Бедная Персефона (СИ)

— У тебя что счетчик стоит?
— Такие вещи я привык запоминать, — я обнял ее.
— Только не говори, что ты еще хочешь?
— Хочу, но смотрю ты уже спеклась!
— Что ты, — она попыталась придать взгляду соблазнительности, но вышло очень смешно, — я тоже не против продолжить.
— Не чувствую в твоем голосе особого энтузиазма…
— Мы отклонились от темы…
— И так всегда!
— Я бы хотела свадьбу весной — в апреле-мае.
— Хорошо, как раз еще поживем — потренируемся…
— Доведем друг друга до белого каления…
— Ален, ты что там план прописываешь, так запиши, что доводить надо до оргазма…
— Не надо мне поддиктовывать — все, что касается секса уже в плане.
— За это тебя и люблю, чуча!
— Еще раз так меня назовешь, черт рогатый, то страшно пожалеешь!
Я специально ее вывожу из себя:
— Чуча Чучундровна Корина! А будешь Чуча Чучундровна Страхова!
— Да я тебя! — и начинает мелко щипать меня за руку, а потом еще больно щипает за зад.
— Ты прям злодейка, не щипайся, а то я жениться перестану.
— А мне обязательно фамилию менять? А то я как-то со своей свыклась.
— Заставить я тебя, Алён, не могу, сделай мне просто такой свадебный подарок!
— Ок, я над этим подумаю.
— Опять будешь неделю просить?
— Ой, нет, просто бессрочно подумаю…
— Началось…
— Заявление завтра пойдем подавать?
— Так завтра же воскресение, в понедельник в обеденный перерыв и подадим, ты только документы не забудь.
Воскресение прошло очень быстро, мы даже не успели опомниться, как уже в понедельник стояли перед дверями кафедры, которые Аленушка и открывала. Мы вошли в комнату только вдвоем, и я улучил момент и поцеловал мою девочку в висок, в эту самую секунду вошел Яков Михалыч:
— Я так и знал! — он широко улыбнулся, — Страхов и Корина, да ваш театр изначально был шит белыми нитками, ну только чтобы на работе ни-ни, и не будем афишировать данный факт для других, конечно, если на свадьбу меня позовете!
— Яков Михалыч, — вступил я, — ну за кого Вы нас принимаете, пригласим обязательно.
— Василич, а у меня для тебя тут письмецо интересное из самого Стокгольма, танцуй.
— Плохой из меня танцор, придется Вам его мне просто отдать.
— Ну держи, жених, и пусть тебе твоя невеста его и переведет с английского.
— Та я вроде и сам понимаю.
— Нет Вань, дай мне, — Алена выхватила письмо и открыла его. И тут ее лицо стало грустным.
— Плохие новости?— подошел ближе.
— Нет, прекрасные, тебя приглашают к участию в медицинском проекте при Стокгольмском университете, одно смущает — проект будет длиться с 15 августа по 15 февраля.
— А сегодня какое число?
— 20 июля!
— Так скоро?
— Они пишут, что все детали выслали тебе на электронную почту: тут еще оригинал приглашения и сопроводительное письмо для посольства, проезд и проживание за их счет, плюс тебе будет выплачиваться заработная плата.
Алена заметно погрустнела.
— Может мне не ехать? Ну его, этот проект.
Завкафедры вмешался:
— Это такой шанс!
Алена заглянула мне в лицо:
— Яков Михалыч прав, нужно ехать, все равно свадьбу мы планировали только на апрель-май.
Я задумался!
  
33.
 
Алена
С момента, как вчиталась в первые строки того злополучного письма, не могла найти себе места. Сама мысль, что мне предстоит скорая разлука с Иваном гулким болезненным эхом отзывалась в моем сердце. И мозг осознавал, что это для него реальный шанс сделать карьеру и может быть уже никогда больше такого шанса не будет, но сердце ныло так… Бррр!
Меня пронзила острая боль. Мне не хотелось выдавать свое истинное состояние, чтобы не расстраивать Страхова, все-таки он должен, обязан принять это приглашение, как бы я не изнывала.
— Вань, нечего и сомневаться, приглашение надо принимать, где ты еще такого опыта наберешься? — твердо сказала я.
— Аленушка, а ты?
— Так, иди уже в свое подземное царство, не при завкафедры же обсуждать личные вопросы, — прошептала.
— А мы заявление подавать не поедем?
— Может пока не будем, все-таки ты уедешь. Вернешься — потом!
 
