"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Смешно, но катавасия с нудными отчетами нам на руку. Судя по всему, злодей занят ими по горло, поэтому не трогает. Плюс не хочет привлекать внимания. Вот Лотеску отчитается, тогда… Громко сглотнула. Я хочу пережить это «тогда».
Начальник ответил, когда уже отчаялась, просто сидела на бортике ванной и апатично смотрела на льющую воду.
— Ну? — воспитанием хассаби явно обделили.
Судя по звукам, Лотеску еще не добрался до танцпола: музыка гремит, но не оглушает. Рядом смеются женщины, звенят бокалы. Вроде, кто-то поет.
— Это очень важно, — вопреки желанию, говорила медленно, от волнения встала и сжала свободную руку в кулак. — Отойдите, пожалуйста, в тихое место, где бы нас не подслушали.
Кажется, хассаби понял, не стал задавать лишних вопросов.
— Сейчас, — уже другим тоном сказал он.
Послышался легкий щелчок, связь на время прервалась.
Сходя с ума от волнения, мерила шагами ванную комнату. Шум капель звенел в ушах, мерещились шаги. В случае чего защититься нечем, не расческой же отбиваться! Хотя при верном применении сойдет за оружие. Помнится, нас учили, что ее можно вонзить в глаз.
Метнулась к полочке и сжала гребень. Отпустило.
Безусловно, до панического ужаса, от которого пересыхает во рту, далеко, однако чувства неприятные. Не хочется гадать, послал ли таинственный наблюдатель убийцу, чтобы разобраться с обнаружившей «жучок» секретарем.
— Слушаю.
Голос Лотеску заставил вздрогнуть. Совсем о нем забыла!
Рассказала о находке и коротко поделилась выводами.
— Шайтан! — реакция выдалась немногословной, но емкой. — Сейчас вернусь. Никуда не суйтесь!
Ощутила легкий укол совести за то, что испортила чужой вечер. Лотеску, наверное, даже выпить толком не успел. Как оказалось, это не помешало ему привести бутылку с собой. Интересно, с какой скоростью начальник гнал по ночному Штайту? Чуть не облегчил противнику задачу, ничего бы инсценировать не пришлось.
— Так, открывайте, — начальник предупредил о своем появлении звонком.
Выбралась из ванной и впустила. Лотеску стремительно втолкнул в небольшую прихожую и, отобрав пластину, запер дверь. Всучил оторопелой мне бутылку «для нервов» и усадил на диван. Как заправский официант, начальник откупорил вино, извлек из бара два бокала и разлил напиток. Рубиновый, густой, он пах виноградом. Хассаби опорожнил фужер залпом, оставил на столик и принялся за поиски. Он действовал мастерски, ловил «жучки» помехами диктино и быстро обезвредил три прослушки.
— Вроде, все, — сообщил Лотеску, швырнув добычу на стол. — Не беспокойтесь, отключил. Может, конечно, на люстре или на шкафу остались, но я туда не полезу. Наверняка ставили под видом прислуги, узнайте, кто убирал номер.
— У вас искать будем?
— Будем, — кивнул начальник и посетовал: — Веселенькая ночка!
Пожала плечами и пригубила вино. Оно обволокло горло, спокойствием растеклось по жилам.
А ведь действительно, рано сдаваться, переиграем поганца. Из принципа, чтобы не остался безнаказанным. Некоторые полагают, будто высокий пост — разрешение на любые злодейства.
— Так, Магдалена, идемте.
Встрепенулась, встала, потом вспомнила про бутылку.
— А вино?..
— Не время для гулянок, — начальник говорил так, словно предлагала ему уйти в запой. — С утра доклад королю.
— Отменить никак нельзя?
Глупый вопрос, но не сможет ведь выступать. А если сможет, весь день проходит «вареной рыбой».
Лотеску глянул, как на дурочку, и посоветовал загодя подготовить наряд.
— Расспросы и допросы оставим на завтра, сейчас «жучки». Спать одна боитесь?
При других обстоятельствах сочла бы фразу предложением секса, однако теперь она звучала как проявление дружеского сочувствия. Да и во взгляде хассаби ничего такого не читалось, только беспокойство и сосредоточенность.
Пожала плечами.
— Не боюсь.
Заманчиво, конечно, тревожно, но как-нибудь.
