"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Выдвигаемся через полчаса, – сообщил дежурный бригадир рубки, переговорив по комьюните с Шадором.
– Слава Тарантулу! – задремавший было Кабук встрепенулся в своём кресле. – Два часа тут торчим. Сколько можно договариваться? Вроде и так всё ясно.
– Тебе ясно, а им нет, – заметил бригадир.
– Тупят, что ли? – Вилиам потёр щёки, глаза, зудящие от недосыпа, и зевнул. – А ещё правительство называется.
– Дейгар, – бригадир хмыкнул и внезапно оживился. – Правда, что в качестве жеста доброй воли император лерийский вернул дейгарцам Бесмийские колонии, оттяпанные пару гаков назад?
– Где такое услышал? – нахмурился Кабук.
Сам он и не помнил, когда из рубки выходил, а кофе уже булькал в глотке. Шкипер от усталости задрёмывал на месте и подхватывался, думая, что вернулся капитан и смотрит. На Вилиама как будто и вправду кто-то пялился. Но не Шадор. Причудится же, к дьяволу, всякое!
Капитан в сопровождении старпома пару часов назад отправился с миротворческой миссией, как уполномоченный представитель Тезериона и Кондора на командный дредноут. Урегулировать претензии сторон. Оказалось, что у Дейгара их чересчур много, а Лери согласны кое в чём уступить, чтобы не допустить очередного конфликта.
– Подсмотрел в информатории репортаж с места переговоров. Прямой эфир.
– Вечно эти журналюги встревают. А тебе какой резон?
– Родня у меня, булфергская, перебралась туда четверть дагона назад. Вот и гадают теперь, не пора ли драпать куда-нибудь… Да хоть к вузюкам, лишь бы подальше.
– Один дьявол, – шкипер махнул рукой. – Дейгарцы те ещё козлодои. Отменные.
– Да уж, верю, сам видел, как палили в нашу бригантину…
– Капитан на палубе!
– Капитан в рубке!
– Капитан на мостике!
Шадор кивнул в ответ на приветствия и уселся в кресло на возвышении.
– Идём прежним курсом.
– Есть, капитан!
– Так точно, капитан.
– Обстановка на крейсере, Вилиам?
– Всё спокойно, дисциплина в норме, дезертир под стражей.
– Один?
– О местонахождении троих пока не известно.
– Двоих, – уточнил Шадор. – Одна из бежавших кадетов теперь невеста императора.
– Что делается! – выдохнул Кабук. – Нам продолжать искать?
– Нет. Оставьте. Есть дела поважнее.
Капитан обеспокоенно наблюдал, как старпом вводит координаты у пульта навигатора.
– Дану, держим путь на Танаэльвэ, как и собирались. Дейгар и Конклав признали нейтралитет только при нашем содействии и при условии, что мы проследим за коронацией.
Что вполне сочеталось с установками самого Шадора и желаниями Бринэйнна. Отныне лерийцы тоже спонсировали КА.
– Переход в Q-пространство.
Вилиам расслабился. Шкипер тарантула съел на рифах и мелях реального космоса, но Q-материя не его грёбаная стезя. Он с трудом подавил зевок.
– Все свободны, – объявил Шадор, едва смотровую зону разукрасили всполохи Q-пространства. – Кроме меня и старпома.
Наконец-то Вилиам мог отоспаться!
– Отдыхайте.
Рубка вмиг опустела, и остался лишь Дану за пультом, да Рерих на мостике в свечении космических струн, мелькающих бликами на переборках. Шадор приглушил освещение, и огоньки на приборных панелях мигали ярче.
– Если устал, Дану, тоже отдохни.
– Я не устал, – равнодушно ответил старпом.
– Точно всё в порядке?
– Справлюсь, – Дану не знал, с чем ему предстоит справляться, но ара терзал неясный зов, как навязчивая мелодия. Нервы отыгрывали её раз за разом, словно Дану превратился в инструмент и всё стремился куда-то за космической музыкой. Не сумел усидеть в каюте. Казалось, в рубке ему полегчает. Да. Здесь его не тянуло, но притягивал он, в жажде слияния, отныне ему недоступного.
– Доверься мне, – голос Рериха звучал мягко, но прорывались и тревожные нотки, словно в трещины судна понемногу вливался вакуум. – Дану? Знаю, это тяжело…
Это хуже, и оно сильнее его.
