Бубен Костяного принца (СИ)
- Тот который поставил знак?
- Ага. И тоже появился непонятно откуда. Отвел меня в сторону и спрашивает: хочешь отвести все беды от своего племени? Я ответил, что конечно хочу. Тогда он поставил мне этот знак. Он сказал, что этот знак – сильный оберег. Он оказался прав. Нашествия прекратились.
- И что, больше он ничего не объяснил? – спросил Ясень, - Видать, тот мога был ненамного разговорчивей медведя-вестника.
- Я тоже в те времена болтуном не был, - Миха усмехнулся, - Когда я с ним встретился, мне было всего двенадцать лет от роду.
- А как он выглядел, тот мога? – спросил Ясень.
- Ты требуешь от меня слишком многого, - Миха покачал головой, - Это было слишком давно. И видел я его совсем недолго. Пришел и ушел, и больше не появлялся.
- Ну хотя бы его оборотень? – не сдавался Ясень.
- Извини, в то время я еще не овладел ни силой первопредка, ни видением.
Ясень какое-то время молчал, переваривая услышанное, а потом решительно поднялся, запахиваясь простыней:
- Миха, ты не думал, что это не простое совпадение? – он прищурил глаза со значением.
- Это ты о чем?
- О том, что неспроста тот мога появился сразу вслед за вестником…
Миха задумался на какое-то время, однако Ясень не в силах дожидаться его умозаключений дал подсказку:
- Ты слышал что-нибудь про Лукавого? А про совет Сорока Восьми? Тоже нет? Слушай, нам надо обязательно посвятить во все князя. Верес в таких вещах – дока!
- Почему нет, - Миха протянул Ясеню берестяную облатку с переговорным устройством, - Река там.
Ясень связался с князем Вересом и передал ему Михин рассказ, а когда закончил, предложил переслать снимок образа с его груди, чтобы князь попробовал его растолковать.
- Я сам не большой мастер по таким штукам, - ответил Верес, - Но, благо, рядом со мной сейчас королева Карина, она в этих вещах разбирается лучше, чем кто бы то, кого я знаю. Так что, считай твоему Михе повезло, пересылай.
- Улыбочку, - шутливо потребовал Ясень у Михи, приготовившись делать снимок, - Как никак сама королева Горностаев будет растолковывать твой рисунок.
- Я надеюсь, ты меня не в полный рост снимать собрался? – Миха торопливо запахнулся полотенцем.
- Я пошутил, только сам образ, - успокоил его Ясень.
Он переслал снимок князю, и они стали ждать. Миха и сам загорелся мыслью получить толкование своего знака, сидел, молча уставившись на переговорное устройство. А когда раздался голос Вереса, весь подобрался готовый внимать.
- В общем так, - заговорил князь, - Скажи мне Ясень, Миха тоже сейчас меня слушает?
- Да, он здесь рядом, - подтвердил Ясень.
- Тогда слушай меня, Миха, - продолжил Верес, - Тот мога тебя обманул. Это никакой не оберег. Это печать добровольного отказа от личного духовного наследия с передачей прав на него другому лицу.
Негромкие слова князя прозвучали для Михи как гром среди ясного неба.
- Вот те раз, - протянул он ошарашенно, - И что же делать теперь?
- От печати надо избавляться, вне всяких сомнений, - убежденно сообщил князь.
- А получится? - Миха так привык рождаться с этим образом на груди, что уже и не представлял себе возможности от него избавиться.
- Конечно получится, - обнадежил его князь, - Удивительно, что печать вообще продержалась такое количество воплощений. Но, в любом случае за это время сила печати ослабла. Снять ее будет нетрудно.
- А что нужно делать, князь? – таким взволнованным Миху Ясень не видел ни разу.
- Тебе нужно снова отправиться к той скале, где схоронено знаменное оружие твоего племени. Уже само это место способно разрушить печать.
- Да, я начинаю понимать, - закивал Миха, - Всякий раз, когда я пытался завладеть топором, печать на груди нагревалась так, что до ожогов.
- Это неспроста, - подтвердил его догадку Верес, - Там место силы твоего племени. А печать для него чужеродна. Но если и в этот раз печать сама не разрушится, проведешь обряд изгнания злого духа, сейчас я перешлю тебе другой знак, - печать разрушения, ее надо начертить как можно ближе к месту силы. В вершинах фигуры положишь по монете, я тебе перешлю еще и нифриловый приказ. Тогда печать разрушится совершенно точно.