— Тогда надежно закройте все двери. Оружие есть?
Покачала головой и засомневалась, не напроситься ли к начальнику на ночь. Никаких романтических поползновений, сугубо вопрос безопасности. Про оружие просто так не спрашивают, значит, не у страха глаза велики, а у кое-кого намерения серьезные.
 
— Полагаете, нас устранят?
Мысленно перебирала доступные виды самодельных средств обороны: расческа, баллончик, разбитый бокал, бутылка, стул, штопор. Негусто! Если некто добыл пластину служащего гостиницы, для него не составит труда проникнуть в номер, никакие щеколды не помогут. Выходит, спать нельзя. Придется держать под рукой диктино и надеяться на расторопность блюстителей порядка.
— Допускаю, — смягчил перспективы Лотеску. — Я всегда рассматриваю наихудший вариант развития событий. Вот, Магдалена, — он перешел в атаку, — если бы вы окончили курсы, смогли бы себя защитить.
Ну да, хассаби в свое время подписал разрешение на пользование парциленом, велел меня обучить, чтобы не стала очередной жертвой некроманта, но не срослось, не пошла. Теперь жалела.
Промолчала и вслед за начальником вышла в коридор.
— Огнемобиль? — озвучила еще одно место, где могли установить прослушку.
— Уже.
Мне показали блестящую «петельку».
Хорошо постарались, переиграли по всем статьям!
Приглушенно горели светильники, гостиница тонула в полумраке.
Придержав за локоть, Лотеску потянулся к поясу и достал парцилен. Он холодно блеснул в мягком свете лампы. Щелкнул предохранитель, пальцы умело сжали рукоять. Ствол пока смотрел вниз.
— Вот так, — кивнул начальник и кивком предложил двигаться дальше. — На всякий случай.
В голову лезли десятки каверз и способов убийства. Например, перерезать трос подъемника. К счастью, злодеи мысли читать не умели, и мы благополучно добрались до шестого этажа.
Шаги гулко отзывались в тишине, от них по телу разбегались мурашки. Идеальные декорации для книг ужаса! Тенью ступала за Лотеску, который, как заправский ликвидатор, «сканировал» пространство.
Но вот и дверь номера.
Тихо пиликнул замок, пустив внутрь.
Начальник резко распахнул дверь и прижался к дверному косяку, чтобы уйти с линии возможного выстрела. Однако убивать нас никто не спешил и, обследовав подозрительные места, хассаби поставил парцилен обратно на предохранитель и кинул на столик в гостиной.
С опаской обошла оружие и предложила начать со спальни — излюбленного места для шпионажа.
— Думаете, рассчитывали на очередную пикантную запись? — усмехнулся Лотеску.
— Или на обсуждение секретов после бурного секса.
Остановившись на пороге, осматривала отделанную в коричнево-белых тонах спальню. Несмотря на внешнее спокойствие, ощущала неловкость. Мало ли, вдруг у начальника личные вещи разбросаны?
— Бурного? — глаза хассаби блеснули. — А вы проверяли?
Он рассчитывал смутить, но не вышло.
— Сами показывали, хассаби, — невинно захлопала ресницами и направилась к кровати. Раз уж пошли шутки на интимные темы, с нее и начнем. — И рассказывали.
В комнате воцарилась гробовая тишина.
Неужели опять оступилась? Но Лотеску ведь разрешил! Безусловно, в общении с начальством фривольные фразы недопустимы, только подобное в адрес подчиненных тоже не норма. Сколько раз хассаби оценивал брюки, юбки, игриво предлагал скрасить одиночество — так, без намеренья переспать.
Искоса глянула на хмурого Лотеску и догадалась: его смутил намек на изобразительную карточку из гостиницы. Вот ведь, мужчина — и стесняется! На меня не смотрит, уставился на шкаф.
— Эм, скажем, это не мое типичное времяпрепровождение.
Он оправдывался!?
— Какая разница, хассаби, что думает секретарь! — легкомысленно заметила я, чтобы замять щекотливую ситуацию. — Женской фантазии любой писатель позавидует.
В таких случаях лучше свести все к шутке, сделать предмет разговора незначительным, чтобы собеседник перестал испытывать неловкость. Да и сама мучилась, сто раз прокляла язык без костей.