Бубен Костяного принца (СИ)
К счастью, вовремя на подмогу оторвавшейся коннице подоспела пехота, приняла на себя часть удара, не дала попасть в окружение и сгинуть. По очень невыгодному курсу пехотинцы разменяли десятки жизней на несколько драгоценных секунд, чтобы дать конникам перестроится и отступить. И хотя живых в этой попытке прорыва полегло не так уж и много, стало ясно, тыловой удар провалился.
Могиор бесновался на своем козле, и сам козлище вторил ему мерзким блеянием. Мертвым удалось перехитрить живых! Теперь лишь вопрос времени – сколько живые продержаться, в отличие от мертвых они устают, а числом при этом уступают многократно.
Живые усугубили свое положение, разделившись. Отдельно билось в лесу окруженное войско прорыва, отдельно пыталась пробиться за спасительные крепостные стены рать северного альянса. Но мертвяки уже успели растечься вокруг чернильной кляксой, оттеснили от крепостных ворот. Отдельно сражающейся тысяче Волков и Медведей было тяжелее прочих, на ровном озерном льду они были одинаково далеки и от спасительного леса, и от Северградской крепости.
Но в самом незавидном положении оказались пятеро знаменных правителей. Непонятно, как они вообще до сих пор держались. Малюсенькая горстка людей посреди моря нежити. Они рубились беспрерывно, но даже они, двужильные, под натиском сильнейших начинали уставать, замедляться и пропускать удары.
Впрочем, маленький гоблин оказался для них хорошим подспорьем. Он безрассудно кидался даже на капитанов. Нанести существенного урона своим плохеньким кинжалом он не мог, а потому сообразил просто лупить бубном им по мордасам. Здоровенные мертвяки терялись и замирали в ступоре. Сопротивляться звукам бубна костяного принца они были не в состоянии, тем более что эти звуки извлекались от ударов об их собственные лбы.
Но песок времени сыпался на чашу мертвецов, и со все большей отчетливостью становилось ясно, что они одерживают верх. Живые едва держались на ногах. Все чаще они гибли или получали от когтей и клыков такие тяжкие ранения, что продолжать биться уже не могли. Окруженные бойцы раненых оттаскивали в середку, где их замораживали целители.
Совсем уже жидкими круговыми построениями те, кто еще мог отбиваться, отделяли раненых от беспрерывно атакующей по прежнему несметной орды. И понимали с обреченностью, что продержатся уже недолго. Может пять минут, может десять. А после мертвяки неизбежно прорвут строй и тогда уже не спасется никто.
- Ну до чего же резкие они, - сокрушенно шептал Макар, глядя, как умно, разнообразно и ловко бьются Поднятые, - Как так-то? Даже зверью лесному обучаться надо, даже их взрослые особи натаскивают. А эти-то как смогли понатореть?
Вася только покачал головой. Поджавший губы Аким тоже молчал, не спускал глаз с передаваемой прибором картинки.
- Так я это… - вдруг подал голос Короток, - Видел я месь на базаре в ханском городе…
- Чего ты видел?
- Меч он видел, - перевел для всех Вершок.
- И что за меч? – заинтересовался Аким.
- Тот месь в рукоятке имел монеты нифрильные. Так с этим месем один зырный торгас меня сють было не порезал, - слова Мышонка прозвучали не столько объяснением, сколько обвинением, но Ольха его мысль ухватила.
- Да, есть такие мечи, - подтвердила она, - В рукоять вложены монеты с образами действия. Даже тот, кто меча сроду в руках не держал, эти действия воспроизведет с точностью мастера.
- А мертвяки тут причем?
- А мертвяки - сами как монеты. Чем больше их в одну кучу соберется, тем больше у них образов.
- Ага, - догадался Аким, - Объединенный разум.
- А я думал, те настои мертвякам были нужны только для преображения, - поделился Макар, - Ну, по примеру Оззи, того коменданта поселения, помните, который в кугуара превращался?
- Нет, Макарка, очевидно, что не только для преображения, - сказал Вася, - Сам по себе мертвяк – дурак. А в орде они умами объединяются.
- Вообще-то дело чуть сложнее обстоит, - подсказка Мышонка про наборный меч подтолкнула Акимину мысль в нужное русло, - Большой объем памяти важен, но недостаточен. Потому как на слабом процессоре толку с него немного.
