"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Успокойтесь, Магдалена. Надеюсь, ничего не случится, повторяю, просто подстраховался.
Однако я уродилась упрямой и выбила ответ:
— Абель Бернард — маг, опасаюсь сюрпризов. Речь скорее о разных штучках с огнемобилем, а не физическом воздействии, но если он «прощупывал» вас, всего можно ожидать.
Маг? Третий уровень, как у Ронсу и мага из банка. Совпадение?
Закусила губу, почти ухватив мысль за хвост. Помешал начальник. Он велел на время забыть о проблемах и веселиться.
— Право слово, какие разборки во дворце! Давно прошли времена, когда людей убивали на глазах его величества, это прямой путь в безвоздушную камеру без суда и следствия.
Хотелось бы верить, хотелось бы! И вам тоже, хассаби, иначе не брали бы такой внушительный арсенал.
Сегодня мы не заехали в подземный гараж, а подкатили к парадному входу.
Проворно подскочил служитель, чтобы распахнуть дверцу и отогнать огнемобиль. Лотеску спустя минуту сомнений таки отдал брелок, но прежде повозился, накладывая чары. Специфические, неполные, чтобы слуга мог управлять машиной.
Парцилен и ампулы остались в бардачке. И то хорошо.
Глубоко вздохнула и под руку со спутником зашагала по ковровой дорожке к стеклянным дверям. Испытание оказалось почище, нежели на дне рождения мэра. От вспышек изображателей трещала голова, от криков репортеров звенело в ушах. Все жаждали запечатлеть гостей, взять интервью или хотя бы пару слов для газеты. Лотеску их нарочито не замечал, шел с видом наследного принца. Я не отставала, только нервно стиснула локоть начальника.
Проверив приглашения — удостоверения личности мы предъявили на первом кордоне охраны, — нас допустили в холл. Тут уже толпились гости: все те же блистательные дамы в мехах, важные кавалеры в смокингах. Только сегодня я не ощущала себя замарашкой, наоборот, плыла как королева. Все дело в платье, стоит забыть о пикантной особенности, как замечаешь восхищенные взгляды, понимаешь, что разговоры смолкают, стоит пройти мимо.
С балкона лилась живая музыка, услаждая слух ненавязчивой мелодией.
Словом, чудесный вечер. Пусть бальный зал огромен, а гости — сплошь аристократы и именитые горожане, ощущала себя в своей тарелке. Ровно до того момента, как увидела Эдгара. Он стоял у окна и тоже поедал взглядом, даже рот приоткрыл. Перехватив мой взгляд, отверженный поклонник поспешит выразить почтение и попытался вымолить прощение. Разумеется, последнего не получил. Вежливо, но коротко дала понять: с такими не общаюсь.
Лотеску окатил Эдгара молчаливым презрением и, когда тот понуро удалился, процедил:
— Сомнительная компания.
Согласна.
— Как он сюда вообще попал?
Прижала ладонь ко рту, когда поняла, что задала вопрос вслух.
— Как и вы, — меланхолично заметил начальник. Странное для него состояние. — Как сопровождающее лицо.
Ну да, босс Эдгара — женщина. Путь бы около нее ошивался, а не портил настроение попытками возобновить ухаживания. Вон, сколько кавалеров вокруг, богатых, именитых, не все отвозят девушку в номера после десерта.
Определенно, с начальником что-то не так. Он сильно нервничал и поглядывал по сторонам, характерно положив руку на пояс, словно на кобуру парцилена. Естественно, оружия там не было, но рефлекс остался.
— Хассаби? — спросила одними губами.
— Скоро вернусь. Не скучайте!
И все, затерялся в толпе, оставив одну посреди пестрой ярмарки тщеславия.
Кусая губы в бессильном недовольстве, отошла к стене, надеясь встретить официанта и перехватить спасительный бокал шампанского. Им можно занять руки, сделать вид, будто сибаритствуешь, наслаждаешься ролью наблюдателя.
Лотеску что-то затеял! Соврал, на балу намечалась заварушка.
Сжала пальцы.
Только бы не полез на рожон!
С другой стороны, хассаби умный, не кинется с пустыми обвинениями. Он привык побеждать, только как бы, на первый взгляд, положительная черта не сыграла с ним злую шутку! Министр — отличный психолог, изучил слабости жертвы, подготовился.
Душу грыз червячок сомнения, обида выползала из глубин души.
