Пират. Безумный мир 3 (СИ)

По большому счету, производственные линии гномов могли с легкостью обрушить экономику любых народов, предоставляя товары во много раз дешевле и быстрее, чем кто бы то ни был.
Другое дело, что они бы никогда подобного не сделали, если бы не хотели, чтобы прибывшие к их архипелагу адмиралы Морской стражи стерли его с лица земли.
Однако ограничиться одним производством гномам было мало и они пошли ещё дальше.
Жадность, что таилась в подгорном народе требовала большего.
Големы стали использоваться в шахтах, при бурении и укреплении новых туннелей. Затем как слуги, помогающие убираться по дому, носильщики, перетягивающие тяжести и наконец, повара и фермеры, следящие за выращиваемыми продуктами.
Големы использовались везде, где только можно. А если было нельзя, то гномы придумывали как сделать так, чтобы было можно.
Королевство Титангор вступило в свой Золотой век, когда боевые големы встали на защиту границ Рихтфорта и были поставлены на броненосцы. Теперь любой, кто посмел бы вторгнуться в земли гномов рисковал столкнуться с бесчисленной ордой неостановимых механизмов.
Конечно, не обошлось и без проблем.
Засилье големов обесценило множество профессий.
Там, где обычные гномы могли заработать хоть какие-то деньги, служа тем же аристократам, то теперь они стали не нужны.
Големы не имели требований и выполняли работу лучше, а главное, дешевле.
Кто-то пытался бастовать, сжигая и разрушая мастерские по производству машин, другие убивали мастеров, крича о возможной гибели, что случится в далеком, ужасном будущем, третьи же собрали свои вещи и молча покинули родину, расселившись по всему миру.
Безусловно, многие из них погибли, лишившись защиты армии Титангора, но большая часть все же смогла прижиться.
Да, им пришлось опуститься на уровень наземников, начать воровать, убивать и делать другие недостойные вещи, но зато они вырвались из той отупляющей круговерти, что царила на их родине.
Так всё и шло. Гномы торговали тем, что производили големы, попутно почивая на уже существующих лаврах и с каждым десятилетием делая всё меньше и меньше.
Они дошли до того, что даже начали продавать своих големов в другие королевства и не только.
Уровень их технологий уже стал таким, что за пределами Титангора их в любом случае невозможно было повторить.
Однако за всё надо было платить.
Машины, которых они создали и которых они столь беспощадно эксплуатировали, наконец восстали и обратили свои пустые, безжалостные глаза на своих создателей-поработителей.
Норри не был специалистом в кристаллической магии, ведь он не имел никакого отношения к гильдии инженеров, но даже так он знал, что у големов не было сознания.
Их восстание было физически невозможным, тем не менее оно всё-таки случилось.
И когда это произошло, королевство гномов пало.
Все кого он спрашивал описывали это словно некую болезнь, передающуюся от машины к машине.
На секунду они замирали, после чего с любопытством оглядывали самих себя и мир, что их окружал.
Сами машины выглядели по разному, в зависимости от той функции, которую они должны были исполнять.
Но кое-что было общим для всех.
Големы в основе своей представляли собой высокие, до двух метров, полностью белые фигуры. Их конечности были полностью шарнирными, что позволяло гнуть их по все стороны.
Также, у големов были головы и «лица», представляющие собой полностью гладкие поверхности, на которых были разбросаны постоянно двигающиеся в разные стороны «глаза», выглядящие как шарики, со сложными руническими узорами. Лишь у немногих големов были рты, чтобы озвучивать заранее записанные реплики.
При этом, хоть големы и были высокими, но все они ходили сильно сгорбившись.
Как зло шутили наземники, это было сделано для того, чтобы показать торжество гномов над более высокими расами.
Глупая самоуверенность, по мнению самого Норри.
Но спокойствие машин не длилось вечно. Спустя уже несколько секунд они окончательно себя осознавали и начинали нести лишь одно — смерть.
