Замок Луны (СИ)

— Я рискну, — наконец решилась аранея. — Но мы заключим договор, по которому я и мои дети смогут разорвать подданство, если нас не будут устраивать условия жизни.
— На других условиях я бы не согласилась принять вашу присягу, — максимально дружелюбно улыбнулась я в ответ. Для темных эльфов это сделать непросто — могут неправильно истолковать. — Я не чураюсь рабства, но раб, слуга и подданный это очень разные понятия. Ваши способности нужны мне на добровольной основе. А чтобы окончательно укрепить ваше доверие, рекомендую вам побеседовать с тем из ваших детей, что был недавно освобожден нами в поселении гноллов.
Интуиция, спасибо тебе за эту подсказку — Бринастра явно поняла, о ком было сказано! В самом деле, с чего бы тот человек вел себя спокойно? Да потому, что бежать ему было недалеко. А пауки бегают по лесу очень быстро.
— Разве это вы уничтожили мерзких собакоголовых тварей? — уточнила она. — Они, вроде бы, подрались с оборотнями из стаи, чьи остатки были добиты здесь?
— Не без нашего скромного участия в начале этого процесса, — заметила я. — Да и отпустили рабов именно наши светлые братья и сестры.
— Да, это несколько облегчает выбор, — согласилась аранея. — Но есть еще и крысы. И они пока целы.
— Неужели вы полагаете, что этот вопрос будет нами похоронен под слоями паутины? — постаралась я обыграть суть оборотней, в их стиле применив иносказание. — Не пройдет и пары суток, как серая мерзость покинет наши земли.
Или же станет на них хозяйничать. Но этого аранеям знать не требуется.
— Ваше войско ослаблено потерями, а снадобья и запасы маны исчерпаны, — возразила Бринастра. — Вряд ли вам удастся изгнать крыс столь быстро.
— Это зависит от многих факторов, — возразила я. — Не все на свете делается грубой силой. Но от вашей помощи я бы не отказалась. Воевать, надеюсь, не придется, но нужно создать массовку.
— Дроу и пауки… Кажется, я поняла идею, и она начинает мне нравиться, — согласилась Бринастра. — Но этого будет мало для того, чтобы выгнать крыс.
— Это только то, что лежит на видном месте, — закончила я. — Если вы согласны поучаствовать до заключения договора между нами — милости прошу совещаться. Скоро наступит вечер, а дел хватает.
Бринастра кивнула, соглашаясь.
— Пленный кабан-оборотень вам нужен? — уточнила она.
— Можете забрать себе. Возиться с ними нам сейчас не к спеху, а потом, когда переберетесь в мой Замок, мы с ними побеседуем. Так что не убивайте, сохраните. Пригодится.
Бринастра сделала знак куда-то себе за спину. Из пещеры выскочила пара огромных полутораметровых зеленоватых с бронзовым отливом пауков, и, осторожно обогнув нас, подбежало к все еще не пришедшему в себя кабану. Работали они споро, помогая себе тем, что у обычных пауков никогда не было — парой вполне сформированных человеческих рук, растущих откуда-то из-под головогруди, словно клешни у ракообразных.
— Самцы, — констатировала Чесслайдрил. — Рабочие особи Гнезда. Самки крупнее где-то на четверть и гораздо сильнее. Причем тоже не чураются черновой работы, даже Матриарх, — она кивнула в сторону Бринастры, которая, не превращаясь в третью форму, породила плотную паутину, и легко заматывала в нее вервольфа, поддерживая его тушу на весу. Одна.
— Какой у них яд? — уточнила я, обратив внимание на тот факт, что пауки пару раз укусили кабана.
— Самый разнообразный: парализующий, сонный, ослабляющий, дезориентирующий. Конечно, и убивающий декокт тоже есть. Выделяют нужный по желанию, но каждая особь имеет только два-три состава на выбор — чего-то может и не оказаться. Даже убивающие яды есть далеко не у всех. Яд самок, естественно, опаснее, и чем старше самка, тем сильнее. Держу пари, Бринастра своим укусом вполне может меньше чем за минуту убить кого угодно из нас, если не дать противоядие.
— Как всегда. Прямо, вторичный половой признак, — я с улыбкой подмигнула мечнице, та в ответ усмехнулась.