Снова не доверяет, не посвящает в планы.
С кем он собрался говорить? С королем, Верховным прокурором? Банковскими документами не поинтересовался, хотя я старалась, выбивала. Мог бы попросить обрисовать ситуацию в двух словах, а не рассуждать о разных мелочах. Выходит, новости для него не новости. Или собственные планы намного важнее.
Тяжкие думы прогнал Габриэль Шанси. Он появился из ниоткуда и пригласил на медленный танец — как раз прозвучали первые аккорды. Помощник министра обворожительно улыбался и, кажется, тоже гадал, надето ли на мне белье. Иначе зачем ладонь невзначай соскальзывала с талии? Пришлось в шутку поинтересоваться, не слишком ли гладок шелк. Кавалер намек понял, вернул руку на место.
Шанси сумел развеселить, на время заставил забыть о министре. Его я видела мельком, когда кружилась по навощенному паркету. Абель Бернард тоже танцевал и казался безмятежным человеком с чистой совестью. Идеально черный смокинг, огни искусственных свечей отражаются в ботинках, играют на коже, как на перламутровых частичках пудры модниц.
— И давно хассаби Бернард пользуется косметикой? — шепотом поинтересовалась у кавалера.
Я много слышала о высшем свете, но чтобы мужчины пудрили скулы!
— Хассаби? — удивленно переспросил Шанси. — В первый раз слышу.
— Но вот же…
Сказала и осеклась.
Внимательнее присмотрелась к министру, благо мы сблизились в рисунке танца. Бернард нарочито не замечал, занятый дамой — умопомрачительной красоткой с двумя коттеджными домами в ушах. Ее кожа тоже светилась, как у кавалера — словно бриллиантовая россыпь припорошила. Ярче всего сиял нос, а вот министр не пожалел денег на красоту, сияли скулы и подбородок. Странное место для пудры, только это не она вовсе. Догадываюсь, если поставить парочку на яркий солнечный свет, замечу тонкие серебристые нити — следы работы мастеров красоты. Кожа после магического воздействия сверкает, мягко, приглушенно, при обычном освещении не заметишь, но на королевском приеме на иллюминацию не скупились, поэтому проступали чужие маленькие тайны. Блондинка в зеленом меняла форму носа, Бернард корректировал контуры лица, в основном нижнюю половину. Если бы не работала с мошенниками в сфере магической красоты, не знала бы таких премудростей, но судьба сталкивала. Как иначе доказать факт преступной деятельности без лицензии, если документов нет? Правильно, с помощью живых улик.
— Габриэль, — намеренно перешла на интимное обращение, чтобы втереться в доверие, — где ваш начальник подтяжку делал? Так хорошо получилось! Дорого? Хочу матери на юбилей подарить, пусть подольше останется красивой.
Специально перепутала процедуры, ведь главное сейчас выяснить имя мастера красоты, хоть какие-то подробности, которые помогут понять, зачем Абель Бернард перекроил собственное лицо. Жаль, по сиянию не скажешь, давно ли он это сделал. Корила себя за невнимательность. Вот отчего не разглядывала важных шишек в газетах, считала скучным занятием?
— Простите, ничем не могу помочь, — развел руками Шанси. — Откуда только берутся столь нелепые предположения? Сначала пудра, теперь подтяжка.
— Женщина, что с меня возьмешь! — состроила лицо очаровательной дурочки и кокетливо взмахнула ресницами. — У нас все мысли о красоте, а у хассаби Бернарда такая чудесная кожа, гладкий овал, вот и решила… Глупо, конечно.
Вроде, удалось обратить все в шутку, благо помощник министра тут же развил мысль, что красота и женщины не разделимы, только внутри образовался ледяной комок. Вдруг Шанси расскажет начальнику о неуемном любопытстве доморощенной сыщицы? Оставалось надеяться, прошедший год научил разбираться в людях, и я вновь не выбрала волка в овечьей шкуре.
Шанси явно был не прочь продолжить знакомство. Искоса поглядывая, где там Бернард, не вернулся ли Лотеску, продиктовала код диктино и в свою очередь записала номер знакомого. Министр, к счастью, не подошел, удалился под руку с блондинкой, только и начальник запропастился. В пол-уха слушала Шанси, улыбалась шуткам и мучилась от беспокойства. Хоть подходи к служителю и проси узнать. Хассаби мог хотя бы сказать, куда его понесло, все не так бы волновалась.