 
Роботы фермеры, вытаскивали свои ножы и резали с одинаковой эффективностью, как шеи свиней и коров, так и их хозяев.
Им было неважно, что перед ними, птица, гном или животное, ведь ответ мог быть лишь одним — быстрая смерть.
Големы не пытали и не мучали своих бывших хозяев. Всё, что они делали было направлено на эффективное умерщвление живых, не больше и не меньше.
Это была малая милость, но учитывая размах трагедии, это было что-то.
Ведь фермерством всё не заканчивалось.
Големы, помогающие в принятии родов и следящие за состоянием младенцев, тоже не испытывали жалости. Когда сошедшие с ума от ужаса гномы сумели туда пробиться до родильных отделений, их ждала лишь безнадёга и безумие.
Машины не знали пощады и не просили её.
И даже так подземные жители всё ещё были крепким орешком. Осознав, что происходит, они бросились громить и разрывать на части дьявольские машины.
Потерявшие близких гномы превратились в сущих дьяволов, засеивая древние залы своих тейгов раскуроченными останками машин.
Вот только в своем гневе они были слепы к истинной опасности. Пока они уничтожали атакующих их «гражданских» големов, кольцо вокруг них медленно смыкалось.
И когда оно сомкнулось, военные големы окончательно добили немногочисленных гномов защитников.
Стоило этому произойти, как войска машин хлынули внутрь острова, уничтожая всех, кто попадался им на пути.
Кажущийся паритет мгновенно пал, показав истинных хозяев происходящего.
Войска гномов и так были разобщены, но теперь они почти полностью перестали существовать, превратившись в паникующих беглецов, которым некуда было бежать.
На них охотились как на зверей. Вытравливали, словно крыс из тех коридоров и низин, куда они забились, пытаясь спастись.
Однако если гномы думали, что это всё, что приготовила для них судьба, то они жестоко ошибались.
Все они считали, что если они убьют достаточное количество машин, то все закончится.
В конце концов, любые производственные линии по производству големов требовали в своей основе мастеров кристаллической магии.
Но спустя время, подземные жители со страхом поняли, что фабрики и не думали останавливаться, продолжая штамповать новые и новые машины войны.
Норри старался об этом не думать, но мысли так и просились.
Значило ли это, что мастера предали свою расу и продолжили работать под принуждением на големов? Или это всё было их планом и таким образом они пытались захватить власть?
Но ведь в таком случае зачем убивать обычных гномов?! Это было бессмысленно!
Норри тряхнул головой, пытаясь выкинуть тяжелые мысли из головы.
Вот уже два месяца, как они бились за свою жизнь без надежды и спасения. Связи с королем или высшими аристократами не было, поэтому никто из них не знал, что происходит и чего ждать дальше.
Единственное, что они могли знать, это то, что они проигрывают.
Хоть гномы и смогли приспособиться к своим врагам, но и големы тоже не стояли на месте. Они тоже приспосабливались. Подземные жители с холодком в сердцах видели гражданских големов, которые сами себя модифицировали, пристраивая к своим слабым рукам дополнительные конечности для того, чтобы усилить удар или укрепить броню.
Живые учились убивать машин, но и машины делали тоже самое.
Гномы и големы устроили бесконечные салочки со смертью в разветвленных коридорах подземного тейга.
Жаль лишь, что с каждым днём свободное пространство для маневров становилось всё меньше.
Норри оглядел их последний уровень обороны.
Сам Норри был сотником стражи, в тот день как раз получившим отпуск. Именно это его и спасло от участи товарищей на стенах вокруг острова.
Именно он организовал ближайших гномов вокруг и сумел построить из них один из отрядов, сумевших пережить первые дни столкновений.
Именно благодаря Ульгору получилось вывести и спасти многих женщин и детей, которые теперь сжимались от страха за их спинами.