Грешный (СИ)

— Всё в порядке. Закончила, — отозвалась хранительница. — Что там снаружи? Всё плохо?
— Сама посмотри, — уступил я ей место возле бойницы.
— Нам надо спешить, — сообщила Фарьяна, окинув взглядом окрестности. — Линт, останешься здесь, — приказала она излеченному десятнику. — Никого кроме нас сюда не пускать. Остальное по обстановке.
— Да, госпожа, — кивнул тот и, повернувшись ко мне, виновато вздохнул. — Прошу прощения, мастер. Не сообразил. Подумал, вы с ними.
— Пустое, — махнул я рукой…
Вниз мы сбежали быстро, но на выходе задержались. Прежде, чем распахнуть двери башни во внутренний двор, хранительница попросила коротко объяснить ей: где была королева, почему жрицы Совета признали её погибшей и какое я имею ко всему этому отношение.
На объяснения у меня ушло секунд десять:
— Королеву Ирсайю предали. Случилось так, что на празднике она потеряла сознание, и жрица Дамира воспользовалась ситуацией. Она надела на королеву антимагические браслеты и втайне от всех продала её мольфранским купцам под видом обычной рабыни. Я отыскал королеву и выкупил её у торговцев. Артефакт «Око демона» был нужен для выкупа, но, как оказалось, торговец не знал, что он продаёт королеву, поэтому я заплатил за неё всего три кристалла сапбри. Вот, собственно, всё.
— Спасибо, что сделал это, Краум из Ривии, — поблагодарила Фарьяна. — Я не вижу в твоих словах лжи. Прости, что считала тебя негодяем. Ирсайю я знаю без малого тридцать лет, с тех самых пор, когда она стала приёмной дочерью Сирты. И я ничуть не завидую жрице Дамире. За предательство и измену она заплатит сполна…
— Значит, не будем мешкать. Чтобы сбежать не успела, — я зло усмехнулся, вынул из ножен клинок и толкнул дверь. — Прошу, госпожа хранительница…
Выйдя на улицу, мы сразу же угодили в окружение пары десятков одоспешенных и вооружённых бойцов.
— Это наши, — скороговоркой пояснила Фарьяна.
Бойцов возглавляла женщина в сером плаще и пёстрой полулицевой балаклаве. Такие, как помню, носили служительницы Предгорного храма.
Напротив наших, выставив копья, стояли воины в ярко-зелёных плащах и шлемах с плюмажами. «Королевская гвардия», — припомнил я одеяния тех, кто пытался остановить Малыша и меня на трибунах Главной арены.
Перед гвардейцами, вскинув руки в запретном жесте, стояла жрица в оранжевой маске. Вокруг неё колыхалось облако призрачной магозащиты.
— Уйди с дороги, Нарайна! Я должна встретить свою королеву, — громко потребовала вышедшая перед строем Фарьяна.
— Там нет никакой королевы, а есть неизвестно кто, — ответила, будто сплюнув, «оранжевая». — Какая-нибудь самозванка, а то и вовсе лазутчица из Мольфрана.
— Она такая же лазутчица, как и я, — процедила сквозь зубы хранительница. — Такая же, как и этот храбрец из Заморья, что спас нашу королеву от позора и смерти, — кивнула она себе за спину, указывая на меня. — Краум из Ривии, расскажи, что случилось с пресветлой Ирсайей, кто её предал и теперь жаждет занять её место.
Я вышел вперёд и откинул скрывающий лицо капюшон.
— Убийца! — взвизгнула жрица в оранжевом. — Убейте его! Это он убил королеву!
Строй копий качнулся ко мне, но был остановлен резким приказом Фарьяны:
— Не сметь!
Гвардейцы на миг замешкались, и в ту же секунду с пальцев Нарайны под выкрик «Предательница!» сорвалось призрачное копьё. Причём, летело оно отнюдь не в меня — я еле успел оттолкнуть хранительницу и занять её место.
Мощнейшее боевое заклятие проткнуло мою защиту и в тот же миг растеклось перед носом привычным облаком маг-энергии.
— Меня защищает благословение королевы и Камень вечного времени, — сходу придумал я объяснение и отправил заклятье обратно в Нарайну. Правда, опять не смертельное, а, как обещал Ирсайе, ослабленное. «Оранжевой», чтобы на время выйти из строя, его хватило с лихвой — она осела со стоном на землю и потеряла сознание.
