Грешный (СИ)

Наша с Ирсайей легенда каких-либо подозрений у местных не вызывала.
До вечера мы раз пятнадцать обгоняли движущиеся на север обозы и столько же раз нам попадались такие же встречные. С некоторых нас окликали, расспрашивали. От коротких бесед ни я, ни бывшая пленница не отказывались. В большинстве нам сочувствовали, но не удивлялись. Наша история для мольфранских реалий оказалась и вправду типичной. Кое-кто даже предлагал ехать вместе — мол, так безопаснее. Таких мы благодарили, но всё же отказывались — типа, вдвоём и быстрей, и дешевле.
Больше всего я боялся, что мы наткнёмся в пути на караван торговца Гурсана, но — обошлось. Никого из прежних знакомых нам на тракте не встретилось.
За пятеро суток мы преодолели сто двадцать лиг. Нормальная скорость для не отягощённых объёмной поклажей и не использующих восстановительную магию путешественников. В попадающихся на дороге селениях старались особенно не задерживаться. По-быстрому перекусывали в местном трактире, прикупали там что-нибудь из припасов, давали корм лошадям и двигались дальше. Ночевали опять же в палатке, вдали от жилья, подальше от лишних глаз и ушей, под чуткой охраной шныряющего поблизости кототигра…
На шестой день, когда до Ганшанхайна оставалось лиг тридцать, Ирсайя не выдержала.
— Дим, а давай мы сегодня под крышей переночуем, — предложила она перед очередным населённым пунктом. — Сто лет уже нормально не мылась и не спала́.
Возражений у меня не нашлось, сам об этом подумывал.
Деревня, в которой решили остановиться, имела название Велиру́нэ, что в переводе на русский означало «Спокойной ночи». Самое то для нас.
Постоялых дворов здесь имелось целых пять штук, но, что удивительно, свободных мест в них практически не было. Из всех номеров незаселёнными оставались лишь самые дорогие. Я бы даже сказал, сверхдорогие.
«Сто раштов за сутки, — скучным голосом сообщил нам приказчик последней гостиницы. — Будете брать или просто интересуетесь?»
«Берём», — прорычала с досадой Ирсайя и высыпала на стойку десять десятираштовых кругляшей.
Хвала небесам, в эту стоимость входили ужин и завтрак, а также места в конюшне для двух лошадей. Плюс назывались эти апартаменты строго по рангу оплатившей их гостьи — «Королевские».
Хотя, как по мне, при более близком знакомстве на статус действительно королевских они не тянули. Максимум, на купеческие, пусть даже и первой гильдии.
Комната — да, просторная, светлая, на втором этаже. Внутри кровать с балдахином, четыре кресла, камин, диван, обеденный стол, шкаф, комод… Светильники, работающие на артефактах… Жаль, маг-энергию не могу из них выкачать, было бы в тему… Санузел раздельный, со сливом и горячей водой. И ванна… То есть, даже не так. Не ванна, а — ВАННА! Из настоящего мрамора, размерами — как мини-бассейн. Вчетвером можно мыться, и ещё место останется, а уж вдвоём — тем паче…
— Чур, я первая! — тут же сориентировалась Ирсайя, когда я откинул занавес и мы обнаружили это чудо.
— Ладно. Я тогда ужин пока закажу…
Ужин нам принесли спустя полчаса. Не бог весть какой, но, в общем и целом, сойдёт. Всё это время Ирсайя плескалась в ванне, а я её охранял. Ну, в смысле, сидел в мягком кресле, следил за дверью и окнами, хрустел потихоньку орешками (на столе их стояла целая миска), думал о вечном…
— Уфф! Прямо как заново родилась, — довольно сообщила Ирсайя, выходя, наконец, из-за занавеса. — Ух, ты! И ужин уже приехал.
— Присоединяйся, — указал я на соседнее кресло, затем на поднос с едой. — Ну, если ты конечно не против.
— Я только за, — улыбнулась бывшая пленница.
— Ну, вот и отлично. А я тогда тоже пока… ополоснусь.
— Постой, погоди, — остановила меня королева.
— Что такое?
— Хочу тебе показать кое-что.
Мы прошли вместе за занавеску и очутились перед наполненной ванной.
— Смотри, — женщина протянула руку и забрала с полочки две маленькие глиняные пирамидки. — Знаешь, что это?
