Чернобуров: Новая жизнь (СИ)
Чернобуров: Новая жизнь
1
Умирать не страшно. Особенно если уже умирал.
Из моей ладони вырывается вихрь синего пламени. Адские гончие на бегу обращаются в пепел. Огонь ревет, собирая щедрую жатву. Но демонов вокруг еще столько, что я не могу сосчитать.
Мои люди сражаются рядом. Уничтожают врагов мечами и магией, и погибают один за другим.
Я кидаюсь вперед, на ходу испепелив настырного беса. Вырываю копье из тела мертвой твари и бросаю в еще живую. Усиленный маной удар пробивает врага насквозь. Я пропускаю через копье астральное пламя — и пронзенный демон взрывается, унося с собой десятка три товарищей.
Меня не задело. Духовный щит еще держится.
Выпускаю россыпь ледяных стрел. Оборачиваюсь, чтобы взглянуть, как идет отступление. Большая часть войска уже подбирается к порталам. Армия демонов наступает им на пятки, но все-таки люди спасутся. Хотя бы половина из них.
Возвращаюсь к сражению. Они спасутся, да. Ценой многих других жизней.
Моей в том числе.
Призываю всю силу, на какую способен. В груди извергается вулкан маны, и я выпускаю его в виде торнадо из пламени, в глубине которого сверкают черные молнии.
Торнадо сметает сотни и тысячи демонов. Мои боевые маги не отстают — объединив усилия, они бросаются вперед, в открывшуюся брешь. Клинки и заклинания сверкают, обрывая демонские жизни. Не прекращается ни на мгновение танец смерти, и гибель каждого мага оплачивается стократно.
Мой меч сломался еще во время штурма. Я забираю чужой из чьей-то мертвой руки, вырываю топор из кучи изрубленных демонов.
Потратил много сил на пламенный торнадо. Мана осталась только на поддержку щита. Придется какое-то время порубиться вплотную!
Я бросаюсь в самую гущу схватки. Рублю, кромсаю, рву на части, отсекаю лапы, хвосты и головы. Жгучая черная кровь покрывает меня с головы до ног, но демоны продолжают переть, будто число их бесконечно.
Нас остается все меньше. Мы окружены. Стоим впятером, спина к спине, из последних сил отражая натиск орды.
Я бросаю прощальный взгляд на порталы. Вижу, как остатки отступающих проходят через них, и порталы гаснут. Войско демонов-преследователей не спеша, разочарованно останавливается.
Мы свою задачу выполнили. Ковен принца Ри́диона пожертвовал собой, чтобы остальные спаслись…
Меч ломается о рог низкорослого беса. Топор застревает в боку гарпии и та, визжа, улетает прочь, чтобы рухнуть под копыта собратьев. Последний из моих людей падает, разорванный надвое когтями демонов.
Я остаюсь один и выпускаю всю накопленную ярость, чтобы уйти красиво.
Жаль, я не смог увидеть со стороны, как мое тело расцвело титаническим пламенным цветком и уничтожило мириады демонов. Когда цветок исчез, то стало, наверное, очень тихо, только пепел невесомым дождем падал на поле битвы.
Небытие забрало меня лишь на долю мгновения. Я успел очутиться в бесконечных чертогах смерти, и тут же вернулся в тело.
Я лежал в неестественной позе, все вокруг затянул черный дым, что-то горело. Я был ранен, голова кружилась, глаза были заляпаны кровью. Мне показалось, будто я опять на поле битвы, на шестом кругу Иномирья, возле темной цитадели.
Невозможно! Заклинание должно было испепелить меня вместе со всеми демонами, что были поблизости. Я призвал легендарную силу, которая никак не могла оставить меня в живых…
Протерев глаза от крови, я понял, что нахожусь не на поле битвы. Я на дороге, весь изранен и переломан. Но это, пожалуй, меньшая из проблем. Я очнулся в чужом теле и в чужом мире!
Память тела и моя память начали неуместную борьбу за правду о том, кто я. В один миг мне казалось, что я принц Ри́дион по прозвищу Ледяное пламя, наследник королевства Эксве́лерд и магистр Первого звездного ковена. А в следующий миг я считал себя Георгием Чернобуровым, русским дворянином семнадцати лет от роду…
Все осложнялось тем, что я был сильно травмирован. Кровь текла из рассеченного лба, из разодранной руки, из порезанного плеча. Боль пульсировала тут и там, по всему телу. Я огляделся, увидел рядом труп мужчины с вывернутой шеей.