- А дальше?
- А дальше заберешь знаменный топор и срочно дуйте сюда в Северград. Ясень, ты там слышишь меня? Обязательно успейте до полнолуния. Вы оба нужны мне здесь до того, как состоится Совет Сорока Восьми. Вы все поняли?
- Поняли, - отозвались Ясень и Миха.
И уже после того, как Верес отключился от связи, Миха спросил:
- Напомни-ка мне, Ясень-дружище, что это за Совет Сорока Восьми?
Глава 20. По следу эльфа.
- Как это сбежал? – Ольха выкрикнула это так громко, что, наверное, привлекла внимание всей яхтенной команды, - Вы серьезно, директор? Я думала, от вас невозможно сбежать. Тем более здесь в Ойсбурге, и уж тем более из ваших подвалов…
Хухля, наблюдавший с капитанского мостика, как Ольха разговаривает по переговорной монете, от ее слов весь как-то сжался и тоскливо посмотрел на капитана Егера. Егер нахмурился и перевел взгляд на стоявших рядом Прохора и Ефима. Оба старых Волка, отправленные князем Ольхе в сопровождение, сохраняли внешнюю безмятежность. Кабы не их молчаливая собранность, можно было подумать, что этот разговор они вообще пропустили мимо ушей. Ольха выслушала еще какие-то объяснения и отключила связь.
- Вы это слышали? – спросила она голосом полным возмущения, - И он мне так запросто сообщает, что он сбежал.
- Эльф сбежал? – осторожно уточнил Хухля.
- Разумеется, да, - Ольха посмотрела на Хухлю сердито, - Не директор же. Спрашивается, на кой мы торопились в этот Ойсбург как угорелые?
- И давно сбежал? – спросил Егер.
- Позавчера, - скривилась Ольха.
- За два дня убежать можно довольно далеко, - Егер попытался направить разговор в деловое русло.
- Директор уверяет, что покинуть город он не мог. Ни морем, ни сушей. Все выходы перекрыты.
- Что еще говорит директор?
- Говорит, что они его ищут. Другая компания, кстати, ищет его тоже. Говорит, что если косметичники найдут его первыми, то скорее всего попросту убьют.
- Значит нам нужно добраться до него раньше косметичников, - невозмутимо заключил Ефим.
- Дядя Ефим, - возразила она с горечью, - Это же огромный город, который мы, кстати говоря, совсем не знаем. Как мы его найдем?
- Ну, в свое время тот эльф тебя нашел, - простодушно ответил Ефим, - И ты найдешь. А мы с Прохором чем сможем подмогнем. Верно?
- Верно, верно, - подтвердил Прохор, - Я того прощелыгу с белой челкой хорошо запомнил. Сходим и найдем.
- Вы не понимаете, - в ее голосе просквозило отчаяние, - Залезет в такую нору, что мы его тыщу лет будем искать. Он же здесь каждую дыру знает.
- Ну, каждая-то дыра ему не подойдет, - резонно поправил Прохор, - Не сегодня-завтра, в город пожалует орда упырей. Он ведь тоже не дурак, понимает, что в городе оставаться нельзя. Нет, девочка, он сейчас рыщет. Я соглашусь с тобой, что он ищет дыру, но не ту в которой забиться можно, а через которую он сможет из города выскользнуть.
- Вот именно, - поддержал Ефим, - Может оно и к лучшему, что мы города не знаем, незашоренный взгляд нам только на руку.
- Если позволите, у меня тоже есть соображение, - вежливо заговорил Егер и дождавшись, когда все взгляды обернутся на него, продолжил, - Насколько я понимаю, этот эльф из островных. Не случайно он тогда прибился к пиратам, что напали на нас на эльфийском корабле. А куда еще бежать, как не в родные места? Там наверняка ему есть к кому податься. Родня может, друзья, знакомые. Свой род, свое племя, в конце концов. К тому же на островах и от Поднятых мертвецов подальше окажешься.
- Толково рассуждаешь, пехота, - похвалил Прохор, - Бежать на острова – для него выход, главное суметь на корабль напроситься. Юг упыри уже заполонили. А те, кто бегут на север, не столько спасаются от смерти, сколько пытаются ее отсрочить.