— Полагаю, какие-то артефакты?
— Всё верно. Они основаны на мольфарском варианте магии времени, бытовой тип, подходят любому, даже немагу. Их здесь было три, один я уже использовала…
  
— И как они действуют?
— Они очищают и нагревают воду до нужного уровня, причём, за секунды. Как горючие камни в Империи, только более мощные.
— И… для чего ты мне это рассказываешь? — поднял я бровь. — Просто чтобы имел в виду, когда стану мыться?
— Не только, — ответила королева. — В этих камешках силы гораздо больше, чем в простых артефактах. Ты можешь попробовать преобразовать её во что-то другое… как ты умеешь… ты же показывал…
Я почесал в затылке. Со здешними светляками у меня этот финт не удался. Иммунность на них реагировала, они предсказуемо гасли, но дармовая энергии не выделялась, в простых бытовых артефактах её было слишком мало.
— Ладно. Попробую. Как он включается? — я взял одну пирамидку и посмотрел на Ирсайю.
— Надо опустить его в воду и резко сжать.
В воду я его опускать не стал. Просто сжал в кулаке и удовлетворённо кивнул: перед глазами возникло знакомое облако.
— Получилось?
— Ага.
— Отлично! Значит, до Ганшанхайна у нас есть возможность дважды использовать магию. И в отличие от моей, твоя подозрений не вызовет.
Я покачал головой:
— Неплохо, но есть предложение лучше.
— Какое?
— Сейчас покажу.
Я сосредоточился. Вспомнил, как это делала Рейна…
— Смотри, — обвёл я рукой, указывая на стены.
— Что это? — спросила Ирсайя, с интересом осматривая появившуюся на них призрачную пелену.
— Сфера отторжения. Похожа на полог тишины, но скрывает не звуки, а магию. Ни изнутри, ни снаружи не видно, что происходит с другой стороны и какую магию там применяют.
— То есть… ты хочешь сказать… что я… — нахмурилась королева…
Я кивнул:
— Да. Именно это собираюсь сказать. Ты теперь можешь магичить здесь, сколько угодно. Снаружи тебя никто не увидит.
— И не услышит?
— И не услышит.
— И не поймёт, чем мы тут занимаемся?
Я засмеялся:
— Я гарантирую.
— Любопытно, — потёрла нос дама. — И где ты этому научился?
— В Пустограде, у Рейны. Она всегда применяла это заклятие, когда не хотела, чтобы нас отвлекали.
Королева посмотрела на меня странным взглядом и снова потёрла нос:
— Ладно. Попробую потихонечку помагичить. Надеюсь, ты всё сделал правильно.
— Даже не сомневайся, — бросил я в сторону уже задёрнувшейся занавески.
Ирсайя ушла проверять мою магическую конструкцию, я мысленно хмыкнул и принялся раздеваться. Давно уже, чёрт побери, ванны горячей не принимал.
А что до оставленного на бортике «помывочного» артефакта…
Ну, да. Виноват. Уронил его, пока в мраморную купель залезал. А потом и ловить ещё начал да сжал ненароком, когда поймал. И вся маг-энергия ушла, куда и положено — в воду.
Последняя, кстати, тут же нагрелась градусов до сорока, а с поверхности пропали все мыльные шапки.
Ну, хоть так…
Погрузиться с головой в горячую воду показалось мне настоящим блаженством. А когда вынырнул, то попросту привалился спиной к гладкому борту и, прикрыв от истомы глаза, замер в классической позе расслабляющегося после визита в лупанарий патриция.
Фиг знает, сколько секунд, минут и часов длилась эта нежданная расслабуха, но очнулся я от тихого шелеста занавески и шороха босых ног.
На вошедшей в помывочную королеве была надета ночная рубашка, один в один, та туни́ка, в какой я увидел её в фургоне Гурсана. Через пару секунд рубашка упала на каменный пол.
Думал ли я, что так будет? Да, пожалуй, что да. Имел ли что-нибудь против? Нет, не имел.
После случившегося на просёлке это было всего лишь вопросом времени. А времени у нас почти не осталось. Всего только день или два до столицы Мольфрана, а что там случится дальше, и будет ли вообще это дальше… никто в этом мире не ведал…
— Уверена, что тебе это нужно?
— Уверена, — прошептала Ирсайя, прижимаясь всем телом ко мне и подставляя губы для поцелуя.