Замок Луны (СИ)
Замок Луны
Пролог. Полтора года до старта
— О, господи! Уважаемая Мария Федоровна, сами подумайте, что вы мне сейчас хотя бы даже теоретически попытались предложить? Бессмертие? В подобном виде? Но даже если я вам верю, где гарантии успеха? В моем возрасте в капсулу просто так не пускают, только под наблюдением и очень серьезным. Вдобавок, сознательный срыв уголовно наказуем. Конечно, обход любого закона есть норма в нашем обществе, но тем не менее как факт, вы мне предлагаете уголовно наказуемое деяние.
— А что же тогда предлагаете мне вы, выдав эти документы, как не доказательство управляемости срыва? Что еще вы хотите от меня? Чтобы я поверила в его обратимость?
— А вы в нее и так верите. Тому причиной ваша дочь, сорвавшаяся в Землях Меча и Магии, и пребывающий в настоящий момент в спячке где-то у Темных Эльфов.
— И все, кого я встречала, заявляли мне одно и то же — еще ни одному человеку не удалось вернуться из срыва. Что толку от моей веры?!
— Мария, вы же психолог. Неужели это мне сейчас нужно вправлять вам мозги? Успокойтесь, выпейте воды, и признайтесь честно и себе, и мне в своей вере в чудо. Да, я заинтересовался именно обращением срыва. И у меня есть вполне определенные причины им интересоваться.
Минуту молчали оба.
— Вы не шутите. Но, в таком случае, могу я узнать эти причины?
— Представьте себе, мне тоже есть кого вернуть. Шанс призрачный, но мне ни терять, ни приобретать уже нечего. Хочу рискнуть.
— Да, я знаю про ваше состояние и про ваши проблемы. И понимаю вас, Эдуард. Но тогда вновь стоит вернуться к первоначальному вопросу — почему не срыв? Про незаконность мне рассказывать не надо.
— Это же просто, вам ли, хорошо зная меня, не догадаться. Я привык контролировать свое окружение. Окажись я в оцифрованном виде на компьютере, тут же стану зависим от хозяев этого компьютера. Если уж так, то надо самому стать его хозяином, вот тогда для меня появляется смысл в срыве.
— Понятно. Но вы мне не ответили на вопрос о причинах. Вы ушли от ответа. Неужели есть кто-то сорвавшийся, с кем у вас имеется кровное родство?
— Да, имеется, очень дальнее и косвенное, но тем не менее. После той авиакатастрофы и смерти Михаила от коронарной недостаточности больше никого близких у меня нет. Дальше не спрашивайте, я не отвечу. Есть кое-кто, очень радующийся сложившейся ситуации, и мне хочется, чтобы он так же беззаботно радовался и дальше.
— А Александра?
— Я ей очень обязан, однако кровного родства между нами нет. Да и не нужны ей ни деньги, ни почести. Никогда не были нужны, вам ли этого не знать? Однако именно она согласилась стать подопытной в этом эксперименте.
— То есть, одна согласна «нырнуть», найти объект и поучаствовать в выводе наружу?
— Даже больше. Она согласна рискнуть и сорваться, испытывая технику вывода из срыва. Тем более, что прочитанные вами документы составлены ни кем иным, как ее сиделкой.
— О, господи! У нас что, уже дипломированные программисты работают сиделками?
— У нее «черная метка». И, так же как у вас, близкий родственник в срыве. Сын. А метка получена как раз за то, что пыталась спорить, доказывать, а потом и пробовать единолично. Сунулась в такой серпентарий, дурочка, что чудо как жива осталась. Я лишь случайно получил в свои руки эти документы, а потом и Ирину. Сиделкой она работает совсем недавно, благо, ухаживая за сыном-коматозником, неплохо этому научилась. Я хочу рискнуть, и опробовать ее выводы.
— Хорошо, последний вопрос: моя роль во всем этом действе?
— Профессиональная. В особенности это касается Александры. Ее надо подготовить к хорошему отыгрышу выбранной роли. Насколько я понял, чем глубже погружение, чем сильнее вера в реальность окружающего мира, тем выше вероятность срыва игрока. А это как раз то, что нам и надо. Вы же уже работали с Александрой, хорошо ее знаете, а кроме того, сейчас оказались на мели из-за причин профессионального характера. Мне их назвать, или не стоит?