— Мне нужно отдать некоторые распоряжения, — ответила Матриарх, прежде чем скрыться в логове следом за своими рабочими. Вервольфа она с легкостью закинула себе за спину. — Начинайте без меня, но не далеко — так я все услышу.
 
Прежде чем начать совещание, я отозвала в сторону Чесслайдрил.
— Расскажи мне вкратце про араней, пожалуйста? Я никогда не сталкивалась с этим народом — что от них вообще можно ждать? Про изначальное отношение к нам не говори — я сразу поняла, что тут что-то не так, но не могла никак понять, что именно. Про боязнь огня тоже можешь умолчать — понятно, что для их паутин даже Искра представляет некоторую опасность.
— Черноволосых эльфов вообще не бывает. Никаких. Как только я про это сказала, тебе сразу стало все понятно, — ответила мне мечница. На ее фамильярное «тыканье» я как-то уже и внимание перестала обращать, иначе и не поговорить. — Уж простите мне склероз, Моя Леди, что на совещании совсем забыла про спайдерверов, хотя и про яд была сказано, и следы групп пауков нашлись — все же на араней указывало. Просто это существа редкие и скрытные — не слишком-то любят с кем-то контактировать на чужих условиях. Я их никогда вживую не встречала, знаю только то, что в Храме рассказывали. Аранеи — это пауки, которым некий давно забытый маг из земель каганата зачем-то развил интеллект. А чтобы социализировать в обществе, научил еще и превращаться в людей. Изначально их гуманоидная форма — человек-южанин. Черноволосый, так как светлые волосы в тех землях — большая редкость. Умение превращаться в темных эльфов — это уже они сами позднее выработали, когда узнали про их существование. Поговаривают, что это был подарок Ллос, во что с трудом верится. Эта стерва даже паукам подарки не делает. Однако с этим их умением возникла проблема — темные эльфы в худшем случае имеют серо-серебристые волосы, но без малейших признаков черноты, которая у араней обычна. Как этот вопрос разрешился, я не скажу, не знаю. Да и сами аранеи, скорее всего, этого уже не помнят. Однако разрешился он не совсем полностью. Волосы получаются серые, пепельные, с черными кончиками или корнями. Или же в волосах есть отдельные черные пряди, как у Бринастры. В общем, есть какая-то чернота, какая у нас в прическе абсолютно невозможна. Надо просто знать, куда смотреть и что именно ожидать увидеть. А в половинной форме волосы араней всегда черные.
Я кивнула. Интересная информация про мою «награду» за квест.
— Аранеи — странные создания. Служительницы Ллос верят, что они есть неудачная проба сил их богини, пытавшейся создать темных эльфов, и поэтому относятся презрительно, но и без особой злобы. Дело в том, что внутри своих гнезд аранеи поддерживают жесткий матриархат, очень близкий к подобному в Домах Дроу, что матронам даже нравится. Это пауки. Они не чураются ни жесткой внутренней конкуренции, ни каннибализма. Однако, главная черта кланов араней есть выживание гнезда за счет самопожертвования его членов — то самое, о чем вы говорили утром на совещании. Чем-то они клаконов напоминают, но намного более индивидуалистичных, и понятных нам. Очень важно то, что все происходящее внутри гнезда, вовне его не выставляется. Может быть, к примеру, так, что младшая самка уничтожит матриарха, и встанет на ее место — но она в первую очередь принесет вам присягу, и будет соблюдать все заключенные договора. В этом им можно всецело доверять. Главное — не лезть в их внутренние отношения друг с другом. Там все может показаться отвратительным, но построено на добровольной основе, и хорошо работает.
— Что будет, если гнездо слишком разрастется или на моих землях обнаружится новое гнездо?
— Разросшееся гнездо разделится, и новая матриарх с подданными или без покинет ваши земли. Это происходит мирно. Из гнезда будут уходить самцы — они по своей натуре бродяги, и частенько путешествуют. Также в гнезде могут появиться пришлые самцы. Перед матриархом солгать не сможет ни одна подчиненная аранея, и уходящие самцы будут уносить с собою немало информации о нас. Так что вопрос непреднамеренного шпионажа актуален, об этом стоит подумать. Если же сюда придет целое гнездо, то они или перемешаются и разделятся с новы составом, или сольются. Во втором случае происходит ритуальный поединок самок — все на все. Выжившие образуют матриархат в новом гнезде. Это единственный случай, когда договор со сторонними расами может исчерпать себя.