Мой враг — эльф (СИ)

— Я не лжец, — вмешался Силвен, вернувшись в столовую. — И я проведу с Линоем беседу относительно сегодняшнего случая. В школе, к сожалению, он обучается по общей программе. А средний и низший класс воспитывают как воинов, — стиснул зубы хозяин дома. — Племянник нашел книгу в лавке. Вот и сделал этот кристалл. Он еще мальчишка и до конца не понимает всего.
— Ты врешь! Все он прекрасно понимает, как и ты! — зло бросила сестра. — Оружие не изготавливают, не планируя его использовать!
— Ты ошибаешься. Нас с братом воспитывали иначе, потому что родители могли выбрать. Ты осуждаешь нашу расу, хотя у вас выбора нет. Все девочки с раннего возраста умеют держать оружие в руках и готовы убивать. Когда все наладится, дети вернутся к достойному и правильному воспитанию.
— Наши девочки с детства учатся защищаться!
— Так, хватит! — прервала я их спор. — Мы так ни к чему не придем. Наши расы враждуют, и этого нам не исправить. Давайте не будем ссориться хотя бы мы. Так не решить создавшуюся проблему.
— Предлагаю вернуться к моему первоначальному плану. Убить эльфа и вырезать его сердце, — воинственно произнесла сестра, достав нож.
— Нэстиа, он один воспитывает четверых детей! Если ты его убьешь, о них некому будет заботиться, — призвала я сестру к состраданию.
— Тем лучше для дрэо. Вырастет на четыре убийцы меньше.
— Ты косвенно лишаешь их жизни! Детей, которые не могут за себя постоять. Какая же ты воительница после этого, если убиваешь беззащитных? — давила на ценности.
Сестра зло сплюнула прямо на пол.
— Нам нужно скорее вытаскивать тебя из этого дома.
— Я только за. Давайте мирно обсудим, что делать дальше, — предложила.
Сестра неохотно снова села на стул.
— Вы точно перечитали книгу? Там нет подсказок?
— Да. Я лично пересмотрела все. Там описано много проклятий, вот только о том, как их снимать, — ни слова.
— Значит остается один выход, — немного поразмыслив, выдала сестра. — Ты или я отправимся к стофки и узнаем, как это снять.
— Так они и расскажут!
— Любой мужик после соития расскажет тебе обо всем, что ты спросишь, — хмыкнула Нэстиа.
У нее уже был сын от стофки. Нарушая традиции, она наведывалась к своему первенцу. Ненадолго, просто увидеть. Для сестры это была больная тема. Прошло три года, а она так и не пошла к племени за еще одним ребенком. Боялась, что снова родится мальчик. Какой бы строгой ни казалась Нэстиа, в душе она добра.
— Не думаю, что Бьянка сможет пойти, — поспешно вмешался эльф.
Мне показалось, или в его голосе мелькнули нотки ревности?
— Очень странно будет, если возле домика, где она со стофки… — он замялся, будто подбирал слова, но, видимо, так ничего более мягкого и не придумав, с раздражением добавил, как есть: — Где она со стофки будет совершать акт любви, буду стоять я, — продолжил Силвен.
— Мы тебя замаскируем.
— Стофки — древнее племя, обладающее магией. Думаешь, они не смогут распознать маскировку? — скептически спросил эльф.
— Не вся маскировка магическая. Можно надеть на тебя лесной костюм.
— Это опасно. Думаю, любой стофки поймет, кто я такой и зачем явился, — буркнул Силвен.
— И будет чудесно. Ответишь перед ними за свое неуважение к святыне! — злорадно усмехнулась сестра.
— Это может усугубить наше и без того тяжелое положение, — вмешалась я. — Стофки знают больше, чем дрэо и эльфы. И они хранители знаний, магии и сокровищ. Давайте думать о другом выходе. Возможно, у тебя в лавке имеются еще книги стофки? — обратилась к остроухому.
— Очень много книг сгорело при пожаре. Среди них были редкие экземпляры, как тот, что я тебе дал. Есть те, что вытащили из огня, но вряд ли там удастся что-то разобрать.
— Нужно попробовать.
— Вы пробуйте, а я — к стофки. Давно собиралась к ним наведаться за дочкой.
Нэстиа поднялась.
