"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

И жала не убрал.
– Эли, – попросил Брайн, не отводя взгляда. – Скажи своему змею…
– Иди к броку, Брай, – огрызнулась Элья, держась за плечо заламина.
– Куда? – растерялся Брайен.
– К лысой бабушке! – выкрикнула Элья. – Так понятнее?
– Эшесс, – на поляну из-за деревьев вышел Зерасс. – Спрячь жало.
Он надел плащ, но капюшон откинул. Таиться уже не имело смысла.
– Нам всем необходимо договориться, – примирительно добавил лидер сопротивления.
– Да, точно! – подхватил Конти, поворачиваясь к нему. – Тебе придётся многое объяснить. К примеру, что эти, – он подбирал цензурные слова, поочерёдно тыкая прожигателем в заламинов, – делают в лагере. И если объяснения кого-то не устроят, живыми они не уйдут.
Конти сделал свой выбор и уверено направил прожигатель на Эшесса. Иситар-сит зашипел, а Зерасс вздохнул и устало прислонился к стволу.
– Я могу объяснить, – сказал он.
– Нам не о чем говорить, – выплюнул Эшесс сквозь зубы.
– Юнцу требуется сцедить яд, – насмешливо ответил Зерасс, вогнав в краску Элью и половину руннэ. – Идёмте, Брайен. Пора открыть карты.
– Он никуда не пойдёт, – заявила Элья, хватая Эшесса за руку.
Она чувствовала, как подрагивало его остриё, вожделея пронзить кого-нибудь и растерзать.
– Я сссам буду решшать, – прошипел заламин-наггир.
– Ладно, – согласился Брайен. – Всё равно улететь тебе не на чем. А пешком чересчур долго добираться. И только попробуй кого-нибудь ужалить и удрать. Лес окружают дикие пустоши, горы, пустыня. Столица далеко, патрулей нет и помощи ждать неоткуда. Никто не знает, что ты здесь. От нас тебе не уйти. Мы догоним и прикончим, с воздуха.
– Не стоит разжигать вражду, – предостерёг его Зерасс. – Я готов говорить за двоих.
– Говори за ссебя, – воспротивился Эшесс.
Впервые он попал в такую ситуацию. Бежать действительно было некуда, да и бессмысленно. Намного акмелей вокруг ни одного шаровизора, связаться с ближайшей заставой или дворцом не получится. Да и рискованно это теперь. Как бы ни нарваться на приближённых С-Вэшота. Те бы только порадовались его положению и прилетели, чтобы прикончить. Оставалось выжидать.
Эшесс досадливо поморщился. Его загнали в угол. Даже вчера вечером, на аллее он не ощущал себя таким беспомощным, как сейчас. И ещё… Здесь была Элья… Увидев её, он на миг забыл обо всём.
– Мы уходим, – объявил Брайен. – Захочешь принять участие в беседе, приходи.
Лидер уже пересёк поляну, когда остальные последовали за ним. Конти обернулся несколько раз и позвал:
– Эли!
Она покачала головой и осталась с заламином. Зерасс ушёл последним, одарив их понимающим взглядом на прощание. Эшесс убрал трепещущее жало, с раздражением пнул сухую ветку и присел на поваленное дерево. На старый камышник, весь искромсанный его остриём. Толстый и заскорузлый, в отличие от молодых деревьев.
Элья стояла рядышком, вызывающе поглядывая на заламина, и виновато одновременно.
– Тебе отсюда не выбраться, – соврала она, зная, что на краю леса есть шаттл, а неподалёку отсюда – вход в подземелье с тоннелями, ведущими в столицу, фланоциклами и эклетами.
– Как ты могла? – спросил он, рассматривая разлапистые верхушки.
– Я была в сопротивлении ещё до того, как встретила тебя…
– Я любил тебя.
«И люблю сейчас».
– Что стоит любовь наггевара? – неожиданно зло проговорила она. – Одна боль и страдания… Рабство и смерть.
– Любовь стоит жертвы, – прошептал он.
– Это – неправильно…
Элья развернулась и пошла по тропинке вглубь леса. Слёзы застилали глаза, когда он снова догнал и обнял…
Они провели в лесу весь день и всю ночь, словно хотели наверстать упущенное. Нашли укромную лощинку у студёного родника за пригорком, и наслаждались друг дружкой под воркующее журчание. Потом утоляли жажду, окуная в воду пересохшие от поцелуев губы. Поили друг друга, зачёрпывая пригоршнями и смеясь. Элья коварно обливала Эшесса водой и собирала губами капли с его груди. Прозрачные жемчужины, отсвечивающие зелёным.
