Бубен Костяного принца (СИ)
- Надо определяться, - негромко сказал Вася, собрав всех в плотный круг.
- Мертвяков здесь уже до неприличия много, - Аким первым озвучил озабоченность, - Даже если стоишь столбом, есть риск, что он в тебя врежется. Мне вон один уже на ногу наступил, так я еле сдержался.
- Ох, Акима. Кабы ты не кривлялся и не замирал перед мертвяками в самых нелепых позах, глядишь, ногу бы тебе не отдавили, - Вася вздохнул и перевел взгляд на Макара, - Макарка, ты хотел что-то сказать, я так понимаю, наши сложности не ограничиваются их плотностью на квадратный метр?
- Они явно стали действовать более упорядоченно, - подтвердил Макар, - Как-то умнее что ли…
- Думаешь, сказывается близость магистра с бубном?
Макар пожал плечами и покривился.
- Ну говори уже, - поднажал Вася, - Я же вижу, ты еще что-то заметил.
- Они стали меняться телесно, - сухо сказал Макар, - Вы обратили внимание, что на мертвяках больше не видно никаких ран?
- А ведь точно, - ахнул Аким, - Спекшейся засохшей кровью перемазаны как раньше, но ран больше не видать. Раны-то зарастают у них!
- В общем, надо решать, будем мы пробираться дальше к базару или возвращаться, - Вася обратился вроде бы ко всем сразу, но все понимали, решающее слово сейчас за Макаром.
- Я могу сходить на разведку, - Макар видно ждал этого вопроса и ответил сразу, - Поищу более-менее свободный от мертвяков проход.
- Точно уверен, что тебе лучше одному идти? – уточнил Вася, - Может возьмешь одного-двоих?
- Точно, - подтвердил Макар, - Уж не серчайте, мне так сподручнее будет. Да тут недалеко, минут за сорок обернусь.
Под угрюмыми взглядами товарищей, Макар поснимал с себя все тяжелое: шлем, доспех, заплечный мешок. Из оружия взял только меч и засапожный нож. Попрыгал на месте, удостоверился, что ничего на нем не брякает. Кивнул Васе, давая знак, что готов идти.
- Ждем ровно час, - сказал ему Вася, - Если к тому времени не вернешься, пойдем за тобой. Так что, если тебя мертвяки обложат, не геройствуй. Затихарись и дожидайся подмоги.
Макар понятливо кивнул, обернулся на волка, легко перемахнул через забор и скрылся из виду. Потянулись минуты ожидания. Небо быстро чернело, высверкиваясь колючими иголками звезд. Вася попытался себя успокоить, сел прямо на землю, привалившись спиной к перевернутой бесколесной телеге. Попробовал дышать ровно и глубоко. Дыхание успокоить получилось, а сердце – нет. Ему невольно вспоминалась ночь перед нападением предателей-гусинов. Макар тогда тоже ушел на разведку и его едва не зарубили.
- Сколько прошло? – Вася не выдержал и спросил.
- Рано еще… - Аким видел его состояние, попытался успокоить, - …Вась, рано пока терзаться. Макар умеет быть осторожным.
- Точное слово подобрал, - Вася глянул на друга с благодарностью, - «Терзаться». Ты прав, Акима, это лишнее.
Он поерзал спиной о шершавый тележный бок, устраиваясь поудобней, и начал вслушиваться в окружающий мир, сливаться с ним. Мир его поглотил, завладел всеми ощущениями так полно, что для чувств места уже не осталось. Сам не заметил, как успокоился. А вскоре появился и сам Макар.
- Есть проход, - просто сказал он, взял из рук Акима фляжку с водой и жадно припал к горлышку губами.
***Служка откинул пыльный полог базарного шатра, одного из немногих, что уцелели на площади. Толпы неуклюжих мертвецов учинили здесь не только бойню, но и погром. Повсюду валялись перевернутые, разбитые в щепу прилавки, разорванные в лоскуты навесы, рассыпанные по земле, втоптанные в землю и залитые кровью товары.
Стараясь не издавать лишних шумов, служка вошел внутрь, бережно задвинул за собой полог и покосился на лежащего прямо на грязной заплеванной земле магистра. Раньше в этом шатре располагалась лавка торговца нифриловыми настоями. Теперь все полки и прочая мебель были вынесены наружу, а остатки настоев в глиняных емкостях расставлены на полу.