Я видела, как внутри нее идет борьба. Это решение далось ей нелегко. Сестра поступала как воительница: смотрела в глаза страху. И все ради моего спасения. Стало грустно за нее и за себя. Сейчас гнев на эльфа из-за сложившейся ситуации прошел, и где-то в глубине души я не хотела так скоро возвращаться домой.
 
Нет, я, конечно, соскучилась по своим девочкам в школе, но желала еще хотя бы денек побыть здесь, рядом с Силвеном. Перед собой я это желание оправдывала возможностью узнать о расе, с которой мы, хотя уже не открыто воюем, но все же еще враждуем, больше.
— Не торопись, давай попробуем поискать в книгах, — предложила сестре, положив руку ей на плечо.
— Они в доме моего брата. Точнее, в тех развалинах, что от дома остались. Он цел внешне, магия не дала сгореть стенам, но полностью разрушен внутри, — сказал эльф.
— Это все время! — гаркнула сестра. — А у нас его не так много. Сложно будет объяснить всем, где Бьянка пропадала столько времени. Да и старшие сестры скоро вернутся из лесов. Они более опытные воительницы, быстро отыщут Бьянку. Тогда будет плохо не только тебе, эльф, и твоим детям, но и самой Бьянке. Римати не отступит от закона дрэо. Выполнит все до мелочей, и Бьянку изгонят. Это в лучшем случае. В худшем — убьют как предательницу. Моя сестра привязывается к тебе. Человеческая кровь дает о себе знать, поэтому вашу связь нужно разорвать, пока все не закончилось плачевно.
Я посмотрела на эльфа. При упоминании сестры о моей привязанности глаза Силвена блеснули. В них словно звезды появились. Его обрадовал этот факт. Или, может, я так хотела думать.
Сестра была права: если узнают, что я спасла остроухого, жила в его доме и, о ужас, целовалась с ним — приравняют это к измене. Я читала в книге по истории, что такие случаи были. Конечно, сейчас между нашими народами существует хотя бы видимость перемирия, но все же меня это не спасет.
— Тогда предлагаю тебе отправиться к стофки, а мы сходим в дом брата, — с безысходностью в голосе сказал эльф. — Вечером, если успеешь обернуться, встретимся за ужином.
Мне показалось, ему не очень хотелось идти туда.
— Как получилось, что ты потерял деньги семьи и умудрился заложить дом? — сестра повернулась к Силвену.
Я тоже хотела знать ответ на этот вопрос. Пожар, конечно, уничтожил все, что имелось в доме, но это был не дом Силвена.
Эльф отвернулся к окну.
— Я заложил жилище, чтобы выкупить Далгена, — произнес он.
— Это как? — не поняла я.
— Все знают, что высшие эльфы не только знатны, но и богаты. Только Смайтин вложил все средства в покупку книг и в развитие детей. Это в его жизни были самые большие ценности. После смерти жены Смайтин несколько лет был один, но потом все же встретил женщину, человечку. Однако она оказалась очень непорядочной. Родила Далгена и каждый раз требовала с брата деньги взамен на их встречи, — грустно вспоминал Силвен. — Женить на себе Смайтина у нее не получилось, он видел, как она ненавидит его детей. И не мог допустить, чтобы она жила с ними под одной крышей. Пять лет им удавалось договариваться. Брат давал ей деньги и забирал Далгена к себе на длительное время. Но год назад она заявила, что собирается продать мальчика в рабство за море, потому что ей нужны деньги. Она ждала еще одного ребенка и собиралась выйти замуж. Сумма была большой, и собрать ее сложно за период, который дала мать Далгена. Мы продали одну из лавок, поэтому много книг хранилось у Смайтина дома, и заложили мое жилье. Так племянник оказался в нашей дружной семье навсегда. Его мать подписала бумаги, что отказывается от него и не претендует на него ни при каких обстоятельствах.
Брат исправно вносил платежи в банк, и все было бы хорошо, но потом случился пожар. И все дети переехали ко мне. Огонь занялся в районе спален, почти все вещи детей сгорели. Деньги пошли на новую одежду, продукты и обучение.
Я не вносил плату по ссуде в последние три месяца. И денег ее погасить нет. У меня работает лавка, в которой не такие ценные экземпляры книг. Древние и редкие издания очень пострадали. За них не выручишь больших денег.