– Что не так? Пожалуйста, Да…
Крейсер тряхануло, и на полном ходу выбросило из Q-пространства. Шадор вцепился в подлокотники. И прежде чем сработали адаптеры, встряхнуло снова и завертело… Движения внутри корабля замедлились, как будто увязли в сиропе, воздух загустел и пружинил. Всё, что упало, плавно вернулось на место, все, кто падал – неведомой силой водворились обратно. Тогда звездолёт встал.
– Дьявольскую мать! – заорал Кабук, повиснув над полом. Он едва прилёг на койку, как после сильного толчка всё закружилось, и шкипер обнаружил себя вот так – в невесомости. Вращение замедлилось и его плавно опустило на коврик.
– Твою ж каракатицу! – Вилиам подскочил и, на ходу натягивая форму, рванул в рубку.
– Где мы? – капитан поднялся на смотровую площадку, расширил обзор и не поверил глазам. – Печёнка тарантула!
Космос вокруг заполонили тэйары. Повсюду. Тьма тьмущая! Как будто они сидели на головах друг у друга, если бы у них были головы… Палец капитана машинально ткнулся в ладонь, и там завибрировала алая точка, расходясь кругами, разгораясь и раскаляясь жёлтым ободком по краям. Тревога передавалась по крейсеру через комьюните. Пульсировала в тысячах ладоней и простреливала штрих-кодами. От верхних палуб и до нижних. От носа и до кормы.
– Боевая тревога!
– Угроза первого уровня!
– Тэйары! Левиафаны!
Волна прокатилась по кораблю, знаменуя бурю.
Первым в рубку вбежал офицер-баллистик.
– Синаптические торпеды. – Шадор был спокоен, баллистик знал своё дело.
– Сферическая оборона. Ближний радиус… Дану?
– Есть, капитан!
Старпом выглядел слепком, продолжением кресла или пульта.
Грянул первый залп! Шадор ухватился за поручни, и… Ничего… Огоньки вспыхнули и погасли, так и не достигнув цели.
– Что происходит?! – перила мостика зашатались отдачей.
– Не знаю… – пробормотал баллистик.
– Это не ответ, офицер.
Второй залп! Третий… Впустую!
– Они слишком далеко? – неуверенно предположил офицер-коммодор, пришедший в рубку вторым.
– Проверьте системы наведения и дальнобойники.
– С ними что-то не так, капитан, – доложил офицер спустя несколько минут. – Придётся подпустить ближе.
– Нельзя рисковать, – Шадор огляделся. – Разбирайтесь. Дану, усиль защиту. Дальний радиус.
Орды тэйев изрыгнули коррозийное облако, и экраны потонули в коричнево-красном тумане. Всё затянула кровавая мгла.
– Выпускайте корветы! – приказал Шадор.
– Есть, капитан, но…
– Без но!
– Сколько?
– Все… Выполняйте! Мы их прикроем, пока не разберёмся, что с нашими киберсиногенераторами.
Шадор отдавал приказы, скрепя сердце и глуша в себе сострадание. Иначе не выстоять. А палубки, надбалубки и корветный ангар загрохотали от множества ног… Рерих никого не хотел отправлять на смерть. И надеялся, что на крайние меры идти не придётся.
– Корветы подберутся ближе и атакуют. Пока мы не отладим системы.
Эта внезапная поломка его смущала. Нетипично для КА-11. Чересчур.
– Есть!..
Кортес проснулся, когда пол резко ушёл из-под него, растаяв вязкой колодезной чернотой, дейгарец ухнул вниз и пролетел сквозь тьму к светлому пятну. Там арестанта встретил дежурный курсант.
– Тревога первого уровня. Каждая боевая единица на счету. Марш к своему куку!..
«Тук-туки-тук!» – выстукивали молоточки внутри черепной коробки.
Мира застонала и перевернулась на другой бок, с трудом продрала глаза, белые очертания колебались за пеленой ресниц.
«Ой… Каракатица!» – она села, её замутило и кольнуло в плечо.
– Ай! – девушка схватилась за место укола.
– Сейчас полегчает.
Дорвард? Или Гидеон…
Мира протёрла глаза и уставилась на слегка опухшие докторские физиономии.
– Где я?
Но явно не в каюте. Госпиталь?
– Я спала здесь? – просипела Мира.
Теперь внутри чугунной черепушки словно булыжники перекатывались.
– Похмелье, деточка, похмелье, – позлорадствовал Гон. – Но скоро пройдёт. Я-я вкололи тебе слоновью дозу антипохмелина.