— Нет, Алён, уже не соскакивай, решили сегодня и пойдем сегодня — жди меня в 12.30 возле выхода или можешь ко мне сама зайти, — подмигнул мне.
— Вот уволь, после последнего раза не очень и хочется! Уж слишком у вас тихо и жутко.
— Не хочется? — Иван, — лукаво улыбнулся и подошел ко мне сзади, делая вид, что ему нужны папки в шкафу передо мной. Нашел еще способ прижаться ко мне привселюдно. Вот же плут! Мое тело заныло от внезапной близости с моим мужчиной и покрылось мурашками. Когда же я успокоюсь?!
— Буду без него полгода и немного остыну, — напомнила сама себе мысленно.
Он наклонился к моему уху и произнес:
— Уже от меня не сбежишь! И не опаздывай!
Бегать от Страхова? Да я бы предпочла прорасти в нем, стать его тенью, спрятаться в его сердце навсегда. Но мне сейчас нужно было принять факт скорого расставания и даже мысли о свадьбе не радовали.
Между тем, за многочисленными поручениями Якова Михалыча, я не заметила, как пролетело время. Пока я расставляла папки, мой мобильник разрывался на столе. Я спрыгнула со стула, и не глядя, ответила:
— Алло!
— Корина, ты видела, который час? — Иван явно сердился, — просил не опаздывать!
— Прости, я через минуту буду, — всполошилась я.
Схватив папку с документами и свою сумку, опрометью бросилась к выходу. Но с разгона врезалась в расслабленного Аполлонова.
— Алёнушка, ты что меня добить решила? — он посмотрел с укором.
— Лёнечка, извини меня, я не нарочно, очень спешу, — ловко его обогнула и вылетела из здания.
— Не спеши, а то успеешь! Осторожней на поворотах, — крикнул мне вслед Леонид.
Иван ждал возле машины, и был явно недоволен:
— Ты часом не передумала? А то я думал, решила меня продинамить!
— Была такая мысль, — бросила я, садясь в машину, — меня сдержала перспектива стать женой нового светила современной медицины.
— Так это будет брак по расчету?
— Чистейший расчет на то, что ты будешь любить меня и заботится обо мне, — потянулась к его губам.
— Какая ты расчётливая! — он быстро меня поцеловал, и мы поехали подавать заявление.
ЗАГС, который мы выбрали, не близко. Старая одноэтажная постройка выгодно выделялась на фоне многоэтажек. Над входом красовалась красноречивая надпись: "Тут все начинается и заканчивается!"
Иван поднял глаза и скорбно произнес:
— Атмосферное местечко! Понимаю, почему я тут никогда не бывал.
— Было бы ооочень странно, если бы ты захаживал сюда регулярно, — ухмыльнулась я.
Мы вошли в здание: видимо, когда-то оно было богато убрано и роскошно, а сейчас тут, как говорится, чистенько, но бедненько. Прошлись по лабиринту из серых коридоров и нашли заветный кабинет. За небольшим столом сидела, нет, не расфуфыренная матрона среднего возраста с высокой прической, а молоденькая маленькая девочка в очках.
— Добрый день, мы хотели бы подать заявление на заключение брака, — с порога заявил Иван.
— Хорошо, проходите, почему ж вы в обед?
— Понимаете, — пыталась оправдаться я, — мы же тоже работаем, точно не знали время приема.
— Ладно, давайте паспорта, какие даты были бы приемлемыми, у нас сейчас все очень плотно. Все хотят жениться.
— Конец апреля-май, — заявила я.
Девушка нахмурилась и начала смотреть в экран компьютера.
И тут Страхов сделал то, чего я и ожидать не могла.
— А подскажите, какая дата самая близкая для росписи? В этом или следующем месяце?
Девушка еще больше сжалась, но быстро ответила:
— Есть возможность 5 августа на 14-00, но это четверг и…
 
— Что и? — спросил Ваня.
— Это «отказное время» и мы обычно резервируем его за парами, если невеста беременна.
— Можно нам минутку, — Иван жестом показал мне, что нужно выйти и поговорить.