«Отец!» — взорвалось в мозгу.
'Но это не мой отец, не король Эксвелерда…
Да, зато это Петр Чернобуров, отец Георгия, а я теперь в его теле! Значит, он все-таки мой отец?..'
Жар сделался невыносимым, вонючий дым стал пробираться в легкие. Я закашлялся, снова вытер кровь, текущую в глаза.
Мы в автомобиле, вдруг осознал я. Автомобиль, средство передвижения на магической или дизельной тяге. Я внутри него, на заднем сидении, и мы попали в аварию. Отец погиб. Водитель тоже, вместе с пассажиром на переднем сидении.
Я единственный оставался в живых, и надо было выбираться из этого горящего гроба!
Ремень безопасности не отстегивался. Я вдруг вспомнил, что на поясе висит фамильный кортик. Больше украшение и знак принадлежности к роду, чем оружие — но перерезать ремень сгодится.
Готово! Я попытался вытащить ноги, зажатые искореженным металлом, и не смог. Нижние конечности вообще как будто не слушались. Я кое-как выдернул их руками, порвав при этом штаны и ссадив кожу. Выполз через разбитое окно, получив еще несколько порезов. Орудовать приходилось только руками, а ноги тянулись за мной бесполезным грузом.
Оказавшись на снегу снаружи автомобиля, я ощутил исходящую от кузова магию. Но это были не легкие испарения от кристаллов, питающих двигатель. Что-то иное, чуждое, и быстро исчезающее.
Рядом возникли люди. Хрустел под их ботинками пропитанный кровью снег. Они осторожно оттащили меня в сторону от горящей машины, перевернули на спину. Лица казались мне знакомыми, только видел я их мутными, будто через толстое стекло. Но я понял, что в безопасности, и…
Умер.
* * *Объятия смерти нежнее, чем кажется.
В загробном мире нет ничего плохого. Бескрайняя свобода внутри самой бесконечности.
Трудно объяснить это кому-нибудь, кто ни разу не умирал…
Пожалуй, надо рассказать мою историю с самого начала.
Я был рожден как Ридион, наследный принц Эксвелерда, королевства четырех миров. И я умирал уже трижды.
Впервые — в семь лет. Я упал с крепостной стены и разбился. Помню, как сразу после удара о землю погрузился в мягкое ничто. Словно нырнул в глубокие черные воды.
Не знаю, сколько времени я провел в небытие. Очнулся тогда, когда среди пустоты засияла яркая точка. Она становилась все больше и закрыла собой всё. В ярком свете я увидел маму. Она молча подошла, обняла меня и поцеловала в макушку.
Я очнулся в склепе. Меня успели омыть, переодеть и положить в саркофаг. Хорошо хоть, не задвинули крышку. Пахло сырым камнем, изо рта шел пар, и тишина стояла такая, что я мог расслышать шаги пауков.
Возвращение к жизни так поразило меня, что я закричал. В тот же миг распахнулась невидимая в темноте дверь, послышались голоса. В усыпальницу ворвались свет кристальных фонарей и мой король-отец. Он молча подошел, прижал меня к широкой груди и заплакал. От его одежды разило благовониями и дымом.
Тогда я не понял, что значат эти запахи, но чуть позже узнал, что мама принесла себя в жертву, используя древний ритуал своего народа. Это позволило мне воскреснуть, но от матери остались только горстка пепла и шрам на сердце.
Однако дар новой жизни я очень ценил. Несмотря на суету и кучу недостатков, жизнь была гораздо ярче и веселее смерти.
Я начал учиться магии, как мама всегда и хотела. Ее талант к Высочайшему Искусству передался мне, а после воскрешения стал только сильнее. Похоже, что энергия матери соединилась с моей, и я обрел невиданный потенциал.
Меня тренировали лучшие мастера Искусства. Отец поддерживал мои успехи, но не забывал следить, чтоб я учился также политике, риторике, математике и дюжине других наук. Ведь рано или поздно мне предстояло сесть на трон.