— Не думаю, что эти причины были столь секретны, чтобы ваша служба безопасности их не выяснила. И да, на мне тоже висит оплата за обслуживание пребывающего в коме родственника. Хорошо хоть, этот самый родственник пребывает в медицинском учреждении. Ирине можно лишь посочувствовать.
— Это ее личный выбор, не стоит его обсуждать. Но давайте оставим в стороне причины и проблемы, и обсудим материальную сторону нашего сотрудничества. Я предлагаю вам постоянный оклад в размере…
Примерно через пятнадцать минут.
— Напоследок, один вопрос. Чистое любопытство, можете не отвечать. Ваша дочь стартовала Темным Эльфом. Дроу. Насколько я знаю, это весьма специфическая раса, и мораль их общества тоже весьма специфическая. Женщины, пытающиеся играть за эту расу, как правило, имеют психологические проблемы в реальной жизни. Как же получилось, что дочь дипломированного психолога из полной семьи сорвалась в таком облике?
— Я была бы очень удивлена, сыграй Ксения за настоящих дроу, это и в самом деле означало бы какой-то изъян в воспитании. Но, нет, она играла за отступниц — Лунный Замок. Решила сыграть в психологию. Вот и… Доигралась.
После ухода психотерапевта, Эдуард Петрович Ласкирев достал еще одну папку, и внимательно перечитал содержимое. Эту информацию знал только он, его доверенный охранник и еще один человек, чье тело ныне лежало в коме, а разум пребывал в стазисе в одном из доменов мира демонов Земель Меча и Магии. И знал этот человек несколько больше, чем открыл. Но добраться до него сейчас не было ни малейшего шанса. Именно эта папочка и эта информация была причиной такого интереса официального миллионера, сколотившего свое состояние на торговле, к совершенно не свойственной ему тематике. Он врал про родственника в срыве, цели его были иными. И если полученная информация верна, то игра стоит свеч.
Нулевой день. Рождение
— Приветствую тебя, неумирающая! Ты стоишь в начале сложного и долгого пути, и сейчас тебе надлежит сделать непростой выбор — кем и как ты его пройдешь. По твоему слову будут возводиться и разрушаться замки, многотысячные армии будут уничтожать друг друга по мановению твоей руки. Преданные тебе воины станут искать твоего благословения, а завистливые соперницы станут плести козни, стремясь превзойти тебя! Готова ли ты принять великую честь, и стать избранной?!
Пафос-пафос-пафос. Торжественно возлежащий на своем лавовом ложе огромный радужный дракон и сам был донельзя пафосен. А что же ему делать, каким еще быть? Таким он создан разработчиками с одной единственной целью — производить впечатление на вновь прибывающих игроков. Красив, звероящер, не отнять! Невольно залюбуешься. Еще и вирткапсула свою роль играет — на экране компьютера он и ему подобные «встречающие» выглядели бледнее.
Ловлю себя на мысли, что сделать выбор и стать избранной прямо сейчас мне отнюдь не хочется. Было уже. Была избранной. Делала выбор. Создавала себя. И что же? Каков результат? А никакого. Я стою перед шикарно выполненным набором пикселей и готовлюсь отдать себя тому, что суть наркотик для бездумной молодежи. И все, к чему я до того стремилась, оказывается выброшенным. За ненадобностью. За недостижимостью. Где-то в реальном мире, в вирткапсуле, лежит тело…
Стоп!
Привычно останавливаю самокопание и самобичевание. За последние несколько лет это стало привычным действием. Не научись я себя останавливать от подобного — давно бы сошла с ума. Хоть в этом спасибо психологам.
Дракон безучастно смотрит. Не торопит, и то хорошо. Бездушная машина не знает что это такое — делать подобный шаг…
Опять стоп! Ты же уже все решила, продумала, спланировала. Изучила варианты. Читала литературу. Пробовала разные варианты, опять же, пусть и не так реалистично. Даже психолог меня поддержала, предупредив только, чтобы не пыталась сорваться — в моем случае это может означать реальную смерть, а вовсе не срыв. А мне уже не все равно, как было когда-то.