— Вы слышали, что он сказал? — возвысила голос хранительница.
Гвардейцы молчали, но взгляды, бросаемые на меня, мне нифига не понравились.
  
— Ребята, если вам что-то во мне не нравится, мы можем выяснить это позже, — я небрежно бросил меч в ножны и сложил на груди руки. — Жрица Нарайна жива и даже не ранена. Она просто спит. Королева Ирсайя категорически запретила мне убивать сестёр и соратниц, в каких бы преступлениях их ни обвиняли. Сейчас же, как я полагаю, вам надо лишь убедиться в том, что женщина, что вот-вот появится перед вами верхом на священном звере, на самом деле, ваша якобы… — подбавил я в голос немного иронии, — погибшая королева, и услышать, что она скажет… Ну, что? Готовы? Или вы предпочтёте драться?
Моя правая рука поднялась, а пальцы нарочито собрались в щепоть, будто готовясь сложиться в какое-нибудь заклятие, конечно же, боевое и весьма разрушительное.
Блеф, разумеется, но он, как ни странно, сработал. Видимо, потому, что других жриц, помощниц «оранжевой», поблизости не оказалось. А без «своих» жриц сомневающиеся гвардейцы резонно решили, что продолжать сомневаться не стоит, а лучше последовать моему совету и напрямую проверить, кто прав, а кто нет.
Внутри городских стен пространство у башни от «праздношатающихся» ларантийцев уже очистили. Снаружи, перед воротами, на мосту и особенно за мостом — пока не очень. Телеги-повозки просто сдвигали к обочине, но люди, стремящиеся в столицу, никуда с дороги не исчезали. В свете случившегося они, наоборот, старались остаться на месте, чтобы увидеть всё до конца. И хотя они пока что не знали, кто эта красавица-чародейка на тхаа (без балахона, тюрбана и маски их королева ни разу до этого на публике не появлялась), но все до единого понимали: «Это жжж неспроста». Недаром ведь при её появлении так активно засуетились жрицы-охранницы и воротная стража.
— Как вы здесь очутились? Почему ушли из Святилища? — спросил я Фарьяну, когда королевские гвардейцы перешли под её команду и вместе с охранниками из Храма двинулись через ворота наводить порядок снаружи.
— После твоего визита в посёлок и тех вестей, что пришли из столицы, я поняла, что должна что-то сделать. Я не верила, что королева погибла, и решила сама во всём разобраться. Интриги зашли чересчур далеко. Из-за своих амбиций жрицы Совета могли разорвать государство на части. Я этого допустить не могла. Конечно, пара десятков бойцов и две жрицы — это лишь капля в море, но даже такая малость, при определённых условиях, может решить судьбу огромного государства. И то, что мы оказались здесь именно в эту минуту… по-моему, это как раз и доказывает, что я была абсолютно права.
— Права или нет, покажет ближайшее время, — наклонил я голову. — Пока королева Ирсайя не вернула себе свой трон, и с государством, и с нами может случиться всё что угодно. Единственное, что радует — обратного пути у нас теперь нет. Как и у королевы…
Порядок возле ворот, на дороге и у моста объединённые общей целью храмовники и гвардейцы восстановили за считанные секунды. За это же время Фарьяна разобралась со жрицами из охраны. На смену начальства они отреагировали спокойно. В иерархии чародеек Ларанты хранительница Святилища стояла на той же ступени, что и члены Совета, так что если какие-нибудь вопросы у них и возникли, то только из серии «какой приказ исполнять» и «куда подевалась Нарайна».
На второй из вопросов Фарьяна ответила: «У нашей сестры магическое истощение. Такое бывает. Ей оказали помощь, прогноз положительный». А по поводу первого сообщила: «Той, кто на тхаа, ни в коем случае не мешать. Магию не использовать».
Жрицы в оливковых масках новый приказ исполняли буквально — по букве, а не по духу. То есть, никому не мешали, магию не применяли, своим бойцам приказали ни в какие заварушки не вмешиваться. Типичная фронда, короче, но нам это было лишь на руку. Не мешают, и ладно. А охрану мы теперь могли обеспечить и сами. И мы её обеспечили. Полсотни наших быстренько организовали в толпе коридор безопасности, и когда королева и тхаа добрались наконец до моста, им уже точно никто не мог помешать.