Замок Луны (СИ)

Ответить на это вопрос — и поставить Чесслайдрилл на место за очередное «тыканье» — я не успела, так как мы обе заметили бегом бежавшую к нам Зарду. Проблем, судя по всему, у бестии не было, иначе она не стала бы бегом пересекать открытое пространство. Но что-то важное все же было, о чем говорило ее желание срезать направление и весьма обеспокоенный вид. Но информацию к размышлению сам вопрос Чесслайдрилл выдал. Я как-то упустила из виду статус Рудного. Договариваясь с Ржавокрюком мы оба говорили о поселении. Но я-то имела в виду поселение, как место обитания. Похоже, вредный гремлин это просек, и использовал в свою пользу. В игре понятие «поселение» определяет мелкую деревню конкретной расы. Мелкую! Ограничения связаны с тем, что из строений заданной расы можно там построить. Так в Квалнукэ я смогу построить из расовых строений только Портал, Поляну-Храм не выше второго уровня и Гильдию Магов. Апгрейды к ним тоже сильно урезаны. Но Рудный-то — поселение далеко не мелкое. Уже то, что гремлины строят там големов должно мне было дать намек на это. Я, к сожалению, не смогла вспомнить какие строения допустимы в поселении гремлинов, но сильно сомневаюсь, что в их числе оказалась бы фабрика. И в списке присягнувших мне населенных пунктов, в который я тут же заглянула, уточняя, Рудный значился как Форт.
Ох, Ржавокрюк, если тебя викинги не прикончат, то это сделаю я лично. Нежно, ласково и очень-очень долго выпытывая, о чем же еще ты, сволочь уродливая, мне скромненько умолчал, договариваясь. Все мозги выклюю через темечко, обещаю! Не соврал ведь, гад, ни слова, только поддакивал мне! Это я сама такая дура невнимательная оказалась. Однако — до чего же умный и хитрый гремлин! Интересно будет посмотреть на его параметры.
— Странности, — констатировала наша ночная тень, подбежав к нам. — Троих викингов мы уложили, вот только они практически не заметили ни наших болтов, ни наших стрел. Зато в ближнем бою оказались какими-то слишком уж неловкими.
Странности у противника это всегда опасно. Выслушав подробности, мы с мечницей переглянулись. Я вообще не знала, чего ожидать от викингов в ближнем бою, и заранее боялась этого. Но и лучше знающая противника Чесслайдрилл тоже выглядела недоумевающей. Залп стрел и болтов по не слишком уж активно пытающимся прятаться от гремлинов за деревьями викингам-наблюдателям выдал поистине странный результат — острые и достаточно мощные стрелы и болты отскочили от немудреной кожаной экипировки противника так, словно это был полный гномий доспех. Увидев подобное, Зарда не раздумывая кинулась в атаку, рассчитывая использовать численное преимущество и не дать противнику встать спина к спине. И это удалось, но лишь потому, что викинги банально замешкались. Результат можно было бы списать на неожиданность атаки, вот только сама Зарда решительно не согласилась — времени для формирования обороны было предостаточно. Ну а три одиночных цели против восьми как минимум равных им в бою противников — заранее известный результат. Бестий даже не поцарапало.
— Я оставила засаду — два гонца еще могут вернуться.
— И я очень надеюсь, что они вернутся, мне самой надо бы посмотреть, что там и как, — тут же встрепенулась самая опытная среди нас мечница. Она уже было отправилась, оставляя меня на опушке леса, но внезапно остановилась. Ну да, приказа действовать я не давала. Я лишь c легкой досадой покачала в ответ головою.
— Гремлины должны выжить, — только и сказала я назидательно. — Подумай об этом. А я подумаю о том, чтобы никто из нашей расы не пострадал.
Мечница кивнула в ответ, после чего она и Зарда скрылись в лесу, оставив меня одну. Вздохнув, я направилась в шахту — местные гремлины вполне могли помочь в моей задумке.
