Режим черной магии (Санкция на черную магию) (ЛП)

Пирс вытолкнул меня за дверь. Холодный солнечный свет ударил в меня. На остановке стоял автобус, и Пирс кинулся к нему.
— Остановите карету! — закричал он, размахивая моей сумкой и догоняя его. — Остановите автобус! — поправился он, и автобус с шипением затормозил, открывая раздвижные двери.
Ради меня они никогда не останавливались. Как же они могли остановиться ради него?
Я оглянулась на шум позади, потом на машину моей матери.
Поперек парковки стояли белый фургон и видавшая виды Импала, и я была готова спорить, что последняя принадлежала Нику. Боже, как же у меня болели колени.
— Рэйчел! — позвал Пирс, держу одну ногу на ступеньке автобуса. — Забирайтесь в автобус!
Его глаза были дикими и прекрасными, и хотя он выглядел как Том, это был Пирс.
— Нет, — сказала я, доковыляв до него. — Мы поедем с Ником.
В мгновение ока его брови нахмурились и глаза сузились.
— Я говорю, что мы садимся на автобус. Не капризничайте. Залезайте в автобус.
Я вырвалась из его хватки, разозленная.
— Не указывай мне, что делать! — закричала я, вынимая прядь волос изо рта. — Я еду с… Я еду с Ником!
Водитель тяжело вздохнул.
— Вы садитесь или нет, леди?
Я одарила его неприятным взглядом.
— Нет, — сказала я. — Проваливайте отсюда к чертовой матери.
Это сработало. Пирс едва успел отскочить, когда мужчина захлопнул дверь прямо перед нашими лицами, и двигатель взревел.
— Вы поступаете неправильно, — громко ворчал Пирс, пока я тянула его к контейнеру для мусора. — Неудивительно, что Ал согласился послать меня наблюдать за вами.
— Эй, — сказала я, закипая. — Я прожила свои двадцать шесть лет без тебя. Моя жизнь, может, и рушится, но я-то жива. А ты умер, помнишь?
Я резко затормозила, когда мы почти столкнулись с лепреконшей, она держала длинную трубку в зубах, в ожидании транспорта облокотившись на грязный низкорослый клен.
«Дерьмо».
Глазами умоляя ее о милосердии, я затолкала Пирса, восхваляющего самого себя, в узкую щель между контейнером и стеной перед собой.
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста».
— Заткнись, — прошипела я, вырывая свою сумку. Дерьмо. Неужели я могла бы выглядеть глупее?
— Она скажет ей, где мы спрятались, — шепотом ответил колдун, его дыхание прошлось теплом по моей щеке. — Проклятая, глупая женщина. Я же говорил вам садиться на автобус.
— А я сказала тебе заткнуться!
Действительно, я проклятая глупая женщина. Но когда я вытаскивала Пирса из автобуса, я еще не заметила лепреконши.
Дверь кафе со звоном раскрылась, и я услышала стук каблуков Вивиан по тротуару. Разраженная, я предусмотрительно оттолкнула Пирса рукой и, приподнявшись на цыпочки, выглянула наружу, прячась за пустым контейнером, пахнущим кофейными бобами. Выглядя измученной, Вивиан бросилась к моей машине, и бросив взгляд на пустые места, она посмотрела на автобус, заворачивающий сейчас за угол.
— Она уехала на автобусе? — крикнула ведьма лепреконше, и я втянула голову, прижавшись лбом к холодному металлу.
«Только не так».
Мы находились так близко, что я слышала, как лепреконша посасывала деревянный мундштук.
— Я видела, как ее друг сел в автобус, — сказала она как ни в чем ни бывало, и мои глаза закрылись от облегчения.
Вивиан ругнулась, и я услышала, как она побежала к своему фургону. Двигатель заурчал, коротко взвизгнули шины, и она унеслась прочь. Дверь кафе снова зазвенела, и оттуда вышли двое людей, возбужденно смеясь.
Мы с Пирсом медленно вышли из-за контейнера. Вздохнув, я сняла свой маскирующий амулет, и, встряхнув волосами, убрала его прочь. Я посмотрела на маленькую женщину, улыбающуюся мне и курящую.
— Спасибо, — сказала я серьезно и потянулась вперед, чтобы пожать ее руку. Ее рука в моей казалась действительно маленькой, но сильной. — Если тебе когда-нибудь что-то понадобится, обращайся. Что угодно.