После, они лежали под звёздным небом и слушали темноту… Ночь выдалась тёплой, ветреной и без кусачих насекомых. Или они просто ничего и никого не замечали вокруг… Утомившись от страсти, любовались созвездиями под аккомпанемент родника, разговаривали, и не могли наговориться.
 
Эшесс расспрашивал о Доминике. Элья рассказала ему всё, в том числе, и о галактике Зебры, утаив лишь самую малость.
– Мне вернули способности, – похвасталась она.
Это яд заламина развязал ей язык?
Элья пьянела от его запаха, от его дыхания рядом, от самого присутствия… Как будто именно ради этих мгновений она столько вынесла и жила прошедшие годы…
Эшесс напрягся.
– И какие у тебя способности? Ты никогда толком не говорила.
– Не было повода.
Она рассказала ему, как некогда Гэбриэлу и команде. И добавила:
– Умею немного исцелять.
Он расслабился и тихонько рассмеялся:
– Полезные способности, когда надо стянуть с прилавка леденцы.
Элья обиженно стукнула его по плечу. То же самое твердил зануда Брайен. Только в отличие от Брайена, Эшесс уловил её настроение и постарался загладить вину.
– Исцеление? Это же хорошо. Хочешь стать придворным лекарем?
Элья усмехнулась:
– Нечего делать мне одолжение. А что, у вас открылась вакансия?
– Для тебя, может быть, – он хитро прищурился и намотал завиток её волос себе на палец.
– Фу, – Элья надула губки. – Не хочу я туда, в твой серпентарий…
– Ах, ты! – шутливо рассердился он. – Ушастая!
И резко перекатился на живот, подмяв её под себя. Элья оказалась под заламином – хихикающая и беспомощная.
– Поберегись. Способности усиливаются с каждым днём…
Элья говорила правду. После генетического обмена с Лео…
«Лео!»
Элья на секунду огорчилась, когда в мыслях возник асаро, но очень скоро губы и руки заламина заставили это видение потускнеть и пропасть.
– Что ты сказала? – переспросил Эшесс, отрываясь от её рта и тайком жаля себя в бедро, на всякий случай. А затем, её… нежно – в чувствительное местечко, медленно впрыскивая яд… Элья вскрикнула, широко распахнув глаза, и стиснула торс заламина коленями, пока укус расходился по телу приятными волнами…
– Раньше я тебя не жалил, – вкрадчиво пояснил он, плавно проводя остриём с капелькой яда по её губам. – Посснай и почувствуй блашшенсство любви ссаламина.
Больше он не сделает такой глупости – не отпустит её…
– Бесподобно… – прошептала она, блуждая взглядом по тёмным кронам, облизывая губы и подрагивая от удовольствия. – И восхитительно… Я и не знала, не думала…
– Теперь сснаешшь, – зашептал он, приникая к её губам. – Жшшало ссламина мошшет ласскать, а не только терссать и причинять боль…
– Да, – выдохнула она прямо ему в рот. – Я стану пить твой яд…
– Не вссё ссрассу, – удовлетворенно зашипел он. – Поссстепенно.
– Эшесс, – простонала она.
– Эли, – отозвался он.
И дал волю не только жалу. Напоил её отравой сполна, и сам упивался ею до самой глубины и до утра…
Утро застало их – ослабевших, разомлевших и утомлённых, сплетённых друг с другом… Они могли бы лежать так вечно, созерцая, как солнце встаёт над лесом и поднимается высоко над горизонтом. Однако пришла пора одеваться и возвращаться в лагерь.
Они напились воды из родника. Умылись, и не торопясь натянули одежду, стараясь не думать о том, что будет дальше. Но, похоже, Эшесс всё давно решил. Он не собирался расставаться с Эльей, ужалив её и напоив сладким ядом. Против её воли или нет. А вот Элья…
Уже на поляне, она вырвала руку, отскочила в сторонку и, дразнясь, пропела:
– Э-эше-есс… Влюблённый змеюк-искусите-ель…
Заламин оторопел, а руннэ звонко рассмеялась и припустила от него по тропинке.
– Это тебе за ушастую! – донеслось из-за деревьев.
Эшесс усмехнулся, подождал немного, чтобы дать ей фору и ринулся за ней. Поймал у самой границы морока и поцеловал…