готов к нашей ночи…
— Эмили, у меня нет презерватива, а он нам теперь нужен.
— Я завтра выпью таблетку, Леон…
Эмили кидается на меня. И я переворачиваю ее на спину, вхожу в нее на всю длину. Эмили стонет я глушу ее стон поцелуем, останавливаюсь даю ей принять мой размер. Она тугая, чертовски тугая, такое разве бывает, я думал после родов все меняется.
— Нне так же резко. — Стонет Эмили и улыбается…
— Прости- я целую ее и начинаю двигать бёдрами, нежно, плавно… - ты такая тугая Эмили. Ты сводишь меня сума.
Я ускоряю темп и чувствую очень близко, я не могу долго продержаться и Эмили начинает чаще дышать и громче стонать, значит тоже близко, стенки начинают сжимать мой член и я ускоряюсь, несколько толчков и я кончаю вместе с Эмили. Очень сильно. Эмили сжала меня с такой силой, что у меня яица свело, выжала меня до последней капли. Я глушил ее стоны глубокими поцелуями, она царапала мои плечи, спину и ягодицы.
Я опустился рядом на кровать выходя из неё, все в крови, сперме и в поту мы лежали на кровати и пялилась в потолок тяжело дыша. Пару минут восстанавливали дыхание и потом повернулась взглянули друг другу в глаза, рассмеялись. Прикрывали друг другу рты, чтобы не быть громкими. Но нам это казалось ещё забавней. Потом начали снова целоваться. И так до утра, до самого рассвета, я любил Эмили много, нежно, резко, часто. Мы доводили друг друга до края. Высасывая и изливая все соки. Под утро мы нашли силы сходить в душ и содрать испачканное кровью и семенем покрывало мы завалились в постель. Голые измотанные и счастливые. Эмили надела лишь трусики. Я поглаживал ее поясницу тёплой ладонью пока она лежала на моей голой груди.
— Ты сделал татуировку?
Вдруг подметила Эмили рассматривая мое голое тело в свете рассвета.
— Да, после лечения, как диагноз сняли. Я сделал первую татуировку эту.
Я показал на татуировку под сердцем знак тот же что и кулон ручной работы у Эмили спутник души Лев и храбрец.
Эмили взяла свой кулон в руку и поднесла к моей тату, взглянула в мои глаза.
— Спутник души… - едва прошептала Эмили.
— А эту… (я показал на плече) я сделал когда начал заниматься дайвингом. Мне просто как-то понравились резинки на бицепсе и я захотел сделать такое тату. Оно как бы напоминание о глубинах.
— Мне нравится.
Эмили водила своими тонкими пальчиками по татуировке на груди и что-то думала…
— О чем думаешь?
— О том как мне было хорошо с тобой.
— А сейчас? Хорошо?
— И сейчас хорошо. Но есть что-то между нами, что не даёт моей совести покоя.
— Двое детей?
— Нет. — Эмили хихикнула. — Другое
— Это пустота, это годы. Эмили я тоже чувствую это. А ещё я чувствую вину. Я должен был поговорить. Но меня на столько ошарашил диагноз, что я уже чувства себя умершим. Я не хотел тебя оставлять вдовой. Или темболее, чтобы ты видела меня в том состоянии в котором я был во время лечения. Я не надеялся, что выживу. Но я молился я очень хотел к тебе.
— Почему ты не приехал сразу после лечения, сразу когда диагноз сняли?
— Ну сначала я приходил в себя. Я занимался здоровьем, восстанавливал физическую силу. У меня не было волос. Я жил на малом каймане и думал, что делать дальше. Потом у меня был страх, что ты нашла другого. Мне было тяжело это признавать, но я сам отпустил тебя знаю, но ничего не мог с этим поделать. Потом я начал через два года искать тебя. Чтобы хоть что-то узнать. Мои источники в Лос Анджелесе сказали, что ты уехали и все… больше ничего. Никто не мог мне ответить на мои вопросы. Я видел тебя каждую ночь во снах и сходил сума. Пытался отпустить, жить, заводил интрижки на одну ночь… даже имена их не знал, не мог кончить, целовать даже не пытался… пару раз облжался и бросил это занятие. Дрочил, как школьник в душе. Так и жил. Не встаёт у меня ни на кого кроме тебя. Эмили, ты засела у меня в душе. Я кажется сейчас понимаю, это я чувствовал, когда ты приезжала на остров. Я как наркоман сума сходил хотел на виллу поехать, потом приезжал в итоге никого не было, но были следы маленьких ножек. Я и подумать не мог на тебя и детей. А сейчас пазл складывается в голове.
 