- А попонятней, - потребовал Вася.
- Ну, чтобы мертвяки получили доступ к знаниям всех своих… как бы это сказать… сородичей, - Аким подобрал нужное слово, - Нужны те самые вожаки. Считайте, что вожаки – это передающие вышки. Без вышек нет связи, а если нет связи, нет и доступа к знаниям.
- Ну ладно, - немного помолчав заговорил Вася, - Мы и раньше знали, что без вожака, мертвяки превращаются в стадо. Но сейчас этих самых вожаков собралось так много, что из них самих можно целое стадо собрать.
- Нет, Вася. Вожак вожаку – рознь. Их объединение многоуровневое. Малые вожаки, потом лейтенанты, потом капитаны. А на вершине – тот самый дедушка Рич верхом на козле. Он скрепляет всю эту нежить в дееспособное войско, - Аким оглядел товарищей с победительным видом человека, которому удалось-таки решить головоломную задачу, - Так что вожака нам придется валить и очень быстро. Иначе наши все полягут.
- Да как ты его завалишь-то?
- А вы мне дайте подойти на расстояние выстрела, - в глазах Акима плясали сумасшедшие искорки, - А дальше мое дело.
Вася пожал плечами и переглянулся с Макаром. Макар тоже пожал плечами. Если пробить могиору голову и сердце, он упокоится как любой мертвяк. Но даже если тело его пробиваемо, то костяная башка у него точно тверже курени. Там только в глаз попадать. Да кто бы еще дал сделать подряд два выстрела. Могиор окружен приспешниками, а те своими телами его враз перекроют. И Вася, и Макар понимали, что Акимов план неосуществим, но другого все равно не было.
- Значит так, - решился Вася, - Сейчас возжигаем заклятие скрыта и чешем по прямой пока монеты не сгорят…
Вася сухо изложил тактику предстоящего броска. Возражений не было, да и быть не могло. В такой миг спорить с десятником хуже преступления. Они засветили монеты и побежали. Им едва хватило времени действия заклятия, чтобы оставить за спиной несколько небольших отдельных скоплений Поднятых. А когда монеты перегорели и рассыпались в пыль, в соответствии с Васиным планом десятка разделилась.
Братья цапли пустили стрелы, оттягивая на себя следующий стоящий на их пути мертвый отряд. Бобры и Вершок с Коротком остались их прикрывать. Как Вася и рассчитывал, чтоб разобраться с живыми, часть мертвецов ожидаемо покинуло занимаемое место в почти сплошном оцеплении. А сам Вася с Макаром, Акимом и Ольхой засветили еще по одной скрывающей монете и кинулись в образовавшуюся прореху.
У них было около трех минут, пока монеты держат заклятие, чтобы сблизиться с могиором на расстояние арбалетного выстрела, выцелить, выждать миг, когда он будет неподвижен и сделать два точных выстрела. И что Вася, что Макар прекрасно отдавали себе отчет, что план этот – не план, а упование на чудо. Но даже и этой надежды у них не осталось, когда два оставшихся возле вожака капитана повернулись в их сторону. Стало ясно, эти капитаны их прекрасно видят. Против таких тварей заклятие оказалось бессильно.
- Акима, Ольха в сторону, - крикнул Вася.
Он еще надеялся, что вместе с Макаром они смогут отвлечь этих капитанов на себя. Но уже заметил, как вслед за капитанами, с разных сторон к ним побежали и другие Поднятые. Что увидел один мертвяк, видят и все остальные. Клятые ходячие нифрильные приборы.
А в следующий миг Вася едва поверил своим глазам. Буквально в нескольких шагах от него взметнулись два сугроба, выпрастывая из себя двух людей. У князя Вереса нашлись и другие разведчики, сумевшие подобраться к могиору так близко.
- Васька, беги! – прокричал один из них, и уверенно заступил капитану путь.
- Отец?
- Да беги уже, - крикнул второй, вставая против другого капитана.
- Дядька Прохор? – Васька даже сморгнул в опасении, что словил какой-то морок, но Ольха уже тянула его за рукав.
- Бежим! Вася, бежим!
И они побежали, уходя в отрыв. Убежали, правда, недалеко.