Ржавокрюк отправлял на работы в шахте своих проштрафившихся горожан, так как добыча полезных ископаемых была среди гремлинов работой нудной и не престижной. Но — гремлины такие гремлины — в число проштрафившихся, как правило, входили самые непоседливые и изобретательные личности. Или — намного реже — такие самовлюбленные сволочи, как Скрягер. Все-таки, хаотичные по своей природе гремлины редко становятся действительно эгоистичными — они, как правило, просто не понимают, что это такое. В тот раз нам очень сильно повезло нарваться именно на Скрягера, и наш блеф удался. Выскочивший мне на встречу из шахты гремлин был явно из числа первых — проштрафившийся непоседа-изобретатель. И что он собирался делать было ясно, как ночь полнолуния: полукруглый шлем, куртка из жесткой кожи с явно вшитыми в нее броневыми пластинами, матерчатые штаны и крепкие на вид ботинки, за спиной болталась плохонькая гремлинская аркебуза — из тех, что способен сварганить на коленке любой гремлин и которые разрывает после пяти выстрелов — а на поясе болтается связка из трех пороховых гранат, рог-пороховница и мешочек пуль. Завершал экипировку, почему-то, не привычный гремлинам топорик, а короткий меч, а, как бы намекавший на то, что данный «боец» носит его больше для проформы, а не для применения в бою. Руки у гремлинов не для фехтования, им рубить сподручнее.
 
— Леди! Леди! Я так рад вас видеть! Вы знаете, что творится в городе? — затараторил гремлин, подбежав, и тут же не дал ответить на свой вопрос, с легким хвастовством доложившись. — Нас тут семеро под моим командованием. Автоматоны снаряжены бомбами, если кто сунется, то пошлем их подрываться, а сами готовы засыпать вход в шахту. На эту пятерку нас бы хватило. Жаль, мин тут нет, сами знаете, иначе дирижаблю не сесть. Жду ваших приказов!
Гремлины — мастера выдумки, причем гениально-безумной. Именно в этом вопросе они на ножах с гномами, которые тоже мастера и на выдумки вполне горазды, но у бородачей все основательное и прочное. При этом там, где гремлин выдумает что-то новое и работающее за полчаса, гномы будут пару лет думать да эль пить — не торопясь и довольно однообразно-монотонно. Гремлины же так работать просто не могут. Физически. Они, скорее, какого-нибудь робота на коленке сварганят, чтобы тот за них полы подметал, чем сами возьмут в руки веник. Вот и в шахте сами гремлины не работали, а гоняли да чинили своих механических слуг — тех самых автоматонов. А при нападении приспособили их для боя в качестве самоходных мин. Идея так себе, автоматоны не слишком проворны, но в тесных коридорах шахт должно быть весьма эффективно.
— Уйдем в шахту, быстро. И представься уж, воин, — с легкой улыбкой приказала я гремлину, уходя с открытого пространства. Наблюдателей от викингов мы не опасались, но мало ли, лучше спрятаться.
— А, это… — гремлин проследовал за мною в лес. — Чернильщик я, на мельнице работаю… Пороховой… Работал… А сейчас тут… Ну, взорвалась, работа-то. Недоглядел.
— Зато тут доглядел, как я вижу — первую атаку отбил, — я не стала уточнять, что это была всего лишь разведка. Гремлин слишком радовался своему успеху, не стоило его разочаровывать. — Только почему вы их из аркебуз обстреляли всего раз?
— Так, далеко же. Ресурс тратить смысла не было, и так без одной аркебузы остались. А потом они и вовсе убежали.
— В общем, хорошо получилось, — ответила я, гремлин довольно кивнул. — Этих разведчиков мы уже устранили, так что угроза пока миновала. Сейчас мы берем шахту под свою защиту, а вам будут от меня другие задачи. Надо Рудному помогать. Так что давай-ка ты мне сейчас расскажешь поподробнее о своих силах. Сколько у вас автоматонов с бомбами и аркебуз?
— Так, два десятка автоматонов. У каждого по пять бомб. А аркебуз всего четыре осталось, и одна того и гляди лопнет. Как стрельнули, так одна взорвалась и две просто поломались, можно починить, но позже.
— Бомбы хоть мощные?
— Да нет, не особо. Мы ими камни раскалываем в шахте, там сильный взрыв только напортит. Но как их много, так мало никому не покажется. И мы еще к бомбам тряпками мелких камней накрутили — для дроби.
— А просто пороха много? Большую бомбу сделать сможете?
— Ага, много. Сможем. Рванет как следует. Только как ее закинуть врагам?