- Магистр, - негромким шепотом позвал служка, - Магистр…
Магистр никогда не называл по имени ни себя, ни его, и он привык к этим обезличенным обращениям. Его так давно называли служкой, что он и сам порой забывал, как его зовут, и если его просили представиться, так он служкой и представлялся.
- Магистр, - снова позвал он.
Магистр слабо пошевелился и застонал. Служка наполнил из кувшина кружку и поднес настой к его губам. Покряхтывая, магистр приподнялся на локте и, жадно глотая, выпил.
- Вам лучше, магистр? – участливо спросил служка.
- Налей еще, - хрипло потребовал магистр, он кое-как сел и тут же начал растирать затекшую кисть. В последний раз он бил в бубен так долго, что рука совсем занемела, и било вывалилось из скрюченных пальцев.
Служка наполнил кружку и хотел снова поить магистра, но тот поморщился и отмахнулся. Протянул трясущуюся руку, в которую служку почтительно вложил посудину, и стал пить самостоятельно.
- Вот теперь лучше, - магистр прислушался к своим ощущениям, удовлетворенно кивнул и спросил, - Ты давал настои новообращенным?
Новообращенными магистр называл поднятых мертвецов.
- Только что поил, - ответил служка, - Настоев осталось мало совсем. Скоро закончатся.
- Где-то недалеко должны быть офисы объединенных компаний, - магистр посмотрел на служку так сурово, будто бы тот вздумал ему перечить, и добавил с нажимом, - Сходишь и принесешь.
- Хорошо магистр, - перечить служка вовсе не собирался. Магистр умеет заговаривать настои так, что, если их выпить, мертвые… то есть новообращенные на тебя не нападают, - Я принесу много настоев, они станут сильными, и мы проведем их через весь континент.
Служка помолчал погруженный в свои мысли:
- А почему вы их так называете, магистр? Они ведь просто ходячие мертвецы.
- Дурак. Они изменятся, - магистр посмотрел на служку с пренебрежением, - И чем больше силы они впитают через настои, тем быстрее это произойдет.
- И что тогда будет? – осторожно спросил служка.
- Они станут новой расой. Совершенной. Прекрасной. Они идут на смену нам, людям.
- А что же станет с людьми?
- Люди должны будут уступить. Время людей вышло. Люди канут в небытие.
Служка надолго замолчал, осмысливая услышанное. Магистр редко бывал с ним словоохотлив, а откровенен еще реже.
- А чем они будут лучше людей? – спросил он через какое-то время.
Магистр протянул ему пустую тару, качнув подбородком, дал понять, чтоб налил еще. Служка уже держал кувшин наготове. Он знал, что магистр выпьет не меньше пяти-шести полных кружек. Выхлебав пойло, магистр заговорил. В его глазах понемногу разгорался фанатичный огонь.
- Они построят новое общество. Справедливое. Основанное на всеобщем равенстве. Никто не нарушит закона даже в помыслах своих. Все будут трудиться на всеобщее благо. Придет эра всеобщего благоденствия.
Служка слушал, глядя восторженно и преданно, не замечая в глазах магистра безумного блеска, потому что давно уже была подавлена его воля. Он в любой миг готов был подставить шею под укус мертвеца, если только магистр ему это прикажет. Он попытался представить себе такое справедливое общество, но не смог, и покорил себя за скудость своего жизненного опыта, упрямо твердившего, что равенства в мире не бывает, а справедливости не бывает и подавно.
- Но ведь вы это точно знаете, магистр? – служка сам испугался своих сомнений и жаждал, чтобы магистр их развеял, чтобы все объяснил.
- Я тоже сомневался, - улыбнулся магистр, - Когда однажды я встретил пророка, пророк снизошел до меня и провел со мной три дня. В первый день я смеялся ему в лицо. Во второй день я сомневался. А в третий – уверовал.
- Я никогда не смеялся над вами, магистр, - глаза служки испуганно округлились, ему даже думать было неприятно, что магистр подозревает его в подобном неуважении.
- Знаю, знаю, - магистр протянул пустую кружку, - Налей еще.
- А как он выглядел, тот пророк? – спросил служка, бережно наполняя из кувшина.