— Ах ты значит спал с шлюхами пока я тут сума сходила.
— Эмили я говорил, что мы честные помнишь. Я говорю как есть. Это же физиология, я мужчина и конечно мне нужен секс. Были не отрицаю, но чувств не было, я просто пытался попробовать, как ты с Ником. Я принял это, но мне тяжело и лучше не попадаться этому Нику мне на глаза.
— Стивен рассказал?
— Он многое мне рассказал. Я благодарен им за поддержку, но ревную… почему Мэл меня не узнала в клинике? Мы же там виделись?
— Тогда у неё был шок, она увидела Стивена и ее истерика слёзы, затуманили ее глаза. Я тоже сначала удивилась но потом поняла.
— И я видел их в колибри в тот день. Очень понравились они мне, но там я был далеко и в очках и бородатый. Я тогда подумал это внуки Джейсона.
— О в колибри они вообще поглощены атмосферой были даже меня не замечали… им там очень понравилось. Кстати внуки Джейсона, завтра придёт дочь Джейсона и ее дети их четверо, у нас обычно целый день в компании детей, когда мы с детьми приезжаем, они дружат. Познакомишься?
— Конечно, но мне бы хотелось провести с тобой больше времени.
— Ночью я твоя. Но я буду знать о тех шлюхах и мне теперь ревностно на душе…
Эмили надула губки наиграно, и я начал целовать ее.
— Ты забудешь мою откровенность, когда я оттрахаю тебя до изнеможения, чтобы ты поняла как я тосковал.
— Я уже не могу сегодня. Давай поспим. Леон.
Эмили смеялась, а я целовал, дико, жадно… потом отстранился, посмотрел на Эмили, такую с распухшими губами, растрёпанными волосами. Такую мою, родную. Самую нужную.
— Эмили! Ты мне нужна. Я не смогу больше без вас. Выходи за меня замуж?
— А где кольцо и колено?
— Кольцо будет, и колено тоже, скажи сейчас мне ты согласна? Ты согласна взять меня в мужья? Я подхожу вам?
— Определенно есть над чем поработать, но я согласна!
Мы целовались ещё и смеялись. Пока не уснули. В объятиях друг друга. Не знаю сколько мы поспали…
Проснулся я один в кровати. Ярко светило солнце, был уже день. Я оделся и вышел из гостевой спальни. пошёл на запах еды.
Эмили на кухне в своей шелковой пижаме готовит завтрак, разговаривает по громкой связи с каким-то мужиком. Я замер в проходе любуясь моей женщиной. Как же долго я по этому скучал. Подошёл обнял ее сзади. прижимая к себе, и прошёлся по ее идеальными грудям руками спустился к животу. И тут я понял, что я не хочу чтобы Эмили пила таблетку, я хочу детей. Хочу видеть, как она беременная ходит. Быть рядом и помогать, переживать все эти минуты.
  
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
 
Леон
— Доброе утро- пошептал я ей уткнувшись в шею. Целовал ключици крепко обнимал. — замечательно пахнет.
Эмили вздохнула, погладила меня по рукам на ее животе. Дослушала разговор и что-то отвечала, я не слышал… но потом вернулся с небес на землю и стал вникать в из-за разговор… ревность все таки…
— Я поняла Эдди. Скидывай мне все на почту, я ещё раз просмотрю завтра на ужине я в любом случае ничего не буду подписывать, мне нужны наши юристы для проверки. Не переживай. Может мне стоит тебя взять, ммм? Эдд что скажешь? Я ведь могу на деловой ужин прийти с помощником. Ты в курсе всего и сможешь ответить на его вопросы.