— Да не стоит, — сказала она, кивнув на удивленное лицо Пирса. — Мне просто показалось, что тебе нужен перерыв, вот и все.
Она раскрыла карман, показывая горсть денег.
— Ты ничего мне не должна. Если лепрекону в руки попали деньги, значит, они принадлежат ему. А все, что у нее осталось, так это сухие дубовые листья.
 
Потом она засмеялась, как довольный ребенок. Я поняла, что улыбаюсь, не жалея трех тысяч, что она забрала. У Айви глубокие карманы.
Моя голова вскинулась, дверь кофейни зазвенела, и Ник, споткнувшись, вывалился наружу. Он держал пачку экологически чистых коричневых салфеток у носа, и Марк тащился рядом. Парень рьяно извинялся, пихая ему в руки мешок с чем-то, в то время как Ник пытался от него избавиться. Даже не взглянув на него, он оттолкнул руку Марка и, шатаясь, побрел к своей машине.
Марк сдался, сиротливо стоя в своем фартуке, пока Ник заводил свою машину, в ожидании откинув голову на подголовник. Марк развернулся и медленно побрел обратно.
— Я предполагаю, что вы поедите на этом, — сказала лепреконша, указывая на ржавую машину Ника своей трубкой.
— Только потому, что глупая женщина не села в автобус, — пожаловался Пирс, и я одарила его мрачным взглядом. Заметив это, он сделал громкий и медленный вдох и пошел через парковку к Нику; его голова была опущена, руки лежали в карманах длинного шерстяного плаща.
«Сработало», — подумала я, но все легко могло обернуться по-другому. С трясущимися коленями я двинулась следом за Пирсом, но заколебалась, когда лепреконша легонько постучала трубкой по контейнеру и сказала:
— Я не предсказательница…
— Но?.. — подсказала я.
Она посмотрела на меня, перебирая деньги, которые я оставила ей.
— Доверяй своему суждению, маленькая ведьма. И ничьему больше. У меня хорошие инстинкты на кого-то, кто имеет более слоев, чем корка пирога моей мамы.
Пирс с нетерпением ожидал меня у открытой двери, Ник сидел за рулем.
«Мое суждение — дерьмо, — подумала я. — Она, должно быть, пошутила».
Улыбка лепреконши исчезла, и ее пальцы оторвались от денег.
— Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты отпустила меня тогда. Я бы потеряла свою аккредитацию. Я больше этим не занимаюсь. Нелегально, я имею в виду.
Пирс издал болезненный стон, и она кивнула.
— Эй, хочешь еще желание?
Мое сердце, казалось, остановилось. Десяток мыслей промелькнул в моем уме. Дженкс и Маталина, живущие вечно. Я больше не в бегах. Душа Айви.
— Нет. Нет, спасибо, — я посмотрела на Пирса, стоящего рядом с открытой дверью, и отчаянно жестикулирующего, чтобы я забиралась внутрь. — Спасибо. Но мне надо идти.
— Да не за что, правда. Вот возьми! — сказала она, доставая монету с отверстием в середине. — Она может тебе пригодиться.
Я задержала дыхание, уставившись на нее. Потом медленно улыбнулась.
— Нет, спасибо, — сказала я тихо. — Отдай ее тому, кому нужен долбанный жизненный урок. А я с этим покончила.
Рыжие волосы женщины заблестели на солнце, когда она засмеялась.
— Ладно, — сказала она, убирая ее. — Присматривай за ними, — предупредила она. — За обоими. Никто из них не думает ни о ком другом, кроме себя… пока что.
Отчасти я считала также, потому кивнула. Чувствуя себя так, словно у меня все под контролем впервые за годы, я медленно побрела к машине Ника. Мои колени запротестовали, когда я забралась внутрь, скользнув на середину длинного нераздельного переднего сидения. Пирс залез следом и захлопнул дверь. Здесь было слишком тесно, но мне было все равно.
— Привет, — сказала я, глядя на улыбающегося Ника с кровоточащим носом, от успеха его глаза едва ли не сверкали. — А эта штука может ездить?
— Ты даже не представляешь, как, Рэйчел, — сказал он, приобнимая меня за плечи на время, достаточное, чтобы выразить поддержку. Кивнув, я посмотрела на дополнительные рычаги на приборной доске, представляя баллоны с диоксидом азота, лежащие в огромном багажнике этой машины.
Когда машина тронулась, Пирс наклонился к моему уху.